Солдатская сказка. Часть — 3

— Смотри, чтобы никого не было. — Оторвавшись от своего занятия, Марина озабоченно завертела головой по сторонам.
— Да нет тут никого, не отвлекайся, а то до утра отсюда не уйдем.
— Ты не на меня смотри, а по сторонам.
Не отвечая, я взял ее за голову и притянул к члену. Девушка послушно раскрыла губки и обхватила ими головку. Сосала она неумело, без особой охоты, и в основном в качестве прелюдии к основному действу. Глядя сверху на ее действия, я с тоской вспоминал изысканные ласки Саихат и не такой умелый, но не менее приятный рот Аминат, кольцо ее алых губ на моем члене, о да, после их сочных отсосов давать в рот этой простушке Марине было сродни пересаживанию с Мерседеса на Жигули. Минет в ее исполнении выглядел обычно так: она брала в рот головку, обжимала ее губами и начинала водить по ней языком, одновременно подрачивая член двумя пальцами. Либо просто держала член губами, позволяя ебать себя в рот на небольшую глубину, решительно пресекая все попытки пропихнуть член дальше. Так происходило и в этот раз. Придерживая ее за голову, я, чуть покачивая бедрами, не спеша потрахивал Марину в рот.

Шустрый ее язычок гулял по навершию моего копья то пытаясь как бы вытолкнуть его изо рта, то поджимая к нёбу. Одной рукой она удерживала ствол, используя кулачок в качестве ограничителя глубины проникновения, другую она запустила себе в трусы и ласкала себя. Время от времени Марина выпускала залупу изо рта, переводила дыхание и присасывалась к яйцам. Помусолив их по очереди во рту, она проводила языком по стволу и снова брала головку в рот. Все было привычно и предсказуемо. Марина была из тех девушек, трахать которых приятно, но неинтересно. Быстро надоедает, потому что знаешь, что и когда она будет делать. Поэтому, наверное, и муж на нее почти не залазит. Сейчас она скажет что-нибудь вроде: «Ладно, хватит» и полезет в сумочку за резинкой. Так и произошло.
— Ну все, готов. — Сидя нам корточках, Марина порылась в сумочке и достала целлофановый квадратик.

— Пошепчи ещё чуть-чуть, Мариш, — Попросил я, помахивая членом перед ее лицом.
— Ну холодно, и муж уже через час придет. — Ловко надорвав упаковку зубами, она вытащила презерватив и быстро надела его на стоячий член. Раскатила его пальчиками, огладила, полюбовалась немного своей работой, склонив голову набок.
— А ртом слабо? — Решил я ее немного подначить.
— Я тебе что, проститутка?
— Откуда ты знаешь, как проститутки делают?

— Сейчас договоришься, — Беззлобно ответила она. Потом встала на ноги и, повернувшись ко мне спиной, наклонилась вперед, уперевшись руками себе в колени. Я закинул юбку ей на спину, открыв белоснежный, немного рыхловатый и объемный мягкий зад. Сучка, собираясь на еблю, предусмотрительно надела тонкие зеленые стринги и пренебрегла колготками, несмотря на прохладную погоду. Чтобы добраться до заветной норки, мне достаточно было слегка приспустить с нее трусы и сдвинуть в сторону узкую полоску тоненькой ткани. Что я и сделал. Едва я ткнулся членом в ее промежность, как она тут же, просунув между ног руку, нетерпеливо ухватилась за ствол и направила его точно цель. Двинув бедрами, я сразу вошел в нее полностью.
— А-а-ах, — Моментально отреагировала Марина протяжным стоном, полным предвкушения. Чуть присев, я начал трахать свою любовницу сильными и частыми толчками, одновременно дергая ее за бедра на себя. Под моим напором она еле держалась на ногах, продолжая издавать громкие, какие-то животные стоны.

