Сарайчик для удовольствий с сестрой. Часть — 1

Эта история произошла в 1970-х годах в Соединенном Королевстве, когда Интернет еще был младенцем и недоступен частным лицам. Это означало, что молодежь черпала знания о сексе в основном из журналов для взрослых, таких как рlаybоy, реnthоusе, Hustlеr и так далее. Тогда восемнадцатилетние были далеко не такими зрелыми или осведомленными о сексе по сравнению со многими сегодняшними 14 или 15-летними подростками, которые за секунду могут просветиться, просто введя слово «секс» в поисковую систему. Таковы были реалии 1970-х годов, приводящие к тому, что многие восемнадцатилетние были довольно наивны, когда дело доходило до реальных сексуальных контактов.


Меня зовут Бен. Я жил тогда со своей сестрой Сьюзен и нашими родителями в одном из небольших городов Англии. Мне было тогда 19 с половиной лет, а Сьюзен была на пятнадцать месяцев младше. Я не знаю, намеренно ли наши родители держали двоих разнополых детей так близко друг к другу или это просто случилось, но мы с сестрой выросли как большие друзья. Жили мы в скромном двухквартирном доме с двумя комнатами и кухней на первом этаже, а тремя спальнями с ванной комнатой на втором этаже. На улицу выходил небольшой палисадник, а сзади было около 150 футов сада. Очень похоже на большинство домов по соседству. Единственным дополнением в конце нашего заднего сада был небольшой деревянный сарай. Первоначально он использовался нашим отцом для его хобби – столярных работ, а также для хранения различных садовых инструментов. Когда мы выросли, у нас было много друзей по соседству и нам разрешали играть с ними в сарае. На протяжении многих лет это был форт; хижина в лесу, почтовое отделение, магазин, школа…

Еще несколько лет назад папе надоело заниматься столяркой и сарай перешел в мое полное владение. В отличие от моей маленькой спальни, это было тихое место в некотором уединении от дома, где я мог чинить или разбирать вещи, чтобы посмотреть, как они работают, и оставлять их на верстаке, зная, что никто их не уберет и не передвинет. Навыков работы по дереву, которым я научился у отца, вполне хватало, чтобы держать сарай непроницаемым для дождя и сквозняков. Когда мои родители поменяли наш старый гарнитур в гостиной, я попросил одно из старых удобных кресел. Когда я сказал им, что это место, где я могу читать свои учебники, не отвлекаясь от телевизора и семейной болтовни, они были рады услышать, что я хочу учиться, и я установил его в одном углу сарая. У меня даже был старый парафиновый обогреватель, который делал сарай впрлне уютным в прохладные дни.

А вот чего родители не знали, так это того, что это было также идеальное место для хранения и чтения коллекции журналов для взрослых на верхней полке, которые я покупал в газетном киоске рядом с колледжем, где я учился на инженера. Я даже сделал фальшивое дно под верстаком, чтобы хранить журналы. В центре сада росло старое дерево, которое скрывало сарай от окон верхнего этажа нашего дома и от любого из окон наших соседей. Сидя в кресле, я заранее мог видеть через окно, выходящее на дом того из моих домашних, кто шел к сараю. Так что я провел много счастливых часов с салфеткой рядом, изучая женскую анатомию по фотографиям и читая эротические рассказы. Вот так я почерпнул свои начальные теоретические познания о сексе.

Моя сестра училась тогда на парикмахера, поэтому большую часть дней работала в салоне, родители тоже работали, так что летними днями по время каникул я обычно оставался один в сарайчике. Наедине со своей порно коллекцией. Так было и в тот теплый день, когда началась эта история.

Я устроился поудобнее в кресле, достал последний купленный и еще не распечатанный журнал из тайника. Мой мир сейчас сузился до разворота с фотографиями обнаженных и чувственных девушек, лобок ни одной из которых тогда не был побрит. Все, что обычно можно было увидеть на снимках, — это обнаженная грудь и треугольник темных волос с едва заметным разрезом, но это было куда больше, чем я мог видеть в своей реальной жизни. Зная, что мне предстоит несколько часов побыть одному, я расстегнул джинсы и спустил их по ногам вместе с нижним бельем.

