Солдатская сказка. Часть — 1

Я уже собрался кончать Аминат в рот, когда заверещал домофон. От неожиданности девушка выпустила член изо рта и первая, особенно мощная от возбуждения и долгого воздержания струя спермы хлестнула ее прямо по лицу. Именно хлестнула, прочертив на смуглом лице белесую струю от густой брови до верхней губы.
— Что ты делаешь? — Завизжала Аминат, отскакивая на другую сторону кровати и вытирая лицо ладошкой. А я продолжал кончать, помогая себе рукой. Сперма уже не долетала до смуглянки, а падала на простынь, пятная семейное ложе Кушховых. Пока я торопливо приводил себя в порядок, Аминат металась по спальне, как дикая кошка. Сдернув белье с кровати, она бросила его в корзину и начала энергично подталкивать меня в спину:
— Быстрее, она сейчас своим ключом откроет.
Выскочив за дверь, я взбежал на пол-этажа вверх и прижался к стене. Сердце дико стучало. Снизу послышались шаги. Кто-то остановился перед дверью только что покинутой мной квартиры и энергично постучал. Щелкнул замок и сразу послышался грубый, прокуренный голос Саихат Галимовны. Аминат что-то виновато отвечала свекрови своим тоненьким голоском. Обменявшись парой фраз на родном языке, женщины вошли в квартиру. Выжидаю для верности пару минут и спускаюсь вниз. Хорошо, что догадался оставить машину у соседнего дома! Руки трясутся так, что не сразу получилось вставить ключ в замок зажигания. Выруливаю на оживленный проспект, сосредотачиваюсь на вождении, это помогает успокоится, унять мандраж. Спокойно миную КПП части и через несколько минут паркуюсь на привычном месте у штаба. Закуриваю. У меня еще около часа времени и я мысленно возвращаюсь к событиям годичной давности, с чего все началось.

Юбилей комбата отмечали в пятницу в офицерской столовой. Народ перемешался. Тут и офицеры с прапорщиками, и родственники. Все пьют и веселятся. Как всегда танцы, конкурсы. Только мне невесело. Ненавижу эту толпу, и для этого есть причина. С сегодняшнего вечера и до утра понедельника у меня увольнительная. Мой друг и земляк Макс ждет меня на своей квартире, мы уговорились идти в клуб. В командирском УАЗике на заднем сиденье лежит пакет с гражданкой. Осталось только развести по домам этих пьяных свиней. Это просьба комбата, она мало отличается от приказа. Да по сути тот же приказ и есть. Комбат бухает и веселится с гостями, я его водитель, а значит, бесплатное такси. Наконец, к полуночи я отправился в последний рейс. Первым завез в частный сектор замполита. Теперь
осталось всего двое пассажиров. Остановился у высокой новостройки, чтобы высадить именинника.
— Ты забрал пакет, который тебе собрали? — В третий раз спросил подполковник. Я кивнул. Комбат вставил сигарету в рот. Его сильно шатнуло, но я помог ему удержаться на ногах.
— Ладно, пусти. Пошел. Отдыхай, только без приключений. Старшего прапорщика не забудь доставить. — Хохотнул он, уже подходя к подъезду.
Через пять минут я затормозил во дворе старенькой хрущевки и обернулся назад. Начпрод Саихат Галимовна спала, свесив голову на грудь. Несколько капель слюны упало на форменную блузку. Закурив, я с минуту рассматривал ее. Это была женщина лет сорока трех. Высокая, худая. С костлявыми длинными ногами и небольшой грудью. Сколько я ее не видел, она всегда была в форме, которая ей, кстати, очень шла. Она и сейчас была в ней. Черные волосы цвета воронова крыла Саихат собирала в хвост. Смуглое лицо и « орлиный» нос вместе с немного выдающимися на худом узком лице скулами придавали ей сходство с цыганкой, которой она конечно не была. Пожалуй, ее можно было бы назвать симпатичной, если бы не выпирающие вперед, как у лошади, прокуренные желтые крупные зубы, которые она прятала, постоянно поджимая губы, отчего ее лицо всегда имело какое-то упрямое, неприступное выражение. Наверное, поэтому она редко улыбалась. Несмотря на то, что Саихат, как я хорошо знал, любила выпить и часто помногу, на ее лице не было этих отвратительных следов злоупотребления алкоголем. Кличка у нее была — Соха, так называли ее между собой и солдаты и офицеры. Но никто и никогда не посмел бы так ее назвать в присутствии ее сына — Руслана, мрачного вида детины, который тоже служил в нашей части по контракту. Что ж, пора будить спящую красавицу. Бросив последний взгляд на ее голые коленки, я вышел на воздух. Открыл заднюю дверь и осторожно потряс ее за плечо. Она тут же открыла глаза как будто и не спала. Посмотрела на меня равнодушно, нашарила пилотку и вылезла из машины. Отряхнулась, расправила юбку и спросила:
— Выпить есть?
Я кивнул. Для меня не стали неожиданностью ни происшедшая с Сохой метаморфоза, в ходе которой она из сильно пьяной женщины превратилась в адекватную и действующую сообразно обстоятельствам личность (черта, присущая всем прапорщикам и женщины не исключение), ни этот вопрос, обращенный ко мне. Все знали, что Соха любит выпить и может выпить много, не особо пьянея. Что она и демонстрировала сейчас.
Я протянул руку и достал с заднего сиденья пакет, переданный мне комбатом и спросил:
— Что, прямо здесь?
Саихат воровато оглянулась по сторонам:
— А что там? — И раскрыла пакет. Я тоже заглянул. Две бутылки водки, пакет сока, бутылка вина, палка колбасы, еще какая-то снедь в свертках.
— Ого. Давай, заходи ко мне через десять минут. Тринадцатая квартира. Только не болтай потом, понял?
Опять киваю. Чего понятней? Почти восемь месяцев за рулем командирского УАЗа. Видел командование части в разных видах. Только дураку надо объяснять, что ты должен уметь держать язык за зубами. Иначе моментом вылетишь. На твое место желающих найдется.