— Тише, дура! — Я ощутимо шлепнул ее по заднице и остановился, прислушиваясь к звукам осеннего пляжа. Никого, лишь море шуршит за кустами.
— Подвигайся еще немного, я на подходе. — Умоляюще прошептала Марина.
Ухватив ее покрепче за ляжки, я начал ебать ее с новой силой, так сильно и часто, как только мог. Сложившись практически пополам, как складной нож, чуть ли не касаясь головой земли, девушка уже не стонала, а приглушенно мычала. Присмотревшись, я увидел что она зажевала рукав куртки, чтобы не кричать. В который раз поразившись ее темпераменту, я продолжил натиск, хотя уже с трудом переводил дыхание. Наконец по ее телу прошла крупная дрожь и она обмякла. Готовый к этому, я покрепче взял ее за бедра и, лишь благодаря этой поддержке она не упала ничком на землю, а только повисла на моих руках, уперевшись руками в землю. Ноги у нее подогнулись и она опустилась на четвереньки, увлекая меня за собой. Стоя на коленях сзади нее, я уже неспешно продолжал двигаться в ней, ожидая, когда она придет в себя и можно будет приступать к следующему блюду.

После оргазма пизденка Марины всегда теряла упругость, мягкая чавкающая плоть не давала нужного обхвата и кончить в такой ситуации, да ещё в презервативе, я не мог. Я знал об этом и продолжал трахать ее чисто механически, ожидая, когда она придет в себя. Марина тоже знала об этой своей особенности, поэтому, отдышавшись, спросила уже нормальным, ровным голосом:
— Не успел?
— Нет.
— Может дососу? — С оттенком мольбы в голосе спросила девушка, — В прошлый раз два дня болело.
Не отвечая, я вытащил из нее член и провел по нему пальцем. Как и ожидалось, он был обильно покрыт ее липкими и скользкими выделениями. Я стянул с нее трусы и, просунув ей между ног руку, провел ладонью по коротко стриженой пизде. Она вся была влажной от любовного сока, который все продолжал выделяться. Раздвинув белеющие в темноте ягодицы, я провел между ними пальцами, увлажняя этой естественной смазкой вход в анус. Марина чуть подалась назад, сильнее оттопыривая зад и, опустившись на локти, прогнулась в спине. Привстав над ней на полусогнутых, я упёрся головкой в темный кружок и осторожно надавил.

Член медленно входил в тугую плоть. Прокладывая себе дорогу, я то двигался вперёд, то отступал назад, давая девушке привыкнуть, с каждым толчком, однако, проникая все дальше. Наконец она полностью приняла мою дубинку. Потихоньку я начал двигаться, наслаждаясь тугим обхватом. Уткнувшись лицом в ладони, Марина негромко сопела, раскачиваясь под моими ударами. Однако пора было заканчивать и я слегка ускорился, на что девушка тут же отреагировала тоненьким писком и попыткой отползти. Удерживая ее за бедра, я переступил ногами вслед за ней, не давая ей соскочить с копья и, чувствуя подступающую волну, ещё больше вошёл в раж.
— А — а, мамочки, хватит, — смешно заверещала она. И сделала ещё одну отчаянную попытку отползти. Ухватив ее за волосы, я бешено задвигал тазом и, хрипло рыча, начал кончать. Крики боли и наслаждения смешались. Удерживаемая в сильных руках, Марина билась подо мной и ее отчаянные рывки усиливали мое наслаждение и без того сильное до потемнения в глазах.

Оргазмировав, я ещё некоторое время удерживал всхлипывающую и вздрагивающую Марину, продолжая двигаться в ней, пытаясь продлить секунды острого кайфа. Лишь когда обмякший член выскочил из задницы, я отпустил девушку.
— Придурок ненормальный! Ты мне чуть жопу не разорвал! — Нервно затягиваясь сигаретой, Марина ощупывала сбитые колени. — Блять, следы теперь на коленках останутся, как я домой пойду?
— Скажешь — упала, — Примирительно ответил я. — А лучше купи ему пузырь и пусть он трахнет тебя раком на ковре. Ещё и виноватым его перед собой за коленки сделаешь. — С этими словами я протянул ей две мятые сотни, которые тут же исчезли в сумочке.