— Я бы хотел почувствовать, каково это, когда мой член в тебе, — мечтал я, глядя на более откровенную фотографию модели, у которой лобковые волосы были намного реже, чем у других, и ее щель была хорошо видна.

Я был так увлечен прикосновениями к головке своего члена, что некоторое время не удосуживался выглянуть в окно. Только когда световой фон вроде как изменился, я поднял глаза. Там была Сьюзен, пытавшаяся заглянуть в окно.

— Бен, — крикнула она, — ты здесь?

Вот черт! Я не был уверен, что она особо много она могла увидеть внутри сарая, поскольку снаружи было солнечно, и стекло, вероятно, действовало как зеркало. Но меня все равно охватила паника. Я попытался натянуть нижнее белье и джинсы, не вставая, втискивая в них свой быстро спадающий по напряжению член. Мои руки дрожали, и ничто, казалось, не хотело идти туда, куда должно.

— Бен! — крикнула она громче. — Я вижу, что что-то движется, так что я знаю, что ты там. Впусти меня, я сегодня утром оставила ключ от дома внутри, и дом заперт. Я хочу взять запасной, который мы держим в сарае.

Я принял меры предосторожности, установив засов на внутренней стороне двери для «уединения», поэтому я знал, что она не сможет войти.

— Сейчас! — наконец крикнул я, увидев, что она направилась к двери, поэтому так быстро, как только мог, встал и сумел привести в порядок свою одежду.

— Давай, Бен, ради всего святого, что ты там делаешь?

Судя по голосу, теперь она начинала сердиться. Я отодвинул засов и почувствовал, как она толкнула дверь в мою сторону.

— Сью, почему ты не на работе?

— Потому что, Бен, если бы у тебя была хоть капля мозгов, ты бы сообразил, что сегодня среда и учусь только первую половину дня.

Черт! Поскольку я обычно учусь в колледже, у меня вылетело из головы, что она работала по субботам, поэтому по средам у нее было полдня.

— О, э-э-э… да… извини, я забыл, — промычал я.

Она ворвалась в сарай, злая как сто чертей:

— Так что же тебя так задержало? Только не говори мне, что ты тут учился во время каникул, — саркастически сказала она.

— Да я просто… эммм.. просто… задремал.

— Задремал?

— Ну да. Жара же сегодня, — сымпровизировал я.

— Хм, ты совсем покраснел, и воздух пахнет тоже немного странно, — сказала она, принюхиваясь и оглядываясь.

Черт, черт, черт! У меня не было времени убрать журнал – он лежал на верстаке лицевой стороной вниз.

— Тогда дай мне его.

— Что дать? — тупо повторил я.

— Ключ, Бен, ключ. О, я просто возьму его сама, раз ты все еще спишь, — сказала сестра и потянулась мимо меня через верстак к гвоздю, на котором висел запасной ключ.

— О, что это? — спросила она, заметив глянцевый журнал и взяв его в руки.

— Это просто… эмм… кое-что, что я… позаимствовал… у друга.. – пытался объяснить я, придумывая слова на ходу.

— Фу, — сказала она, переворачивая страницы, — это и есть один из тех грязных журналов, не так ли?

Пойманный с поличным, я покраснел еще больше.

— Ну, Сью,.. ммм… на самом деле это как-то познавательно, — сказал я в волнении оттого, что мой секрет раскрыла моя младшая сестра, которая порой вела себя со мной еще более назидательно, чем наша мама.

Она положила сумочку на верстак и открыла журнал.

— Я никогда раньше не просматривала ничего подобного, — сказала она вполголоса, перелистывая страницы. — О Господи, посмотри на это, и это, — ее голос повысился, — это реальный размер?!

Она показала на фотографию парня в обтягивающем нижнем белье, но с полной эрекцией — хотя и прикрытой тканью, но точно уже ничего не оставляющей воображению.

— Дай мне его обратно, — выпалил я, смущенный тем, что она пялится на прелести парней.

— Подожди, еще нет, — она сделала паузу. — Ух ты, я и не думала, что они могут такое напечатать, — сказала она более тихо, почти про себя, перевернув еще несколько страниц.

