Заурядные домохозяйки

=== Комната ===

Клубок потных женских тел, медлительно копошащихся на кровати. Одежда, кое-как разбросанная на полу. Плотно занавешенные шторами окна. Жаркий, интимный полумрак. Свет единственной лампы на прикроватном столике едва освещает сумасшедшее действо лесбийской оргии. Подогретые алкоголем, и, наверное, чем-то еще, женщины ласкают друг друга, забыв про время и про запреты. Торопливые объятия, влажные прикосновения, жаркие поцелуи. Еще недавно некоторые из этих женщин не могли даже в самых дерзких фантазиях представить, что могут оказаться здесь. Они отдавались друг другу так безотчетно, как не отдавались своим мужьям, любовникам, даже самим себе.

Елена, сквозь полу сомкнутые веки заворожено смотрела, как Таня, её шкoльная подруга, будто с неутолимым голодом впивалась губами в пушистый бугорок у бледной, худенькой девушки в маске лисички. «Лисичке» сейчас точно доставалось всё самое лучшее, самое сладкое. Самый сок. Лежащая внизу девушка с маленькой грудью была тут новенькая – тихоня соседка по лестничной площадке. Елена даже не была уверена, что знает, как её зовут. Вроде бы Марина.

Совсем еще девчонка…

Не только Лена сейчас смотрела на эту пару с завистью. Проколотые пирсингом острые соски её соседки без голоса кричали о высотах получаемого ею удовольствия. Таня точно знала сотню тайн о женской чувственности и хорошо владела языком.

Справа и слева было слышно приглушенное жужжание нескольких вибраторов. В отличие от других, Лена была сегодня без пары. С влажными, непристойными звуками она доводила себя толстой, длинной игрушкой.

Игрушка вибрировала и извивалась, будто сонная змея после зимней спячки. Лена улыбнулась, заметив про себя, что этот игрушечный член похож на член её мужа. Но вот разница в размерах… И игрушечным тут стоило назвать член её мужа, а не этот. Потому что этот, силиконовый, был намного больше, чувственнее и даже горячее. Умело управляя им своей рукой, Лена каждым проникновением приближала себя к оргазму. И этот искусственный секс был сейчас намного лучше, чем любой настоящий, но с мужем.

По её телу побежали мурашки и, чувствуя, что оргазм уже скоро, Лена со стонами начала вздрагивать. Почему-то именно сейчас, в этот момент сладостного удовольствия и приближающейся разрядки, Лена неожиданно для себя вспыхнула от необъяснимой, всепоглощающей злобы. Злобы на своего мужа.

Она злилась из-за его невнимательности к ней, как к женщине. Злилась на его невзрачный вид и убогое тело. На его слабый характер и на его маленький и дряблый перец. Лена улыбнулась открывшемуся ей откровению и той легкости, с которой она его приняла. Этот никчемный маленький человечек за годы их брака не сделал её счастливой. И даже ни разу нормально не постарался. Она, задыхаясь от подступивших чувств, начала сильнее проникать в себя. Глубже.

Она уже почти кончала, представляя себе, как сильно бьет коленом своего мужа по его маленьким, сморщенным яичкам. Как грубо хватает и, выкручивая, с силой тянет его вялый, никчемный стручок и сразу же отдается другому мужчине. Широко раздвинув свои ноги, она подставляет себя незнакомому могучему мужику с огромной, тёмной дубиной горячего члена.

Это была фантастически возбуждающая фантазия, электризующая каждую клетку тела.

Когда её стон перешел в протяжный и приглушенный вой, под ободряющие возгласы своих подруг, Лена кончила.

Не в силах отогнать прочь свои странные грёзы, Лена, повернувшись на бок, легкими, едва ощутимыми прикосновениями скользких пальцев, начала ласкать свой клитор. Картины, сначала показавшиеся непристойно дикими, тем не менее, сильно захватили Лену и, уже не в силах сопротивляться, она полностью отдалась во власть своего воображения.