С пляжа выбирались через пустынный парк. Марина шла впереди по узкой тропинке, подсвечивая себе фонариком, я сзади, глядя на ее белеющие в темноте ноги. Крашеные волосы, кургузая приземистая фигурка. Что я в ней нашёл? Наверное, сыграла роль её безропотность и безотказность. Мы ведь ищем в женщинах что то такое, что нас заводит. Взять хоть Саихат, она некрасивая, но обладает бешеным темпераментом и очень умелая в ласках. Пикантности добавляет тот факт, что она мать моего сослуживца. У Аминат идеальная внешность, сосет так себе, но все равно это очень приятно, что такая девушка берет у тебя в рот. А Марина чужая жена ещё вдобавок, это тоже добавляет кайфа. Познакомился я с ней давно, ещё в начале службы, но как-то не имел цели ее выебать. Вернее, в первой половине службы не до баб. Потом появилась Соха, это кличка такая прапорщика Саихат Кушховой, матери контрактника Руслана, которую я ебал летом, потом сразу после нее у меня сосала Аминат, красивая и беспринципная кавказская телка. Да, этим летом я был полон оптимизма, решил типа одну из главных солдатских проблем — недоеб.

Не тут то было. Едва я после многообещающего уикенда попытался подкатить к Сохе за следующей порцией секса, как получил отпор. Эта костлявая сука дала понять, что наша ебля была результатом ее пьяной слабости и продолжения не будет. Особо я не унывал, так как оставалась ещё Аминат, но вариант с ней слетел почти сразу за Саихат.
— Выходит замуж. — Огорошил меня мой друг Макс, когда я поинтересовался возможностью встречи на выходных.
— За кого же?
— Откуда я знаю? Мне вообще — то похуй. У нас с ней были приятные встречи, не более того. А ты что, влюбился? Что — то у тебя голос погрустнел.
— Нет, но подумал, что можно повторить с ней…
— Всё, брат. Забудь.

Тогда я и начал обрабатывать Марину, спермотоксикоз толкал на решительные действия, к тому же я чувствовал, что женщина слаба на передок. Конечно, служба оставляет мало времени на шуры-муры, тем не менее, не прошло и недели, как я почти добился своего. Тогда, в самый первый раз, мы сосались и зажимались у неё в подъезде, как подростки. Я лапал её за жопу через джинсы, щупал за промежность.

— Ну все, пусти, хватит. Не драконь меня, я все равно не буду — Не переставала бормотать она, слабо, больше для порядка, вырываясь. В какой то момент ей удалось освободиться и она устремилась по лестнице вверх. Но я поймал её за живот и, прижавшись стояком к её заднице, начал плотно о неё тереться, одновременно ухватив её одной рукой за сиську, другой между ног. Расстегнув пуговицу, я залез рукой ей в трусы и после недолго борьбы проник в неё двумя пальцами. Сопротивление её сразу ослабло, она прижалась ко мне задом. Продолжая дрочить ей, я активно работал тазом, рассчитывая кончить хотя бы таким способом. Со стороны, наверное казалось, что мы занимаемся сексом, хотя мы оставались в одежде.

— Подожди. Слышишь, ну успокойся. — Я прекратил движения тазом, понимая, что она приняла какое-то решение, и отпустил её.
— Не здесь же.
— А где?
— Значит, в другой раз, когда найдём место.
Она опять сделала шаг в сторону лестницы. Я поймал её за руку и потянул на себя. Качнувшись, она невольно повисла на мне. Придержав её за талию, я положил её руку на вздыбившийся под штанами член:
— Он не может ждать.
Пьяно хихикнув, Марина помяла его пальцами:
— Помоги себе сам. — Руку она, впрочем, не убирала, продолжая ощупывать ствол и даже пыталась его дрочить через ткань.
— Подожди. — Торопясь, я быстро освободил хуй и он, распрямившись, ловко лёг в её мягкую ладонь. Глядя мне в глаза, она ухватила его и несколько раз дрочнула.