На ней был тонкий топ с низким вырезом и короткими рукавами, который открывал малейшую ложбинку между грудями, и я мог видеть, как красный румянец начинался где-то там и поднимался к ее шее, пока она изучала страницу за страницей. Я никогда по-настоящему не смотрел на Сью, кроме как на сестру и друга. Было ли это из-за фотографий, которые я рассматривал, я не знаю, но когда я посмотрел на нее искоса, то был немного шокирован, поняв, что она очень сексуальная и привлекательная девушка. Она стояла, прислонившись к верстаку, в маленькой черной мини-юбке на узкой талии, с голыми ногами в летних сандалиях. Она смотрела широко раскрытыми глазами на некоторые страницы, которые я уже успел выучить наизусть.

Ее длинные каштановые волосы были прямыми и ниспадали на плечи. Они были блестящими и хорошо подстриженными – учетом ее работы в парикмахерской, я и не ожидал ничего меньшего. На ней было немного косметики, но с ее светлой, гладкой кожей без пятен она в этом не нуждалась. Румянец, который я заметил ранее, распространился по ее щекам, придавая им розовый оттенок. Ее полные губы были слегка приоткрыты. Ее груди были больше, чем я замечал раньше, вероятно, потому, что я не разглядывал ее раньше, но теперь, когда я присмотрелся повнимательнее, они выглядели круглыми и твердыми в ее лифчике под этим топом. Был ли там только намек на сосок? Я не был уверен.

— Разве ты не хотела получить ключ и уйти, Сью? — спросил я, чтобы привлечь ее внимание.

— Эмм, да, сейчас, через минуту, — ответила она, не отрываясь от журнала.

— Кажется, тебя это интересует, тебе нравится то, что ты видишь? — осторожно спросил я.

— Да, в какой-то степени, — она слегка усмехнулась, — я действительно удивляюсь, почему только женщины тут обнажены.

— Я не знаю, я думаю, что это связано с законом или что-то в этом роде, — пробормотал я.

— Это не совсем справедливо, не так ли? – спросила она, глядя на меня.

— Ну, я не думаю, что эти журналы нацелены на женщин», — промямлил я.

— Итак, что ты делал, — спросила она с едва заметным намеком на улыбку, — когда я подошла к окну?

— Просто эээ… просматривал фотографии, как и ты сейчас.

— И это все? — спросила она, приподняв бровь. — Ты ведь играл со своей штукой, не так ли?

Было совершенно очевидно, что мои щеки покраснели, но на самом деле я не хотел вести этот разговор со своей младшей сестрой.

— Старшие девочки в салоне говорят, что их парни делают это даже на их глазах, — сказала она. — Так я угадала?

— Сью, ты не должна спрашивать меня об этих вещах. Это мое личное — почему бы тебе не взять ключ и не уйти.

— Тебе придется ответить на более сложные вопросы, если я расскажу маме и папе, чем ты на самом деле здесь занимаешься, — пригрозила она. — Ты этого хочешь?

— Нет, не хочу.

— Ну тогда скажи мне прямо, — велела она.

— Хорошо, хорошо, я тут кое-чем занимался. Ты теперь довольна?

— Не совсем, — ответила она.

Походив по сарайчику с минуту, она продолжила:

— Бен… ты же знаешь, у меня не так много опыта, ооочень…что я хочу знать… эти фотографии… все мужчины такие… эмм… одинакового размера?

— Сестренка, я этого не знаю, и мне это не очень интересно.

— Ну у тебя такой же размер?

— Что?… Что это за вопрос такой? Это не то, о чем нам следует говорить.

— А кого еще я могу спросить, Бен? Давай, помоги мне здесь, мы всегда могли поговорить.

— Да, я знаю, но…

— Никаких «но», — безапелляционным тоном перебила она.

Она не собиралась спускать это дело на тормозах, и, несмотря на мои протесты, меня как-то заводило, что моя сестра спрашивала о размере моего пениса. Мне стало интересно, ответит ли она в ответ на мой встречный вопрос.

— Вот что я тебе скажу, Сью, если ты скажешь мне, какого размера у тебя… эмм… сиськи… тогда я тоже отвечу.

— Что? — настала ее очередь брызгать слюной.

— Справедливо так справедливо, — сказал я.

— Почему ты хочешь это знать? — ее румянец стал еще ярче.

