Случайный попутчик. Часть — 2

Светлана была в душе, когда в ее сумочке, сиротливо лежавшей у стены, раздалась телефонная трель. Владимир не сразу сообразил, как лучше поступить — отнести сумку в душ или оставить все до прихода Светы. А телефон разрывался, нетерпеливо наращивая громкость сигнала. В конце концов, Владимир взял сумку и пошел в душ.

— У тебя телефон звонит.

Светлана уже услышала знакомую трель и, перекрыв воду, открыла дверь кабинки. Наскоро вытерев полотенцем руки, она быстрым движением открыла сумку, выхватила телефон.

— Это муж… — на лице Светы отразилась растерянность.

Владимир вышел, не желая слышать объяснения супругов.

— Ты где? — недовольство звучало в голосе Юрия.

— Я задержусь… на работе… — Светлана была застигнута врасплох и не могла еще сообразить, что ответить мужу.

— На какой работе? Что за дела у тебя в пяти минутах от дома?

— В каких минутах?

— Что ты делаешь на Маяковского?

Света поняла, что Юра откуда-то узнал ее место нахождения. «Ах, да! Машина же припаркована на улице!» — догадалась она. Надо было как-то выходить из положения.

— Да, сюда я заехала только на минуту… к однокласснице.

Эта «одноклассница» всплыла неожиданно, укладываясь в логику возобновленных контактов между людьми, благодаря одноименному сайту.

— Завралась совсем, какая там еще одноклассница, если всему городу известно, чей это дом.

— Замолчи. Я уже еду домой. Потом все тебе расскажу.

— Я отвезу Егора на стадион. Вернусь, поговорим.

Света наскоро вытерлась полотенцем, обернувшись в него, вошла в спальню и расслабленно опустилась на край кровати. Она была не в состоянии быстро соображать. Во-первых, еще сказывалась эйфория недавней страсти, от чего в ногах до сих пор ощущалась легкая дрожь. Во-вторых, путаница мыслей о том, как выкрутиться из щекотливого положения, мешала последовательности действий.

— Что, проблема?

Владимир присел рядом и ладонью коснулся ее плеча.

— Да… мне надо идти…

— А шашлык?

— Какой еще шашлык…

Света с выражением грустного безразличия посмотрела на Владимира.

— Прости, все было чудесно. Я не забуду этот день и нашу встречу. Но надо домой. Позволь мне одеться и… постарайся больше не искать встречи. Ладно?

— Не могу тебе обещать это. Я чувствую, что тебе нужна мужская поддержка.

— У меня есть муж и сын. Вот моя поддержка. И, пожалуйста, не вставай между нами… Пожалей меня. Ты слишком хорош. Перед тобой трудно устоять и… и ты это знаешь и пользуешься этим. Пожалуйста, выйди, дай мне одеться.

Странно было слышать это от женщины, чье тело несколько минут назад бесстыдно демонстрировало свою наготу перед глазами мужчины.

Владимир вышел, оставив открытой дверь. Через минуту вышла и Света. Она по-прежнему была взволнована и своим излишне торопливым шагом как бы предлагала Владимиру тоже поторопиться и проводить ее.

— Может это и неуместно в такой обстановке, но хочу, чтобы ты знала — я хотел этой встречи и бесконечно благодарен судьбе, что это произошло. Ты необыкновенная женщина. Такого восторга от близости с женщиной я не испытывал, пожалуй, никогда еще.

— Мне тоже было хорошо с тобой, но прошу, не ищи больше встречи. Пожалуйста…

Света умоляюще посмотрела на Владимира, и в тот момент ему показалось, что в ее взгляде таится жгучее желание новых встреч, а совсем не то, о чем она просит.

— Повторю, что не буду обещать. В конце концов, мы живем настолько близко, что не встретиться будет трудно.