— Такой твёрдый. — Тон её голоса изменился. Теперь она дрочила его, склонив голову вниз, глядя на то, что делает её рука. — Господи, сколько смазки! Никогда столько не видела. Бедный, сколько же ты терпишь. — Шептала женщина, продолжая надрачивать. Почувствовав в её голосе смесь возбуждения и какого-то материнского сочувствия, я робко попросил:
— Марин, давай в рот.
— Ещё чего. — Но в голосе не было категоричности, скорее это было доброе ворчание человека, который решил поддаться на надоевшие ему просьбы. Уловив эту нотку в её голосе, я ещё раз простительно проканючил:
— Ну пожалуйста, Марин.

Деланно тяжко вздохнув, девушка огляделась в тёмном подъезде, видимо искала, на что присесть. Не найдя, ещё раз вздохнула и опустилась на корточки. Сдвинув шкурку, она обнюхала член и только после этого осторожно лизнула его языком. Отодвинувшись, она посмотрела на меня сверху и вниз и строго сказала:
— Только доделывать до конца рукой буду, понял? Скажешь, когда подойдёт. — Я кивнул. Марина осторожно обняла член губами, и, удерживая его ртом, замерла на некоторое время. Недоумевая, я смотрел на неё в ожидании и ничего не предпринимал. Тогда она, отстранившись, удивлённо посмотрела на меня и недовольно произнесла:
— Ну и что ты замер?

— Извини. — Примирительно сказал я, догадавшись, каких действий она от меня ждёт. Как только она опять взяла в рот, я начал тихонько двигаться, трахая её рот. Голову она держала неподвижно, прикрыв глаза и удерживая член рукой и лишь недовольно хмыкала, когда я пытался проникнуть поглубже или поневоле, войдя в раж, ускорялся. Несмотря на примитивность и однообразие такой «техники», я уже через пару минут почувствовал приближение оргазма. Сказывалось чрезмерное возбуждение.
— Марин, скоро кончу.
Моментально отстранившись, она поднялась на ноги и, встав сзади меня, ухватилась за член и задергала рукой. Не прошло и полминуты, как я начал кончать, поливая молофьей грязную стену подъезда.

— Вот так, вот так, — Шептала она довольно мне на ухо, выдаивая из меня последние капли. Так начались наши встречи. Уже через два дня я трахнул её на хате у Макса. Без спешки, по хозяйски кинул ей две палки. Ещё через пару дней подвозил по её делам и заставил сосать в машине, кончив на этот раз ей в рот, как само собой разумеющееся. Разобиженную таким поворотом Марину пришлось успокоить пачкой хороших сигарет. Зато после этого все пошло как по расписанию. Один-два раза в неделю ебля плюс иногда отсос в машине. Потом и в зад дала, никуда не делась.

Проводив Маринку до остановки, я посадил её на автобус, который должен был доставить её к законному мужу, а сам неторопливо направился в часть. Как водитель командира, я жил вне распорядка. Фактически, если я не был занят поездками, то был до отбоя предоставлен сам себе. Но завтра предстояло ранний, в 6 утра, выезд. Поэтому я намеревался добраться до казармы и немедленно лечь спать. Выйдя на небольшую улочку-тупичок, которая упиралась в КПП части, я заприметил шедшую навстречу парочку. Они явно шли с военного городка, кто бы это мог быть? Первым я опознал нашего контрактника Руслана. Фигура и походка его были узнаваемы даже издалека. Честно говоря, я всегда побаивался его. Хотя по службе мы не соприкасались, он внушал что-то такое одним своим видом. Само собой, из-за этого я чувствовал к нему некоторую неприязнь.