Скоро она почувствовала как чьи-то чужие, но нежные и тёплые пальцы начали гладить влажную от пота кожу её бедер, настойчиво требуя пропустить их глубже. Пустить туда, где сейчас у неё происходило умопомрачительное, скользкое действо. Лена лениво поддалась, повернувшись на спину и раздвигая свои полные ноги. Женщина у неё между ног властно развела её бедра еще шире и так, что связки отозвались тягучей болью. Но это всё стоило того, чтобы потерпеть. Потому что через какое-то мгновение Лена ощутила прикосновение горячего, шершавого языка к своим большим, влажным половым губам. От удивительно приятного ощущения она резко вздрогнула и, кажется, впервые в жизни полностью отдалась своим чувствам, прогнав прочь последние остатки стыдливости.

Она захотела про всё забыть. Пусть и на время. Про всё вокруг.

Наверное, это было глупо, но очень долго Лена стеснялась своих половых губ. Во время настоящего возбуждения они действительно превращались во что-то невероятное. Большие и влажные, неприлично чувственные. Такой блестящий в сумраке страсти переспелый фрукт порочного наслаждения.

Лена давно уже приучила себя к стыду. Напрасно. Надолго. Так глупо. И за своё прошлое, и за ненасытное любопытство девичьей юности. За то многое, что было в едва различимом тумане прошлого.

Сейчас она не хотела о чем-то думать и что-то вспоминать.… Она никому никогда не рассказывала…

=== Лена ===

Еще в шкoльном возрасте Лена очень рано налилась соком. Очень резко и очень рано. Намного раньше других своих одноклассниц. Девочка за лето выросла, и казалось, что её сиськи поднялись, как тесто на дрожжах. Да, это были не скромные миленькие девичьи груди, а настоящие большие, увесистые сиськи. Почти как у мамы.

Пришлось сразу попрощаться с детской мечтой о балете. И привыкать к месячным.

В первую же неделю шкoльных занятий Лена ощутила лютую зависть девочек, и нескромное внимание мaльчиков. Внизу живота появилось что-то постоянно волнующее, навязчивое. У Лены сразу начались проблемы с учёбой, но это её уже мало волновало. Лене стали интересны совсем другие вещи – горячие и такие разные. Болтающиеся между ног у юношей постарше.

Желание пришло сильно и резко, но для него сначала было слишком непривычно и страшно.

Позже, когда старшеклассники, подогретые алкоголем и юношеской страстью, впивались губами в кожу на её шее, она чувствовала не только запах спирта и вкус дешевых папирос. Находясь в объятиях сильных рук, она чувствовала горячие члены, трущиеся об кожу её бедер. И хотя она никому еще не разрешала ничего большего, но даже от этого её девственная щелочка обильно увлажнялась, а коленки слабели. Внизу всё так щекотало.

Это было приятно и всё шло своим путём. Но Лена каждый раз вздрагивала от страха. Лена вспоминала свой стыд и свою злость на себя. На своё тело. Вспоминала, как в первый раз, под щекочущими струями воды раскрасневшиеся губы её влагалища раскрылись и, неприлично увеличились, надулись большими влажными складками. Увидев себя такой в первый раз и, рассматривая в мамино зеркальце, Лена испугалась. Девушка решила, что такого быть не должно. Сразу записав себя в уродины, Лена заочно поставила крест на своей главной дырочке.

Пусть и ненадолго.

Но, тем не менее, это была её первая сильная сексуальная эмоция. И, к сожалению, воспоминание о ней осталось где-то глубоко в памяти, всплывая оттуда соседствовать с чувством сексуального возбуждения.

Отталкивающий образ влажно набухающих губ долго возникал перед её глазами, когда она была в объятиях мaльчиков. Но, к счастью для Лены это почти прошло после того, как однажды в ванной она попробовала пальцами всё сделать сама.

Сидя в горячей воде и под шум воды, она, как обычно, трогала себя. Направив на свое чувствительное тело струю воды, Лена, как и много раз до этого, почувствовала то, от чего у неё перехватило дыхание. Девушка сделала напор воды сильнее. Это было волшебно, но сразу захотелось большего. С волнением, но не в силах остановиться, она ввела пальцы. Её не остановили даже пряди кровавых струн, скоро потянувшиеся по дну ванной. Она уже была готова немного терпеть но, наконец, довести дело до конца. Сделать всё.