За десять минут я успел отогнать УАЗ на стоянку, переодеться в гражданку и позвонить из автомата Максу, что задержусь. За это время Саихат успела переодеться в домашнее и даже вымыть голову — сидела в халате с полотенцем на голове и курила. Перед диванчиком стоял журнальный столик, на котором она уже успела расставить рюмки и тарелки с нарезанным хлебом, колбасой и сыром.
— Садись. — Она хлопнула по дивану рядом с собой.
Я знал. что она живет одна и без опаски прошел в комнату и сел. Выпили. Завязался непринужденный разговор о том о сем. Как и со многими офицерами и прапорщиками части, я давно был с Сохой на короткой ноге, поэтому не испытывал ни робости, ни волнения. Саихат расспрашивала о родном городе, о родных, о планах.
— Ты ешь, ешь. Голодный ведь.
Искоса поглядывая на нее, я заметил, что когда она протягивает правую руку вперед, слегка наклоняясь при этом, становится видно часть ее маленькой смуглой груди. Чтобы развлечься, я поставил себе цель — увидеть ее сиську полностью и начал украдкой посматривать туда. И когда она в очередной раз начала разливать водку, она открылась! Маленький крепкий конус венчал крупный коричневый сосок размером чуть не с фалангу пальца. И он стоял! Я смотрел, не в силах отвести взгляд, чувствуя легкую приятную истому в паху. Подняв наконец голову, я внезапно наткнулся на насмешливый взгляд Саихат. Я сразу понял, что попался. Покраснев, я только облизал пересохшие губы. Не говоря ни слова, она показала мне глазами на мою рюмку. Я медленно выпил, закусил. Она продолжала также насмешливо смотреть на меня. И тут произошло что-то совсем неожиданное. Саихат спокойно распахнула на груди халат и ровным голосом произнесла:
— Ну что, так лучше видно?
Как завороженный, я смотрел на пару небольших остроконечных холмиков, не в силах произнести ни слова. Лишь сглатывал слюну.
— Ну что молчишь? Тебе нравится?
— Да. — Наконец вымолвил я. — Они чудесны. — И это была правда.
— Тогда чего ты ждешь?
Я уже справился с собой и два раза повторять мне не потребовалось. Урча, как котенок, я обхватил сосок губами, прижал его языком к небу. Одновременно ухватился рукой за другую сиську. Откинувшись на спинку дивана, Саихат гладила меня по голове, поощряя мои действия и слегка постанывала от удовольствия. Я сосал ее соски по очереди, теребил их губами, потом целовал ее губы и шею, одновременно наминая ее грудь

руками. Снова возвращался к соскам, не в силах от них оторваться. Саихат стонала и бормотала еле слышно, продолжая гладить меня по голове:
— Вот так, вот так хороший мой…
Наконец, через несколько минут она прервала мои ласки, просто отодвинув мое лицо от себя. Тяжело дыша, я непонимающе уставился на нее. Улыбаясь, она кивнула головой на дверь спальни. Тогда я просто подхватил ее на руки, благо весила она немного и, сделав два шага, плечом открыл заветную дверь.