— Тем не менее, до нашей встречи на дороге, мы даже не подозревали о существовании друг друга. Прошу тебя…

— Поверь, после того, что произошло сегодня, я еще острее буду воспринимать мое одиночество.

— Не надо, пожалуйста… Я прошу тебя, как мужчину.

Во дворе разливался аромат шашлыка и от мангала слышался детский смех. Молодая женщина увидела выходящих из дома Светлану и Владимира и направилась к ним, жестами приглашая к мангалу и накрытому рядом столу.
— Вы уже уходите? А как же шашлык?

— Извините, но у меня возникли срочные дела. Спасибо за приглашение, думаю, в другой раз… — Света многозначительно посмотрела на Владимира.

Ольга, так звали дочь, перехватила этот взгляд и догадалась, что между двумя взрослыми людьми произошло что-то важное, о чем оба боятся или не решаются признаться посторонним и даже себе.

— Что ж. Жаль, но всегда будем рады снова видеть вас. Было приятно познакомиться, приходите еще.

Света молча кивнула в знак благодарности за приглашение и торопливо направилась к калитке.

У самых ворот Владимир взял женщину за руку и развернул к себе лицом.

— Мне жаль, что эта встреча так заканчивается. Мне казалось, что в тебе я нашел ту, которую так долго искал. Я буду ждать тебя.

— Не надо, Володя. Отпусти… Пожалуйста, не мучай меня.

Женщина освободилась от объятий и направилась к машине.

Дома было тихо. Первым делом Света отправилась в ванную комнату, где сняла одежду и внимательно осмотрела себя в зеркале — не осталось ли на теле следов недавней измены. Ей казалось, что поцелуи, которыми Владимир покрывал ее тело, были слишком сильными. На самом деле, на теле не было следов, просто страсть, с которой женщина предавалась любовным утехам, была настолько велика, что кожа реагировала на прикосновения горячими импульсами. Света накинула домашний халат и направилась на кухню.

Постепенно мысли приобрели более стройный ход, но убедительной версии своего пребывания в доме Владимира, женщина все еще не находила. Навязчивая «одноклассница» сбивала с толку. Но это слово было произнесено в разговоре с Юрой и теперь оно стало ключевым.

Отношения с мужем на протяжении последних двух лет были не чем иным, как совместным ведением хозяйства. Работа занимала все будни, выходные и редкие семейные праздники сводились к обильному столу и последующему выяснению отношений, во время которого все чаще последнее время Юра вел себя грубо. Секс стал явлением крайне редким и больше напоминал вынужденную процедуру «для здоровья». Только для Светы, часто не достигавшей оргазма, это заканчивалось мучительной болью внизу живота. Приходилось скрытно, чтобы не разбудить храпящего мужа, самой пальчиком теребить клитор, достигая разрядки.

Убедительной причины ее посещения дома на Маяковского так и не находилось. Возня на кухне немного успокоила женщину, но звук захлопнувшейся двери снова вызвал беспокойство, противным желе задрожавшим в груди. Вернулся Юра.

— Ну, рассказывай, где была? — Мужчина был чрезмерно возбужден, что выразилось в повышенном тоне голоса и импульсивных движениях, судя по которым, он едва сдерживался, чтобы не ударить.

— Я тебе уже сказала, что у одноклассницы.

— Какой одноклассницы? Что врешь! Мужик там живет один. Все в городе это знают.

Юра все больше возбуждался, чувствуя ложь и неуверенность в ответах жены.

— Я училась с его дочерью Олей и… она сегодня пригласила меня к ним… я только на минуту зашла… они на шашлыки приглашали, а я даже не осталась.

— Что ты врешь! Сука ты. Его дочь лет на десять тебя младше… и была ты там не пять минут, сука… я видел там твою машину два часа назад!

— Не груби мне! Придержи язык! — Света поняла, что прокололась и решила поменять тактику — перейти в наступление.

— Ты, блядь, мне еще рот затыкаешь!