И уже потом…

Потом Лена охотно принимала помощь из всех добрых рук, которые как намагниченные лезли к ней в трусы. О да, они все тянулись к ней, как мотыльки летят на свет фонаря. И скоро все были довольны. Да, это было уже хорошо, но этого было всё равно слишком мало.

Лена быстро училась и уже скоро знала, какими должны быть чувства и знала, чего хотела. Знала, от чего отказывалась всё это время. Знала, к чему её так сильно тянет. Лена совсем скоро изменилась, хоть любовь к покровам темноты у неё так и осталась навсегда.

Первый раз? Ну да, конечно же — выдающийся.

Её первый раз был в ночном подъезде с робким старшеклассником Колей. Сама Лена тогда еле сдала на тройки экзамены после восьмого класса.

Коля подвернулся ей под горячую руку на дискотеке в ДК Мелиораторов. К моменту их встречи Коля уже выпил беленькой больше, чем могло позволить его здоровье. Он стоял, шатаясь, в темном углу и тяжелым взглядом рассматривал местных размалеванных красавиц в мини-юбках.

Лена уже скоро заметила его и, почему-то решила попробовать с ним то, о чем он, возможно, не сможет вспомнить завтра утром. Девушка поторопилась увести своего нового друга куда-нибудь подальше от людей и шума музыки. Поворот налево, через два дома во двор, подъезд с вывороченными дверьми…

Никого!

Лена торопилась от возбуждения. Вверх, вверх, вверх!

Но уже на тёмной площадке между этажами Коля был хорош, только пока Лена своими горячими дрожащими пальцами вынимала его член из штанов. Девушка высоко задрала юбку и, чтобы не терять времени, просто разорвала на себе свои трусики. Оставалось только направить…

Но, неожиданно для Лены, пьяный Коля резко развернулся и начал громко блевать куда-то вниз по лестнице. Парню сразу стало не до Лены, и он быстро забыл про то, зачем они здесь. Коленька стоял, согнувшись, со спущенными штанами и вяло обвисшим стручком члена. Коля исчез, как мужчина, а на его месте появилось неинтересное пьяное, мерзкое чудовище.

Лена оторопела, прижимаясь голым задом к холодной крашеной стене. Она тронула себя рукой. Пальцы легко провалились глубже между влажными податливыми складками половых губ девушки.

Ну, уж нет!

Лена была возбуждена вопреки всей не сексуальности происходящего.

Коля, кажется, отдышался, и Лена решила попробовать снова раззадорить своего кавалера. Коля обтёр рот рукавом, а Леночка опустилась перед ним на колени.

Коленки Лены уже болели стоять на холодном, заплёванном бетонном полу, пока она работала ртом с солёным, липким членом своего дружка. Коля, расслабленный водкой, никак не мог вернуться в форму и едва стоял на ногах, усевшись голым задом на крышку мусоропровода. Парень никак не мог собраться.

Поддавшись порыву внезапной, необузданной злобы, Лена отчаялась уже, было, заняться любовью. Сильно схватив сморщенную мошонку своего сексуального недо-партнера, скользкую от слюны и пота, она дернула за неё так, что Коля, кажется, вмиг протрезвел и громко завыл, пытаясь вскочить. Но, не выпуская его яиц и уговорами, угрозами и оральными ласками Лена убедила его продолжить начатое, было, дело.

Коля всё же смог неуверенно пристроить своего мягкого мышонка в теплую норку Лены. И хотя паренёк старался изо всех сил в меру своего скромного полового опыта, Лена так и не ощутила того, чего так хотела. Его член то обмякал, то просто вываливался, постоянно обламывая всё дело. Коля постоянно рыгал и сбивался с ритма. И, уже скоро, вконец запыхавшись, парень вяло кончил в Лену, и его тонкий змей расслабленно обвис. И, на этот раз ни уговоры, ни ласки, ни угрозы не смогли снова поднять уже неподъемное.

Получилось всё чуть лучше, чем никак.

Первая любовь, как в черно-белом романтическом фильме.

Как же…

Время шло, и потом были и другие, многие, порой даже – любые. Но, ни с кем Лена так и не смогла почувствовать того же, что могла делать с собой сама. А дальше было только хуже.