— Просто я заметил, что ты немного повзрослела, и, увидев женщин в журнале, мне просто стало интересно, — ответил я, пристально глядя на нее.

Она на мгновение задумалась, снова прикусив губу и переминаясь с ноги на ногу:

— Хорошо, — сказала она, — у меня 34b, удовлетворен? А теперь выполняй свою часть сделки и отвечай на вопрос.

Она поймала меня и нужно было выкручиваться.

— Да, -с трудом сказал я, — я думаю, что у меня примерно такой же размер, как у некоторых парней там.

Она открыла раздел, посвященный мужчинам.

— Который из них? — спросила она.

— А тебе действительно нужно это знать?

— Да нужно, так что не стесняйся, — сказала она, как отрезала.

Я был достаточно хорошо одарен, но не так велик, как некоторые из них, поэтому я выбрал одного с членом среднего размера и указал на него.

— Примерно такой.

— Действительно? — удивилась она и ее глаза открылись шире. — Вау, может быть, ты тоже подрос. Я сначала думала, у них у всех что-то засунуто в нижнее белье или что-то в этом роде.

Она слегка усмехнулась и посмотрела на меня:

— Ты точно говоришь мне правду или просто выдумываешь?

— Нет, примерно так, — сказал я, желая закончить этот разговор, — так что теперь ты можешь взять ключ и уйти.

Она сделала паузу, оглядываясь на выбранную мной фотографию, затем посмотрела мне в глаза:

— Тебе придется это доказать, — сказала она.

— Ни за что!

— Если я уйду без твоих доказательств, я заберу журнал с собой и покажу им, что ты тут делаешь, — вызывающе сказала она, прижимая журнал к груди.

— Ты хочешь сказать, что на самом деле хочешь увидеть член твоего брата?

Наш разговор пошел в новом направлении, поскольку мы никогда раньше не делали ничего подобного. Она нервно облизнула губы:

— Просто покажи мне, — сказала она примирительным тоном.

У меня было такое чувство, что она проверяет меня, и когда дело дойдет до этого, она струсит и уйдет, поэтому я решил назвать ее пожелание блефом. Если она не струсит, то это уже сама по себе была захватывающая мысль. В конце концов, сестра тоже вполне может быть привлекательной девушкой.

— Хорошо, — сказал я более смелым голосом, чем чувствовал себя реально, — если это то, чего ты хочешь, тогда садись в кресло.

Я ждал, что она сейчас отступит, но недооценил, насколько она была настроена решительно. Сью сделала, как я просил. Я отметил про себя, что ее короткая юбка задралась немного выше, когда она опустилась в мягкое кресло. Глядя на то, как она сидит там, ее колени немного выше ее ягодиц, я мог только видеть слабую вспышку ее белых трусиков между ее ног. Стимуляция, которую я давал своему члену ранее, и вид ее, сидящей там, вместе с мыслью о том, что я собирался сделать, заставили мой член наполниться кровью и уже наполовину приличной эрекцией. Я выглянул в окно, чтобы убедиться, что вокруг больше никого нет, а затем встал прямо перед ней. Расстегнув пуговицу на джинсах, я взялся за молнию и замер.

— Ты уверена насчет этого, Сью? Или мы можем просто забыть об этом?

— Продолжай, — прошептала она.

Почему она шептала сейчас, я не понимал. Я расстегнул молнию и спустил джинсы до колен. Моя эрекция теперь достигла полной высоты и натягивала мое нижнее белье. Ее глаза были прикованы к выпуклости, она нервно облизывала губы, а руки все еще держали журнал. Адреналин затопил мой организм, и мое сердце забилось быстрее. Я поколебался, потом подумал «какого черта» и спустил нижнее белье, выпуская свой твердый как камень член наружу.

— О Боже, — тихо воскликнула она, — ты не шутил. Я понятия не имела, что он на самом деле может быть таким большим. И это всегда так? — спросила она, наклоняясь вперед, чтобы рассмотреть поближе.

— Нет… только когда я, знаешь ли… чем-то взволнован, — заикаясь, пробормотал я, — в противном случае он намного меньше.

— Покажи мне, — сказала она.

— Показать тебе что?

— Покажи мне, что ты делаешь, когда смотришь на эти журналы.

