Счастье Тани

Ее похитили прямо в клубе. Незнакомый красавчик пригласил на танец, угостил коктейлем, и Таня «поплыла». Пришла в себя в закрытом помещении в незнакомом месте, привязанная к стулу. Мужчина в маске, вежливо предложил подписать контракт, на выполнение «работ по дому» в течении года. Девушка естественно отказалась. «Если будешь упрямиться, получишь много неприятных ощущений, но все равно сделаешь то, что нужно». Эта фраза, похоже, являлась любимым выражением похитителя. Через сутки, с испоротой спиной, клитором и сосками обожженными электродами, Татьяна подписала, не читая контракт, по телефону сообщила квартирной хозяйке, о том, что должна уехать, деньги, за год проживания переведет на карточку. Так же, удаленно уволилась с работы и позвонила маме.

«Вот и молодец, стоило, мучатся? Теперь, если будешь послушной девочкой, спокойно отработаешь год, и уйдешь на все четыре стороны, с хорошими деньгами».

Быть «хорошей девочкой» не получилось. Слишком немыслимыми были требования ее безумного похитителя. Он хотел, чтобы девушка ходила все время обнаженной, по несколько часов в день занималась самоудовлетворением, в том числе и анальным, с помощью крупных дилдо, позволяла вкалывать себе неизвестную гадость, и главное, заниматься раздаиванием груди. Это двадцатилетней нерожавшей девушке. Далее прозвучала любимая фраза захватившего ее злодея, и он снова оказался прав.

Отказаться от одежды стало самым легким из требований, тем более что она не выходила с закрытой территории виллы, находившейся, судя по всему где-то за городом. Похититель, потребовал, при обращении называть его «хозяин». Он вживил медицинские клапаны в обе руки. Когда требовалось, безболезненно присоединял иголку шприца или капельницу. Клапан менялся раз в месяц. Неприятно, но не слишком мешает. Хуже оказались упражнения с дилдо. Нужно было смазать дырочки лубрикантом, и активно двигать в себе большой искусственный член. Таня никогда не занималась таким. Конечно, баловалась со своим клитором, но вставлять в себя большой холодный кусок силикона, с трудом раздвигающий половые губы было неприятно. Скоро девушку охватывало возбуждение, и раздвигающий, обильно покрытые гелем стенки влагалища, предмет начинал приносить удовольствие. Но его и близко нельзя было сравнить с радостью естественного секса. Если хозяину казалось, что она недостаточно старается, он пристегивал женщину к специальному станку и вставлял в нее автотрах, который долбил внутренности женщины со всей безжалостностью электрической машины. Самыми болезненными процедурами – оказалось раздаивание. К Таниной груди экзекутор присоединил самый настоящий доильный аппарат, который два раза в день терзал ее несчастные соски. Боль была жуткая.

Упражнения с фаллоимитатором продолжались несколько месяцев. Постепенно хозяин заменял дилдо на все более крупные экземпляры. Пока однажды не отвел на конюшню, и потребовал отдаться коню. Татьяна категорически отказалась, и своим обычным способом хозяин заставил ее передумать. Что сказать, в первый раз, когда огромный конский уд вторгся в нежное женское лоно, было больно и очень страшно. Постепенно женщина привыкла к такому соитию. Каждый секс с конем вызывал болезненные ощущения, но при этом очень возбуждал, и все чаще быстрые, мощные звериные толчки доводили Таню до оргазма. Девушка понимала, что такие яркие ощущения, от ненормального, извращенного секса скорее всего следствие вызывающих желание препаратов, что ей вкалывают. Никакое знание не могло помешать получать удовольствия, от дикого, животного возбуждения, что она испытывала при соитии.