Крохотный провинциальный город. Тонкие стены, громкие сплетни. Ссоры с родителями. Два аборта, десятки скандалов… Сотни влажных пальцев и членов, которые Лена пускала в себя. Девушка, мучаясь неутолимой жаждой, пила уже любую воду. Но, после каждого глотка, её жажда становилась только сильнее. Она, как мотылёк, летела на любой свет, соглашаясь на любой взгляд. Но вместо удовлетворения, похоть становилась всё сильнее и росла злоба внутри неё. И, кажется, скоро в городке не осталось ни одного члена, об который хоть раз не потёрлась бы половыми губками эта высокая, фигуристая девушка.

Закончив мединститут, Лена без тени сожаления, переехала жить в Москву к тётке, и уже там познакомилась со своим будущим мужем. Родила ему двух ребятишек и всё уже вроде улеглось — устаканилось. Но единственным местом, где Лена раскрывалась, оставалась её ванная комната, в которой она…

По крайне мере так было до тех пор, пока она не познакомилась с такими же, как она женщинами. Женами, любовницами, подружками невнимательных и слабых мужчин. Женщинами, ставшими друг для друга самыми странными подругами, в кругу которых они договорились помогать друг другу во всём.… Помогать друг другу буквально во всём…

Лена, с удивлением, открыла глаза, чтобы посмотреть, чьи же пальцы сейчас ласкали её большую и мягкую, немного уже обвислую грудь. С ней рядом сидела худышка-соседка в маске лисички и с нескрываемой завистью мяла её огромный, блестящий от пота бюст. Пышные груди послушно перекатывались в ладонях девушки и её случайные прикосновения к большим, темным соскам, заставляли Лену с резкими вдохами – вздрагивать. Это все было похоже на сон, на сказку, в которой Лена давно хотела бы побывать, но почему-то всегда себе в этом отказывала. Она почему-то всегда раньше игнорировала чувственность своих сосков, своей второй эрогенной зоны.

-Да… — Облизнув свои губы, Лена подсказала девушке, и уже скоро едва сдерживалась, чтобы не закричать от удовольствия. Потому что «лисичка», сжимая и мучая напряженные чувствительные соски Лены в своих твердых пальцах скоро, низко наклонившись, начала покусывать и, сжимая в зубах, оттягивать возбужденную горячую плоть.

Пространство комнаты всё больше наполнялось стонами и шумом дыхания женщин, некоторые из которых впервые открывали для себя какое-то новое удовольствие. Стало душно и жарко. Запах дыма ароматических палочек смешивался тут с запахами пролитого вина и пота полудюжины влажных тел. Запал этой маленькой оргии постепенно затухал, и скоро большинство тел её участниц замерло от усталости в жарких объятиях.

Лена первой, с крайней неохотой, поднялась и, наспех накинув на себя домашних халат, пошла на кухню кипятить воду.

=== Кухня ===

-Ну, Ленка, ты даёшь! – Ира смущенно рассмеялась после того как Лена откровенно поделилась с подругами своими фантазиями.

Сейчас на её просторной кухне разместились почти все участницы их тайного кружка. Только Наташу не стали тревожить и она, как и в прошлый раз, утомлённо спала в тёмной комнате. Табуреток и стульев на всех не хватило, поэтому Саша и Таня были вынуждены участвовать в чаепитии стоя. Прислонившись к холодильнику, они, короткими глотками, пили кофе с коньяком из маленьких фарфоровых чашечек.

-Между прочим, она в чем-то права. – Вмешалась Марина. — Мой парень тоже, когда кончает, сразу бежит играть в свои игрушки. А если еще с серьезным лицом спрашивает: «ты кончила?», я его вообще убить хочу. Мужики все слепые и только о себе думают!

Большая часть женщин согласно закивали головой.

-А я Лену очень хорошо понимаю, девочки. – Вмешалась обычно молчаливая полненькая Саша, которую две или три встречи назад с собой привела Таня. – Я только тут, с вами.… Ну, это…. По-настоящему живу. Мы с мужем давно уже не спим. Кажется, как я Мишку родила, так и всё – муж перехотел. И, кстати, я давно сказать хотела: эта идея с масками – просто «супер».

Саша машинально вертела в руках свою сегодняшнюю маску – маску розовой свинки, которая удивительным образом подходила к её фигуре.