— О нет, Сью, это просто невыносимо! Я не могу этого сделать! Мы не должны этого делать. Если мама или папа узнают, то я уверен, что они отрекутся от нас.

— Бен, успокойся и продолжай. Это всего на минутку, — прошептала она, раздвигая для меня границы дозволенного. — Я же не собираюсь никому об этом говорить, не так ли?

Это был новый вид возбуждения и немного эротично — стоять перед привлекательной сестрой с возбужденным пенисом почти у ее лица. Возбужденным настолько, что капля преякулята уже просочилась из отверстия головки.

— Если я это сделаю, — тут я помедлил, прежде чем продолжить, то будет справедливо, если я увижу твои сиськи.

Сью покраснела. Она не сразу отмахнулась от этого предложения, но я видел, что она его обдумает. И мой член дернулся при этой мысли.

— В лифчике? – спросила она через минуту.

— Ну, я же не в нижнем белье, не так ли? — возразил я.

— Я не знаю, я немного стесняюсь этой ситуации. Такое для меня впервые.

— Если ты снимешь топ, то я покажу тебе, что я делаю, а потом посмотрим, — предложил я компромисс.

Я выглянул в окно:

— Вокруг никого нет.

Ситуация становилась все пикантнее и пикантнее. Было ясно, что сначала сестра думала об игре только в одни ворота. Но теперь ей захотелось увидеть больше, и она поняла, что за это придется заплатить.

— Хммм… Хорошо, но смотри в оба, — снова прошептала она.

— А почему ты шепчешь? – спросил я.

— Потому что в садах могут быть соседи, а этот сарай не звуконепроницаемый, глупый.

— О, я об этом не подумал, — теперь я тоже шептал.

Она положила журнал на пол, скрестила руки на груди и взялась за нижнюю часть топа. Она потянула и топ слетел у нее с головы. Она возилась с тем, чтобы вывернуть его наизнанку и правильно повернуть, по-видимому, чтобы при необходимости быстро надеть его обратно. Я уставился на ее груди, когда они появились в поле зрения, заключенные в мягкий кружевной белый бюстгальтер. Ее соски теперь были отчетливо видны как более темные точки, выступающие вперед под тонким материалом. Я понятия не имела, что моя сестра выглядит так сексуально.

— Вау, Сью, ты прекрасна, — выпалил я и схватился за свой член.

— Ш-ш-ш-ш. Ты действительно так думаешь? — прошептала она, все еще краснея, глядя вниз на свою грудь, обтянутую лифчиком.

— Определенно, — похвалил я ее, теперь уже спокойным тоном.

— Теперь ты должен показать мне, Бен. И ты, братец, знаешь, что именно показать.

Моя первоначальная сдержанность растаяла, сменившись чувством возбуждения и возбуждения при виде того, как она сидит передо мной в лифчике, а я уже держу свой член в руке. Я медленно оттянул крайнюю плоть назад, обнажив пурпурную головку. Сью издала тихий звук:

— О, что это за часть, я думала, что это все равно, ну, знаешь, как цвет кожи, — путанно сказала она, затаив дыхание.

— Это просто головка. Она более чувствительна, чем все остальное. Обычно моя крайняя плоть покрывает ее, но когда я делаю это, она как бы трется об нее и чувствует себя хорошо. — сказал я, медленно мастурбируя перед ней.

— Тебе не больно вот так входить и выходить? — спросила она с любопытством.

— Нет, это приятно, и выходит какая-то жидкость, которая делает его более скользким, видишь?

Я показал ей капли преякулята, которые теперь сочились из конца.

— О Боже, да, это так сексуально! – воскликнула она, жадно наблюдая.

— Сью, — хрипло прошептал я, — не могла бы ты сейчас снять лифчик, чтобы я мог посмотреть, пожалуйста?

— О, я не знаю, хочу ли я это делать.

— Ты же видела, как я мастурбировал для тебя…

— Да, но что, если нас кто-нибудь увидит?

— Они не смогут увидеть нас неожиданно. Я успею сказать тебе, если увижу кого-нибудь.

— Ха! Ты не очень хорошо справился с этим делом, когда я спустилась в сарай, не так ли? — ухмыльнулась она.