Я слышал что-то про то, что он вымогает деньги с солдат и это симпатии к нему не добавляло, но лично меня это не касалось, и моя неприязнь к нему основывалась лишь на том, повторюсь, подсознательном страхе перед человеком, который превосходит тебя и физически, и силой характера. После того, как я переспал с его матерью, прапорщиком Саихат, я старался его избегать, так как мне трудно было при встрече с ним скрывать мстительную радость. Но что за девушка рядом с ним? Когда мы встретились под фонарём, я невольно охнул от изумления. Рядом с Русланом, держась за него под руку, гордо вышагивала Аминат! Она тоже сразу узнала меня и я увидел в её чёрных глазах какой-то то животный страх. Сделав над собой усилие, я приветливо улыбнулся и протянул Руслану руку.

— Гуляешь? — Он неторопливо, как это делают сильные и уверенные в себе мужчины, пожал мою ладонь.
— Да все, спать иду.
Он слегка повёл головой в сторону девчонки:
— Это моя невеста, Аминат.
— Очень приятно, я Сергей. — Только теперь я осмелился поднять на неё глаза. Он улыбалась уголками рта, но в глазах продолжал мелькать страх. Кивнув ей, я ободряюще улыбнулся, как бы говоря: «Не переживай ни о чём». Я успел услышать еле слышный вздох облегчения, мышцы её лица расслабились и тут же Руслан властно потянул её за собой. Я настолько ушёл в себя, что знакомому дневальному с КПП пришлось дважды окликнуть меня:

— Эй, да что с тобой? Дай закурить, говорю.
Прикурив, он кивнул головой в сторону удаляющейся парочки и глумливо

ухмыльнулся:
— Хороша сучка, вот бы лупануть. — Вздохнув, он восхищённо покрутил головой.
Я тоже закурил, справляясь с волнением. Из головы не выходили воспоминания о нашей единственной с Аминат встрече… Гладкая смуглая кожа с пушком волос на руках. Её грациозные движения, идеальные формы. Наконец, как кульминация, её влажный и очень горячий рот. Потом безобразная сцена с ванной. Вспомнил все это и подумал, что вряд ли скоро теперь усну.

Свадьба Руслана и Аминат состоялась в начале мая, между праздников. Отмечали все в той же офицерской столовой, где и памятный для меня юбилей нашего комбата. Еще перед свадьбой Руслан съехал с казармы в двухкомнатную квартиру, купленную для молодых родственниками. Еще через месяц я неожиданно встретил Руслана в военном городке. Привычно поздоровавшись, я хотел идти дальше, но он неожиданно задержал меня за руку:
— Погоди минуту, есть разговор.
— Конечно. — Ответил я спокойно, хотя сердце бешено застучало. Неужели что-то знает? Но Руслан заговорил совсем на другую тему:
— У тебя как с деньгами, не одолжишь на месяц-другой?
— Сколько?
— Пять штук. — И сразу без паузы добавил: «Я слышал вы с М. соляру неплохо продали?»
Я лихорадочно раздумывал над ответом. Вызнал, гад! Откуда вызнал? Кто сдал? Теперь он хочет долю, ясное дело, что деньги он никогда не вернет. Руслан молча курил, ожидая ответа. Глаза его нехорошо блестели. Я прямо всем телом чувствовал исходящую от этого человека угрозу.
— Ладно, дам конечно, почему нет. Приходи через полчаса в курилку у штаба.

— Я знал, что на тебя можно рассчитывать. — Руслан обрадовано хлопнул меня по плечу и зашагал дальше. Я направился к казарме, чувствуя, как липкий страх постепенно отпускает. Неожиданно стало противно за свою трусость до блевоты. Лох, как есть лох, запоздало проклинал я себя. Через полчаса, когда Руслан, получив свое ушел, я еще долго оставался в курилке, раз за разом переживая свое унижение, чувствуя острую потребность выпустить на ком-нибудь пар. У Маринки сегодня выходной, а значит она уехала в деревню, где проводит каникулы ее сын. Может, позвонить Максу? Надо только пойти сказать комбату. Вроде не должен я ему сегодня больше понадобиться. После обеда он никуда не ездил, обычно, а домой всегда возввращался на своей машине.