Большую часть суток, оказавшаяся в заточении женщина, спала. В свободное, от «процедур» и приемов пищи время могла заниматься в прекрасно оборудованном тренажерном зале, плавать в большом, 15 метровом бассейне, загорать в солярии. Постепенно восприятие происходящего с ней, изменилось кардинальным образом. Ко времени, когда из грудных желез начало выделяться некоторое количество настоящего молока, доение перестало быть столь болезненным. Мало-помалу стало даже приносить некоторое удовольствие. Иногда, в удачные дни, когда Тане удавалось дать молока, больше чем обычно, к ней подходил похититель, хвалил и гладил по обнаженной спине, предлагал со своих рук полакомиться сладостями. Женщину кормили сытно, но однообразной и почти безвкусной пищей. Подобные поощрения поначалу возмущали девушку. Со временем, они становились все более желанными, и пленница старалась увеличить надой, чтобы его заслужить. И сладкое угощение в этом стремлении было не главным. Моральное удовольствие от похвалы, оказалось пожалуй более желанным.

Физические тренировки, которыми девушка сначала занималась в свое удовольствие, впоследствии стали самой неприятной частью распорядка дня. Тренер (всех мужчин, занимающихся с ней, Таня обязана была называть хозяин) не раз прибегал к болевой стимуляции, чтобы заставить женщину как надо выполнять все упражнения. Однажды, разминая Тане перетруждённые, работой на турнике ноги, он сказал: «Если ты захочешь вернуться, после года и принять клеймо, заниматься спортом будешь по своему желанию». Девушка посмеялась про себя. Лишь бы скорее вырваться из этого места. Однако фразу, возможно из-за ее абсурдности, запомнила.

По прошествии года, вопреки опасениям Татьяны ее действительно отпустили, при чем снабдили при этом вполне существенной суммой. На прощанье хозяин предложил, при желании вернуться написать письмо. Никуда писать освобожденная конечно не собиралась.

На этом проблемы молодой женщины не закончились, а только начались. Ее квартирка встретила хозяйку пылью и запустением. За год девушка привыкла, что о ней полностью заботятся. Отвыкшие от мелкой моторики пальцы плохо слушались, и неловко задетая любимая ваза разбилась вдребезги. Оказалось проще вызвать клининговую службу. Женщину выпустили одетой в шелковый халат на голое тело и пальто. Все старые вещи оказались не по размеру. За год девушка набрала более десяти кило веса, грудь увеличилась на два размера. Новая одежда стесняла, отвыкшее от любых покровов тело и раздражала кожу. Возникла сложность даже с посещением туалета. Таня год не пользовалась туалетной бумагой, у хозяина стояло, что то типа биде. Целый год рацион девушки составляли большей частью питательные коктейли или овощи. Вспомнить, как пользоваться столовыми приборами удалось не сразу, как и готовить, покупать еду. Привыкшие к регулярной дойке груди распухли, превратились в раздутые шары, немилосердно саднящие, боль уходила на время после сцеживания молока.

Находясь у хозяина Татьяна планировала сразу, после освобождения устроиться на работу. Но на деле все свободное время уходило на то, чтобы мало мальски обслужить себя. Женщина еще раз прокляла жестокого похитителя, из-за которого даже дома продолжает страдать. За пару недель быт девушки несколько устроился. За прошлый год ее сексуальный аппетит сильно увеличился. Каждый день, утром и вечером ее трахал жеребец. Лишение регулярного секса вгоняло в депрессию.

Не смотря, на то, что Таня поправилась, фигура ее стала подтянутой и более походила на гитару пышными бедрами и узкой талией. От девушки исходили флюиды женственности и сексуальности, так что мужчины, раньше не обращающее на Таню внимания теперь провожали ее взглядами. При такой популярности несложно было найти любовника на ночь. Каково же было разочарование женщины, когда мелкий мужской отросток начал бесполезно болтаться в ее вагине, основательно разработанной регулярным сексом с жеребцами. Мужчине с трудом удалось кончить в растянутый анус партнерши, который так же, ранее регулярно посещали огромные члены животных. Красавице пришлось удовлетворять себя самой, огромным фаллоиммитатором, а это совсем другое удовольствие, чем горячий член орошающий соками возбужденную киску.