— Тогда я отвлекся, а сейчас я наблюдаю. Давай, Сью, дай мне посмотреть, — взмолился я, как щенок, выпрашивающий угощения.

— Ммм, ну, тогда только на короткое время, но не вздумай рассказывать своим друзьям или еще что-нибудь.

— Конечно же, нет. Все это только между нами…

— Ох, лучше бы так и было, — тихо сказала она и с привычной легкостью заложила руки за спину, каким-то образом расстегнула застежку и положила лифчик на колени.

Хотя в 19 лет я отвел нескольких девушек на задние ряды кинотеатра и порылся под их верхней одеждой до лифчика, никто из них не позволил бы мне пойти дальше, и я, конечно, раньше не видел настоящую пару сисек вблизи. Они идеально смотрелись на ее пышной фигуре, два твердых шара, поддерживающих их собственный вес, увенчанные темно-розовыми, торчащими сосками, и каждый из них окружен довольно большими участками более темной ареолы. Я изо всех сил пытался впитать их в свою память.

— Ух ты, Сью! — воскликнул я.

— Ш-ш-ш, — прошептала она, оглядываясь, — слишком громко.

— Извини, но… но… они у тебя просто потрясающие, — прошептал я в ответ. — Ты выглядишь так сексуально, и кончики, я имею в виду соски, они такие твердые и торчащие вверх. Они всегда такие?

— Нет, не всегда. Когда я перехожу из горячего места в холодное, они делают это, а также когда я… – тут она остановилась.

— Когда ты что?

— Ну, когда я себя чувствую…мммм… Рэнди, знаешь, когда у тебя покалывает в животе и ты чувствуешь, как твое сердце бьется быстрее.

— Итак, ты теперь именно такая?

— Немного да.

Я продолжал гладить свой член, когда она сняла лифчик, и теперь, видя, как моя сестра сидит передо мной с голыми сиськами, делала это по моей просьбе. Я также понял, что если продолжу гладить, то кончу довольно скоро, а это может зайти слишком далеко перед моей сестрой.

— Я думаю, ты интересное тебе уже увидела, — сказал я, все еще поглаживая член.

— Ты как… э-э… собираешься закончить? — спросила она, слегка задыхаясь, наблюдая, как большая грибовидная головка появляется при каждом движении вниз, когда я сжимаю свой член в кулак.

— Я действительно не думаю, что нам следует заходить так далеко, — сказал я, — просто заниматься этим увлекательно, но ты моя сестра, и мы не должны заниматься подобными вещами.

— Я знаю, но никто не узнает, мы зашли так далеко.

— Да, но делать это перед тобой… Ну… это немного странно, не так ли? — возразил я, замедляя движения рукой до очень медленного темпа, чтобы не переступить черту.

— Хммм, ну, как насчет того, если… Я имею в виду… эмм… Могу я просто подержать его минутку, ну, знаешь, чтобы посмотреть, каково это? — спросила она, и ее лицо снова покраснело.

Мой мозг был в смятении. Моя сестра хочет подержать мой член, моя сестра! Никогда бы я не подумал, что ей это будет интересно. Чтобы кто-то другой держал мой член, было бы действительно здорово, лучше, чем моя собственная рука, но она моя сестра. А что будет потом, подумал я, не будет ли странно в доме знать, что она держала его в руках? Но это было бы здорово…

— Ты действительно этого хочешь?

— Да, я знаю, что хочу.

— И… эммм… я тоже могу прикоснуться к тебе?

— Прикоснуться ко мне где?

— О, я имела ввиду, могу ли я просто…могу я просто прикоснуться к твоей груди, пока ты прикасаешься ко мне?

Сью прикусила нижнюю губу.

— Я думаю, что это было бы честно, — наконец прошептала она, — но только в этот единственный раз.

Я выглянул в окно, затем придвинулся ближе к тому месту, где она сидела в кресле, мой возбужденный член был на уровне ее глаз. Она протянула руку и осторожно сомкнула на ней пальцы.

— Ого, он такой теплый и мягкий, но твердый, — воскликнула она чуть громче, чем следовало.

— Ш-ш-ш.

Настала моя очередь утихомирить ее.

— Прости.

Она постепенно начала копировать то, что я делал раньше, осторожно оттягивая крайнюю плоть назад, чтобы обнажилась головка, а затем отодвигая ее назад.