Лена смущенно улыбнулась. Предложение исходило именно от неё, но она до сих пор не была уверена, что задумка была хорошей. И хотя всегда было не трудно догадаться, кто скрывается под маской, но эта маленькая хитрость позволила женщинам чувствовать себя чуть более раскованно.

-Ну, не у всех же так. – Продолжила спорить Ира. – Вот мне с моим повезло. Он меня любит, я точно знаю. И член у него что надо. Как мою «киску» видит, у него сразу подскакивает и в меня. Трахает, как зверь! И пока не кончу, я его от себя не отпускаю. Так-то!

-Ирка, а приводи его сюда! – Женщины нервно засмеялись, понимая, что в их разговорах между делом и фантазией грань может быть совсем тонкой. – Мы тоже хотим посмотреть на его «что надо»!

-Еще чего! У вас свои мужики есть, их дрессируйте! – Игриво обиделась Ира.

-Да было бы, что дрессировать. – Грустно заметила Саша. – Когда я была моложе, меня все хотели. А сейчас мужики меня будто не замечают. А мой тем более. Я даже не знаю, у него любовница есть или он себе сам дрочит? Хотя какая там любовница. Видели бы вы его…

-Ирка, а если у тебя с этим делом всё в порядке, чего ты тут делаешь? – Таня с интересом смотрела на Иру. Вместе с ней на Иру с любопытством смотрели уже все женщины.

-Танька, ну ты и заноза! – Ира, неожиданно для всех покраснела и, надев на себя маску в виде крыльев бабочки, продолжила: — У меня тоже не всё идеально. Но тут Андрей не виноват. Он, правда, очень хороший. Я ему никогда не говорила. Но мне всегда девочки больше нравились. Еще со шкoлы. О таком ведь никому не скажешь. Так что мне тут самое место.

Скрытая маской, Ира переводила взгляд с одной своей подруги на другую. На кухне повисла тишина. Кажется, каждая из женщин задумалась о своём.

-Может в этом дело? Ты одна из нас — настоящая лесбиянка. Может поэтому тебя и мужик твой хочет? – Выдала неожиданную мысль Таня.

-Привет, девчонки. О чем разговор? – Сонная Наташа, наконец, тоже присоединилась к своим товаркам. Еще неуверенно моргая глазами, девушка привыкала к свету кухни. На шее, единственным предметом её одежды, болталась ярко красная маска чёртика.

-Да так… Ленка поделилась, что «перчик» своему мужику оттяпать хочет – за ненадобностью. – Отшутилась Ира и теперь откровенно рассматривала стоящую в дверях Наташу. Лена смущенно покраснела под смех и улыбки своих подруг, с которыми она, наконец-то смогла быть самой собой.

Неожиданно для всех Ира встала и, на ходу скинув свою блузку, подошла, обняла оторопевшую Наташу. Покрывая поцелуями губы своей подруги, Ира не дала ей ничего сказать. Прижимаясь своей упругой грудью к мягкой и податливой груди Наташи, женщина в маске бабочки решительно просунула свою ладонь между Наташиных бёдер. Лена и остальные женщины, затаив дыхание, наблюдали за двумя обнаженными подругами. Они обе были такие разные. Ира — высокая и крепкая, с красивыми ногами и упругими линиями тела. Наташа – наоборот, невысокая и полненькая, с широкими бедрами и восхитительной, большой грудью.

Ира совершала сейчас глубокие, резкие движения всей ладонью вглубь Наташиной промежности и завитки сухих, светлых волос отдавались шелестящим звуком этим прикосновениям. Наташа и сама уже поддалась возбуждению и, медленно отставив в сторону колено, сомкнула свои руки на талии Ирины.

-Так, всё! Марш в комнату! – Лена с напускной строгостью поднялась и, с короткого замаха звонко шлёпнула Иру ладонью по упругой ягодице. – Там давайте. «Моего» до четверга нет в городе, так что можно оставаться до утра, если кто хочет. Вино и остальное – знаете где.

Ира и Наташа как завороженные, с неохотой оторвались друг от друга и, переглянувшись, скрылись в темном дверном проеме комнаты. Оттуда донёсся звук проминаемых пружин кровати. Все остальное они делали совсем тихо так, что оставшиеся в кухне женщины на время забыли про своих увлеченных подруг.