Юра выдернул широкий брючный ремень и замахнулся на женщину. Не ожидая такого натиска, Света попыталась защититься руками и попятилась в сторону двери. Но Юра не бил, а только размахивал ремнем, выкрикивая грубые слова и угрозы. От неожиданности Свету парализовало. Она не могла говорить, ноги стали ватными и едва передвигались. Главное, была парализована воля. Она была не в состоянии возражать или препятствовать натиску мужчины. Это было заметно и приводило его в еще большее неистовство.

— Я знаю, что ты… что ты трахаешься с другими мужиками… что только и ждешь, чтобы выебали твою поганую пизду…

Мужчина уже не мог контролировать свой гнев и продолжал наступать на Свету. Так, отступая, она зашла в спальню и остановилась у самого окна между кроватью и шкафом. Дальше идти было некуда. Юра все размахивал ремнем. В какой-то момент он отбросил свое оружие и в гневе рванул в стороны полы светиного халата. Пуговицы разлетелись, со звоном ударяя по оконному стеклу. Света импульсивно сжалась, пытаясь руками прикрыть наготу. В глазах мужчины загорелся совершенно дикий огонек страсти. Он бросил Свету на кровать. Падая, она широко раскинула руки и ноги, отчего желание овладеть ее телом еще больше охватило Юру. Не мешкая, он расстегнул брюки и освободил свою плоть.

— Сука, скажи, тебе понравилось, как он лапал тебя, как тискал твои сиськи? Что молчишь? Отвечай своему мужу! Ну!

Но Света была не в состоянии даже открыть рот. Все ее тело парализовал страх, странным образом смешанный с ожиданием чего-то необычного, ранее никогда не испытанного.

— А ну! Раздвигай ляжки…

Юра грубо коленями развел в стороны ее ноги и тут же вошел в лоно женщины глубоким движением. Света только охнула от резкой боли, которая быстро утихла, как только Юра начал движение.

— Так он кончил в тебя, да, сука? Не пизди, что он тебя не выебал! Там все скользит и хлюпает.

Юра буквально насиловал безвольно лежавшую женщину, ускоряя темп. По мере приближения кульминации его грубые слова сменились глубоким дыханием и редкими стонами. Странные вещи происходили и в теле женщины. Мозг по-прежнему находился в туманном полусознании, в то время как тело неожиданно для нее самой вдруг стало отзываться на действия мужчины нарастающим вожделением. Из ее горла вырывались стоны, бедра поднимались навстречу ударам члена и руки непроизвольно легли на его плечи и с каждым движением притягивали мужчину.

— Я ненавижу тебя…и… я люблю… — Юра выкрикнул эти слова в тот самый момент, когда член изверг поток горячей спермы.

Скорее от этих слов, а не от физического воздействия на чувствительные органы, Света ощутила, как по конечностям прокатилась горячая волна оргазма и выплеснулась в глубине ее чрева. Юра еще продолжал двигаться внутри нее, а по щекам прокатились и упали на ее живот скупые мужские слезы. Света не удержалась и прижала голову мужчины к груди. Она не могла видеть слез того, кто только что унизил ее и в то же время заставил ее тело трепетать от страсти. Сейчас в ней говорила обычная женская жалость.

Они лежали молча: Юра, уткнувшись лицом в подушку, а Света рядом на спине. По ее щекам тоже текли слезы. Оба думали об одном и том же. Оба понимали, что дальше так жить нельзя, но и что делать не знали.

Разговаривать не хотелось. Света запахнула полы халата и направилась в ванную. Когда она вернулась, Юра уже оделся и крутился у шкафа, собирая в сумку вещи.

— Что ты делаешь?

— Собираю вещи.

— Ты уходишь?

— Так будет лучше. Потом разберемся, как быть дальше…

— Где ты будешь жить.

— У брата пока, а там посмотрим…

— Наверно, ты прав, так будет лучше.