Я затушил сигарету и поднялся, намереваясь сейчас же идти в штаб, как вдруг услышал от крыльца штаба свист. Обернувшись на него, я увидел дневального, который махал мне рукой, стоя в дверях. Недоумевая, я направился к нему, но не успел я подойти, как из штаба вышел сам комбат в сопровождении женщины в форме. Высокая костлявая фигура с широкими бедрами, безукоризненная форма, скуластое лицо с орлиным носом и неприступным, надменным выражением. Если бы не это лицо, которое с первого взгляда выдавало в ней кавказское происхождение, то эту женщину по ее повадкам и выправке можно было принять за немку-гестаповку из какого-нибудь советского фильма про войну. Это была старший прапорщик Саихат Галимовна, начпрод части, мать Руслана и свекровь Аминат. Подполковник, как всегда был краток:
— Отвезешь на дальнюю подсобку, привезешь обратно.
Мне совсем не улыбалось ехать в такую даль, но оставалось только исполнять.

Свернув со взлетной полосы, проехали примерно с километр по узкой асфальтированной дороге до ГСМ, оттуда оставалось еще с пять километров по такой же дороге, узкой, с мощными дубами по всей обочине. Не отрываясь от дороги, я искоса рассматривал свою пассажиру. Голые худые коленки плотно сдвинуты. Юбочка натянута без единой морщины. Пилотку она сняла и положила на колени, держит вместе с сумкой. Глаза спрятаны за солнечными очками. Одета по летнему — блузка с погонами, без галстука, верхние пуговички расстегнуты. Если присмотреться, можно увидеть верх груди… Впрочем, мне нет нужды присматриваться, я там все видел. Вспомнив, как она изнемогала подо мной, а потом осыпала в благодарность за свои оргазмы жаркими ласками, её язычок, такой остренький и твёрдый в самых разных местах, я почувствовал возбуждение. Член напрягся в штанах, заныл сладко, не находя выхода своей мощи. Тебе ведь понравилось тогда, сука. Что же ты так холодно отшила меня потом? Все вы бабы, твари. И твоя сноха такая же.

Пила мою сперму, да и не только мою, потом целочкой вышла за твоего сына. Воспоминание о Руслане и пережитом сегодня унижении вызвало прилив злобы. Теперь эта злоба, смешавшись с возбуждением, кипела во мне, плескалась, искала выход. Внезапно справа, между дубами я увидел съезд с дороги и дальше накатанную колею, которая вела через луг в небольшой перелесок. Не раздумывая, я резко затормозил и свернул вправо. УАЗ, как необьезженный конь, запрыгал по ухабам. Саихат закричала, пытаясь удержаться на сидении. Очки с неё слетели. Наконец, слева я увидел просвет между деревьями и свернул туда. Рыча и ломая небольшие кусты, УАЗ выкатился на небольшую поляну и остановился.

— Ты ебанутый! — Я не успел увернуться и получил хлесткую оплеуху. Разъяренная Соха размахнулась второй раз, но я успел перехватить её руку, сразу ухватившись за вторую. С минуту мы боролись, пока я не прижал её к сиденью. Наши взгляды встретились и, к своему удивлению, я увидел, что выражение злобы на ее лице исчезло. Она с интересом ждала, что я буду делать дальше. Точно с таким же выражением насмешливого любопытсва она уже смотрела на меня, когда мы сидели тет-а-тет на диване в ее квартире.
— Нет, ты и правда ебанутый. Пусти. — Очень спокойно сказала она. Отпустив женщину, я откинулся на сидении, наблюдая за ней. Саихат подняла с пола пилотку и очки, положила на панель, потом взяла сумочку и обернулась ко мне:
— Не сиди столбом.