Оказавшись на постели, Саихат быстро избавилась от халата и стянула трусы. Закинув руки за голову, она наблюдала за тем, как я раздеваюсь. Избавляясь от одежды, я посматривал на нее. Несмотря на худобу, у нее оказались широкие бедра, чего я раньше как-то не замечал. Ноги у нее были длинные и худые, как у подиумной модели. Слегка выпирающий, густо заросший волосами лобок, потом впалый живот и две аккуратные грудки треугольной формы. Смуглая, как у мулатки, кожа. Большие черные глаза блестели. Рот в нетерпении приоткрыт. Ноги она согнула в коленях и приглашающе их раздвинула. Едва я оказался над ней, она тут же схватила меня за член и направила куда надо. Как только я вошел в нее, она обхватила меня ногами и прижала к себе. Внутри у нее было очень влажно и тесно. Я понял, что как только я начну двигаться, то моментально кончу. Так и произошло. Меня хватило всего на три качка, после чего я со стоном начал кончать.
— Все? Эх ты, жеребец…
Я с некоторым облегчением отметил, что в ее голосе не прозвучало ни разочарования, ни, тем более злости.
— Извини, — Пробормотал я, глядя на нее сверху вниз.
Вместо ответа Саихат ухватила меня руками за подмышки и потянула вверх:
— Иди сюда.
Я не сразу понял, чего она хочет, потом догадался и, встав на колени, передвинулся вперед. Как только я оказался над ее лицом, Саихат подняла голову и взяла в рот обмякший член. Не передать словами, что я чувствовал в этот момент! В свои двадцать с небольшим я уже знал, что такое минет, но взрослая отсасывала впервые. Да еще в таком подчиненном положении. Я рядовой, а она прапорщик. Начальница, можно сказать. Круче только секс с училкой. Пикантности добавлял тот момент, что, во-первых, сосет не просто женщина, а женщина с Кавказа. Во-вторых, это мать моего сослуживца, которого я недолюбливал. Вот о чем я думал, сидя над лицом Саихат, которая делала свое приятное для меня дело. Поджав язычком головку, сжимая член губами, она шевелила головой, совмещая вращательные и возвратно-поступательные движения. Это было чертовски приятно и член быстро обрел былую твердость. Как только он встал, Саихат убрала руки с моих бедер и заложила себе их за голову. Подталкивая себя в затылок руками, она с минуту насаживалась ртом на меня, потом с громким чмокающим звуком выпустила член изо рта и упала на подушку. Я лег на нее и все повторилось опять. Нетерпеливая рука заправила член в себя и ноги Саихат обняли меня, скрестившись на заднице.
— Давай, — Шептала она, подталкивая мой зад ногами и энергично подаваясь тазом мне навстречу. И я давал, вгоняя в нее свой поршень так быстро и так сильно, как только мог. Не прошло и тех минут, как Саихат забилась подо мной в сильном оргазме. Хрипло крича, она царапала мне спину и сильно сжимала ногами. Я прямо чувствовал, как из нее течет. Наконец, она затихла. Я лежал на ней, приходя в себя после бешеной скачки. С минуту она гладила меня по голове и спине, приходя в себя.
— Ты не кончил?
— Неа.
— Может хочешь сзади?
— Давай, — Обрадовался я.
— Слезай тогда, а то раздавишь. — Засмеялась она.
Стоя перед ней, пока она поворачивалась, я посмотрел вниз. Член и волосня были мокрые от ее выделений. Даже по ляжке текло.
— Ну что ты? Давай. — Саихат призывно отклячила зад, уткнувшись в подушку головой.
Удерживая женщину за бедра, я начал не спеша трахать ее сзади. Наклонившись вперед, я ухватил ее обеими руками за грудь. Двигая тазом, я ласкал пальцами ее крупные стоячие соски и мял грудь. Прошло немного времени и Саихат стала постанывать. Одну мою руку она сняла с груди и направила себе между ног. Теперь я одной рукой ласкал груди, а пальцами другой клитор. Тесная и влажная пизденка Саихат плотно обхватывала член, но я не мог двигаться достаточно быстро, чтобы кончить, не имея упора для рук. Тогда я оставил в покое ее сиськи и клитор и, взяв ее руками за бедра, наконец-то смог набрать хороший темп. После этого мне не потребовалось много времени, чтобы кончить. Я уже хотел выйти из нее, но тут она обернулась:
— Подвигайся еще чуть-чуть, я на грани.
Я быстро начал ее трахать, чувствуя, как член в ее лоне начинает терять твердость. Но Саихат и правда была на грани. Кончала она, правда не так бурно, как в первый раз, но достаточно громко. Как только она перестала дрожать, окончательно обмякший член выскочил из нее и я отпустил ее зад, весь в красных пятнах от моих пальцев. Она легла на живот, я прилег рядом.

— Прикури мне сигарету.
Саихат так и лежала на животе, болтая ногами как девочка. Затянувшись пару раз, она спросила:
— Что ты обо мне думаешь?
Улыбнувшись ей, я погладил ее по спине:
— Ты очень страстная.
— Тебе понравилось?
— Очень. — Поколебавшись, я добавил:
— Особенно когда ртом.
Посмотрела на меня, улыбнулась. С каким-то вздохом затушила сигарету.
— Ну если так, ложись на спину. Тетя будет делать минэт

Продолжение следует