Весеннее обострение

Несмотря на явное потепление весны в этом году толком и не было. До середины апреля лежал снег, который скоропостижно стаял за какие-то 10 дней и наступила по истине летняя жара. Нечего и говорить, что учеба была последней, о чем мы думали в это время. Если Ленка с Машкой еще пытались посещать лекции и семинары, то остальные махнули рукой и понадеялись, что великий русский «Авось» как-нибудь, да и вытянет нас на сессии. Чаще всего всю нашу веселую кампанию можно было застать на фонтане в состоянии пиво-солнечного экстаза, наши лица спины и руки загорели, и мы выгодно отличались от бледных сокурсников, не позволявших себе отлынивать от занятий.

Собственно тот памятный майский четверг (или это все-таки была пятница?) ничем не отличался от предыдущих трех недель проведенных у стен родного факультета. Мы сидели на фонтане, рядом стоял початый ящик пива, солнце безжалостно палило наши согбенные над картами спины.

Играли в буру. Серега, Димка, Танюха и я, Катька подглядывала ко всем в карты и делала вид, что никому не подсказывает, а мы в свою очередь делали вид, что не замечаем ее отчаянных подмигиваний. Я бессовестно выигрывал, что приводило в бешенство нашу королеву.

— Нет, ну явно жульничаешь! Я просто пока не могу понять в чем, но это очевидно! Не может же тебе так откровенно фортить все время! — возмущенно воскликнула Танька.

— Это все потому что Тошке никто не дает, — заметил Димка, сосредоточенно глядя в свои карты.

Тут уж я возмутился:

— Нечего себе?! А ты то откуда знаешь? Ты что мне свечку держишь?

— Так по тебе видно. У тебя на лбу написано «мне никто не дает».

— Если у меня это на лбу написано, то интересно что же написано у тебя? Дай мне хоть кто-нибудь я еще девственник?

— Не-а, — Димка мечтательно улыбнулся — у меня написано «я вчера провел незабываемую ночь в компании с двумя сестрицами.

— Что-о-о-о? — хором отозвались мы.

— Ну-ка давай дон Жуан, рассказывай, — потребовала Танька.

— Да чего тут рассказывать. Ну познакомился я вчера в клубе с одной, она говорит пойдем ко мне у меня родаков дома нет. Ну я че, я и пошел. Родаков-то дома действительно не было, зато была ее сестра. В общем, слово за слово, рюмка за рюмкой так и получилось.

— Нда… — а, что я еще мог на то ответить? У меня секса не было уже недели три, с тех пор как я абсолютно пьяный завалился к общажным девчонкам.

Минут пять мы шлепали картами в полной тишине. Было заметно, что на всех нас произвела впечатление Димкина исповедь. Уж не знаю что думали наши дамы, но лично я ему завидовал.

Молчание как всегда прервала Танька. Деловито поправив лифчик (а раздевание по пояс и публичное загорание уже вошло у нас в привычку), она безапелляционным тоном потребовала:

— Так, с Димкой все ясно, теперь давайте вы колитесь когда где с кем вы в последний раз трахались!