Поняв, я расстегнул ремень и приспустил штаны вместе с трусами до колен. Член уже вовсю стоял, подрагивая от возбуждения. Переведя взгляд направо, я увидел, что Саихат уже приготовила салфетку и ждет, когда я буду готов. Взяв мое копье у основания левой рукой, она быстро, но тщательно протерла его салфеткой и сразу взяла в рот. После холодной влаги контраст с ее горячим ртом оказался таким приятным, что я громко застонал. Забравшись коленями на сиденье, женщина принялась за приятную работу. В отличие от халтурщицы Марины, она брала в рот полностью, зарываясь носом в густую жесткую волосню. На несколько секунд замирала в этой точке, затем, вращая головой, двигалась вверх. Дойдя до верхней точки, так, что у нее во рту оставалась лишь головка, она сдвигала пальцами шкурку вниз и начинала крутить головой в обратном направлении. Остренький шершавый язычок в это время гулял вокруг и под шляпой, доставляя мне чертовски приятные ощущения.

Эта сладкая пытка продолжалась секунд пять, потом голова начинала двигаться вниз и цикл повторялся. Да, эта женщина любила член и умела с ним обращаться. Правой рукой я оглаживал ее худой зад и бедра, потом залез под юбку и, просунув руку ей между бедер, засунул пальцы под тонкую ткань. Одобрительно замычав, Соха закрутила жопой, не прерывая отсоса. Долго однако так продолжаться не могло. Приближалась разрядка и я стоял перед диллемой — мне одинаково хотелось и засадить ей и кончить в рот. Хотя мой член еще раньше провел немало времени во рту Саихат, я ни разу не кончал ей в рот и не знал, как она отреагирует. Восток дело тонкое. Решил, что пора все-таки перейти к классической ебле, тем более, что, как я чувствовал пальцами, Соха уже была готова к проникновению моей дубинки. Я положил руку ей на голову и осторожно придержал. Выпустив член изо рта, она приподняла голову:
— Что такое?
— Я скоро кончу.
— Я этого и хочу.
— А ты?
— Тебя сейчас все равно надолго не хватит. Не думай об этом, я потом получу свое. — Голос ее прозвучал неожиданно ласково.
— Когда?
— На обратном пути заедем сюда и тогда мне засодишь.

— С этими словами она поймала член ртом и начала сосать, чуть увеличив темп, явно стараясь максимально приблизить мой оргазм. Теперь, когда я мог не заморачиваться насчет того, как это кончится, я просто откинулся на сидении и ждал развязки, полностью отдавшись своим ощущениям. И этот сладкий момент наступил. Собрав ее волосы в кулак, я начал дергать ее голову на себя, одновременно подмахивая тазом навстречу ее рту. Подчиняясь моей руке, Соха покорно принимала в рот струи спермы. Я просто физически чувствовал, насколько они тугие и обильные. Когда все закончилось, она еще некоторое время лежала у меня на коленях, сглатывая, как змея, свою добычу. Потом осторожно положила свою тонкую руку на мою лапу, которой я продолжал сжимать ее волосы. Очнувшись от сладкого забытья, я разжал пальцы. Саихат подняла голову и маленький сморщенный член выпал у нее изо рта. Не обращая больше на меня внимания, она начала приводить себя в порядок. Я закурил.
— Прикури мне тоже. — Попросила она, подкрашивая губы. Затянувшись сигаретой, она произнесла, глядя вперед:
— Ты изменился. Я и не думала, что ты способен а такую прыть.
— Извини, если я был грубым, пожалуйста.
Покосившись на меня, она усмехнулась и стряхнула пепел в окошко:
— Ничего, иногда с нами только так и надо. Поехали.
Пожав плечами, я пустил двигатель. Выруливая задом обратно на грунтовку, я бросил взгляд на часы. На все вместе ушло пятнадцать минут.

Окончание следует