Женщиной впала в дерпессию и аппатию. Она безобразно поправилась, опустилась. Перестала заниматься собой. Почти не выходила из дома, благо деньги пока не закончились. Все чаще с ностальгией вспоминала пребывание у хозяина, где было спокойно, надежно и просто, и не требовалось ни о чем заботиться. И однажды она собравшись с духом написала письмо на странный адрес: поголовье джимейл ком. В конце концов – клеймо, это небольшая боль, за то потом все будет хорошо и приятно.

Вскоре она снова оказалась у хозяина. Можно наконец избавиться от одежды и от забот. Привыкшие к доильному аппарату соски наполнились молоком. Оргазм при сексе оказался особенно ярким. Знакомый, горячий и большой член полностью заполнил ее истосковавшуюся вагину. И даже тупая боль, от вторжения в естество мощного, беспощадного фаллоса показывалась сладкой. Через сутки, после возвращения ее удостоил беседы хозяин.

«Ты вернулась, чтобы получить тавро, и навсегда стать моей собственностью. Зачем тебе это нужно? Молодая, умная, красивая и здоровая женщина. Конечно, похищать тебя, было не слишком красивым шагом. Но ты получила достойную компенсацию. Влагалище сильно растянуто, и удовольствие от заурядного секса понижено, но у тебя хватает денег, чтобы это исправить хирургически, могу дать контакты хорошего специалиста. Перед тобой вся жизнь и масса возможностей. Все, что можешь получить здесь, это заботу и регулярный секс. Взамен я возьму всю тебя, твою свободу. Уверенна, что размен равноценный? После клеймления пути назад не будет. Я, конечно, заинтересован получить такую качественную и производительную телицу. Но мне важно знать, что ты не передумаешь, не станешь раскаиваться и страдать. Это существенно снижает качество молока.» Таня ответила, что все хорошо обдумала. Любая женщина мечтает о защите, надежной заботе, хорошем сексе. Все это, в полной мере она может получить только здесь. Материнский инстинкт, судя по «молочной» направленности также, скорее всего, будет удовлетворен. Так о чем еще можно мечтать?

Получение клейма оказалось не таким легким процессом, как казалось. Глубоко прожженные ткани две недели восстанавливались и болели. Но Татьяна, ощупывая рисунок на своих ягодицах, ощущала, что только сейчас стала цельной.

Спустя малое время хозяин перевез женщину в другое место, ферма «Поголовье», как он его назвал. Там находились полтора десятка женщин, так же, как Таня дававших молоко, и регулярно сношающихся с конями. Каждая обитала в отдельном боксе, который называли «стойло». Истории обитальниц фермы отличались. Большинство ни кто не похищал, они изначально пришли сюда сами. Несколько женщин были беременны, на разных сроках. Такие, удовлетворяли своих четвероногих любовников только анально. Вот когда Тане пригодятся тренировки растянутого зада. Детей вынашивали только суррогатных, и тут же отдавали родителям. Настоящей телке не нужно обременять себя заботой о воспитании, как сказали Татьяне.

Часто на ферму приезжали туристы. Они снимали процесс доения и спаривания. В качестве моделей чаще всего выбирали не беременных и самых красивых. Таня гордилась, что имела большую популярность, чем другие. После сьемок ей позволялось отсосать у присутствующих мужчин. Женщина знала, что сперма содержит много полезных для организма веществ. Некоторые извращенцы пытались заниматься с ней анальным или вагинальным сексом. Ее широкие, разработанные дырочки почти не ощущали этих потуг. Телке нравилось восхищение туристов, неприкрытый живейший интерес мужчин, ревнивые взгляды, редко приходящих женщин. Несчастных, обремененных заботами и вещами. Ведь ни одна из них никогда не сможет дать и тетей части молока, что щедро исторгают ее груди, а секс с любовниками Тани, их просто убьет.

Телки не носили одежды. Почти не щеголяли украшениями. Как справедливо говорили хозяева: «главное украшение телки – она сама». Все, что было на женщинах: крупное золотое кольцо в носовой перегородке. Изящный стальной ошейник. Золотые сережки, в которые были продеты крупные бирки: в правое с номером, в левое, повторяющее рисунок клейма на ягодице. Та из посетительниц фермы, кто давала наибольший недельный надой, получала в правое ухо золотую бирку с цифрой один. Занявшая второе место – серебряную с двойкой. Лидеры были примерно одни и те же. Таня не получила такого отличия ни разу, хоть и очень старалось.