-Марина, я давно хотела спросить. – Снова нарушила тишину «свинка» — Саша. – А пирсинг, это больно?

Саша села на освободившееся после ухода Иры место, и, игриво, пригласила жестом Таню сесть себе на колени. Та с улыбкой сразу же приняла приглашение.

-Ну да, разумеется. – Марина, посмотрев по очереди на свои груди, потрогала правую. – Соски ведь прокалывают.

-А долго? – Лена встала и, протиснувшись позади своей тёзки, зажгла газ под чайником.

-Неа. Всё быстро. Скорее даже неприятно, чем больно. И – возбуждает. Когда незнакомый мужчина тебе соски прокалывает. Мне даже понравилось. Немного.

-Ну, ты даешь. – Удивилась Таня. – А чья это идея была вообще?

-Ну, не моя же! – Возмутилась Марина. – Это Саня предложил, когда мы с ним только встречаться начали. Мне тогда и самой интересно стало. Я согласилась, но с условием…

Марина загадочно замолчала, её щеки покрылись румянцем смущения.

-Ну и? – Нетерпеливо подстегнула её продолжать вторая Лена.

-Я сказала, что если мне пирсинг, то и ему тоже. И туда, куда я скажу. – Марина возбужденно улыбнулась, увлеченная воспоминаниями. Нервное нетерпение передалось всем женщинам.

-И чего? Согласился?

-Да мужики вообще все — извращенцы. Согласился, конечно! – Марина улыбаясь, рассматривала своих заинтригованных подруг.

-И куда? – почти хором спросили Лена и Таня.

-Два у меня, два у него. Всё честно. Один шарик ему в язык прокололи, а колечко с шариком поменьше – «туда». – Марина неопределенно указала пальцем вниз.

-Прямо «туда»? – Не выдержала Саша. – Да рассказывай уже всё!

-Ладно, сами напросились! – Марина продолжила, нервно рассмеявшись. – Я об этом еще никому не рассказывала.

Женщины замерли в ожидании подробностей, кажется даже на время, позабыв обо всём другом.

-Короче, у них там спереди, когда кожу оттягиваешь, есть, ну, такая… — Марина попыталась, неприлично жестикулируя, обозначать предмет разговора и женщины с пониманием закивали. – Вот прямо там. У Сашки «штука» вообще немаленькая…

Женщины с уважением следили за руками своей подруги, которая, как добрый рыбак, рассказывала про свой улов. Все присутствующие, без сомнения, позавидовали такой рыбе.

-Когда не глубоко всё делает, этот шарик очень чувствуется, особенно «сзади»… — девушка укусила свою нижнюю губу, и замерла, уставившись глазами в календарь на стене. Видимо, тут было что вспомнить. Никто из присутствующих не осудил её за то, что мысленно она была сейчас где-то далеко.

Чайник закипел, и звонко пуская горячий пар через свисток на носике, резко прервал разговор пяти женщин.

Лена поднялась со своего места, чтобы сделать всем еще кофе. От резкого движения края халата на хозяйке предательски распахнулись. Большие, тяжелые груди этой немолодой, тельной женщины обнажились и вывались наружу.

Лена машинально подхватила край халата рукой, и, не в первый раз за сегодня, поймала на себе завистливый взгляд худенькой «лисички». Вид огромных грудей Лены сразу же вернул Марину из мира её грёз, продемонстрировав суть прилагательных «большой» и «мягкий». Как же хорошо, что тут можно быть самой собой не обращая ни на кого внимания!

Лена сняла с плиты чайник и подливала кипяток в чашечки и кружки своих подруг. На кухне повисла тишина. Разговор почему-то больше не шел. Все задумались о чем-то своём. О чем думала худенькая лисичка, Лена уже догадывалась и, наклоняясь к ней через стол с чайником в руке, уже не придерживала халат. Пояс совсем свалился на пол, а впечатляющая, покрытая бисером из капелек пота грудь хозяйки тяжело повисла над вазочкой с конфетами.

Марина, с восхищением, не могла оторвать взгляда от грудей своей подруги. Лена медленно подливала из чайника, с вызовом улыбаясь своей новой поклоннице.

Ну а, почему бы и нет?