Очень быстро Татьяна привыкла к новой жизни, стала меньше времени тратить на болтовню с товарками. Наносные привычки, оковы обычаев как бы спадали с нее. Каждый месяц, проведенный на ферме, казался ей приятней и легче.

Закономерно пришло время отела. Весь процесс осеменения не занял и получаса. Девушка много читала о тяжести вынашивания ребенка, у нее же почти не наблюдалось неприятных ощущений. Разве что тошнота по утрам, да и то только в первое время. Гораздо сложнее стало заниматься сексом. Ранее, животные любовники брали ее анально не чаще раза в неделю. Теперь ее попка подвергалась вторжению по два раза в день. Но и эти болевые ощущения исчезли за пару месяцев. Татьяну расстраивало ожидаемое, но, тем не менее неприятное значительное снижение надоев. Утешало, что после родов, молока она сможет давать больше, чем прежде. Хорошо растянутая жеребцами вагина перенесла роды почти безболезненно, и женщина вернулась к привычному существованию. Постепенно сознание Тани становилось яснее, а ненужных мыслей в ее голове все меньше. Она полнее могла сосредоточиться на процессах, происходящих в ее организме, получать больше удовольствия от доения, и от секса.

Счастливые телки не обращают внимания на время. Спустя два отела к Тане подошел хозяин с пожилым туристом иностранцем и переводчиком. «Будете ли Вы ставить ей свое тваро ?» — спросил хозяин. «Пока нет» — был ответ. Хозяин давно не разговаривал с ней, вся эта ситуация была непонятно и тревожила женщину. Дальнейшее ее не успокоило. Ты переедешь в другое стойло, сказал хозяин. Там у тебя будут личные любовники, условия и еда будут лучшими, и скорее всего у тебя получится давать больше молока. Правда иногда, не чаще раза в неделю, тебе придется прятать свою красоту под одеждой. Таню закутали в плащ, и они куда – то поехали с иностранцем. На пограничном участке любопытная женщина заглянула в свой паспорт. Оказывается ей уже двадцать девять лет, и она замужем за своим спутником.

Новое стойло оказалось более удобным, хотя Тане не хватало соседства товарок, за то она была почти не ограничена в сексе. Три великолепных молодых жеребца могли удовлетворять ее с утра до вечера. После короткого «загула» заработав боль во всем теле и особенно сильную в натруженном влагалище, телка ограничила количество сношений до трех. Хозяин здесь был только один. Присутствовало еще несколько женщин, ухаживающих за Татьяной, одевших и накрашивающих ее при необходимости. Телка феноменально быстро выучила испанский. Могла свободно, и почти без акцента поддержать светскую беседу. Благо случались они редко, и ни о чем умном и сложном там не говорили.

Новый хозяин не совал в телку свой отросток, хотя часто наблюдал, как она занимается любовью. Иногда позволял почувствовать вкус его семени. Спустя короткое время Таню осеменили. Как ей сказал хозяин, это ее яйцеклетка и его семя.

С тех пор, каждые полтора года телка производила по ребенку.

Выкармливала их до шести лет сама. Детьми занималась няня, и, как только они начинали ходить их переселяли в противоположенное от стойла крыло дома. С того момента, после отнятия от груди, Татьяна видела своих отпрысков только на днях рождения и семейных праздниках.

Жизнь женщины была наполнена смыслом и счастлива. Она не боялась будущего. Старухой не будет никогда: просто однажды умрет при сексе или родах, а до тех пор, будет наслаждаться жизнью на 100%. Иногда, в минуты недомогания Татьяна сомневалась, что правильно живет, все же она не животное, а человек. Позже вспоминала своих знакомых, проводящих свои дни в алкогольном угаре, либо уткнувшись в экран монитора. На нелюбимой и бестолковой работе, или в вечной погоне за деньгами. И стопроцентно решала, что ее существование лучше.