— Я все делаю правильно? — спросила она, понизив голос.

— Мммм. Да, это приятно, — пробормотал я.

Пока она продолжала очарованная моим членом, я протянул обе руки и коснулся ее груди. Она немного подпрыгнула от моего прикосновения, но продолжала медленно мастурбировать мне. Я приподнял ладонями обе груди, чувствуя их упругость и вес в каждой руке. Будучи свободным от каких-либо ограничений, я мог двигать ими в любом направлении и чувствовать соски ладонью. Я нежно потерла соски между большим и указательным пальцами, услышав легкий стон моей сестры.

— Тебя это устраивает? – спросил я.

— О да, но не делай слишком жесткие или грубые движения, потому что они чувствительны. Да, так лучше, это действительно приятно.

Мы молчали несколько минут, пока я стоял перед ней, пока она мастурбировала мне, и я гладил руками ее грудь и соски.

— В конце много всего этого выходит? – спросила она, — я про скользкую вещь, о которой ты говорил раньше.

— Да, сперму можно использовать для размазывания вокруг головки – это создает дополнительные ощущения.

Я почувствовал восхитительное ощущение ее пальца на головке, затем потирающего вокруг, покрывающего головку преякулятом. Она была предельно внимательна, водя пальцем по кругу, — и это оказывало на меня большое влияние. Пока она делала это, она скользнула другой рукой прямо к основанию моего члена и на мои яички.

— Черт возьми, Бен, это твои яички?

— Да, но не будь слишком грубо там, — они тоже чувствительны — предупреждал я ее.

Теперь она не только мастурбировала мой член, но и другой рукой ощупывала мои яички. Она начала приближать меня к тому, чтобы кончить.

— Сью, — сказал я, — я думаю, что теперь этого достаточно.

— Еще немного, Бен.

— Нет, ты не понимаешь…

— Что? — спросила она, ощупывая оба яичка и поглаживая мой член вверх и вниз.

— Это приближает меня, ты знаешь… к завершению, — сказала я, прерывисто дыша.

Я чувствовал, как мое сердце бешено колотится в груди. Никто, кроме меня самого, не мастурбировал мне раньше. А сейчас это делала моя сестра. Я думал, что она была чопорной и правильной. Никогда раньше не было и намека в ней на что-то сексуальное — а теперь она гладила мой член. И не только это, я чувствовал ее голые сиськи. Это было намного лучше, чем смотреть на фотографии в журналах или читать о том, как это делают другие. Мой мозг был переполнен эйфорией, и я даже начал осторожно двигать бедрами в такт ее движениям. Я почувствовал, как у меня в животе начинает нарастать напряжение, это чувство давления, которое нужно снять.

— Сью, Сью… — начал я в отчаянии, понимая, что сейчас произойдет.

Я был уже слишком далеко по дороге, на которую ступил. Когда она опустила руку вниз, на этот раз оттянув мою крайнюю плоть назад, я почувствовал, как первый огромный сгусток спермы выстрелил в мой член. Я застонал и, не в силах предупредить ее, ударил ее прямо по лбу. Я не думаю, что она сразу поняла, что произошло, так как она все еще делала еще один удар по моему члену. Вторая струйка спермы попала ей на щеку. Не в силах направить его, так как она держала мой член лицом к себе, с признаками шока на лице, а также спермы, следующие несколько импульсов ударили ее ниже по обнаженной груди.

— О, ЧЕРТ ВОЗЬМИ! — воскликнула она, теперь не обращая внимания ни на кого рядом, — Что, черт возьми, все это значит?

Я никогда раньше не слышал, чтобы она ругалась, так что это был хороший показатель ее удивления таким «подарком».

— Сью, шшшш, не делай так много шума, — попросил я, выглядывая в окно в поисках каких-либо признаков того, что нас услышали.

Она автоматически облизнула губы, когда моя сперма потекла в уголок ее рта.

— О-о-о, оно липкое и солоноватое. Оно у меня во рту, — пробормотала она. — Ты на меня пописал, что ли? — продолжила она, явно испугавшись, что я мог такое сделать.

— Нет, нет, прости, ты так меня завела, что заставила закончить. Я не хотел, и на тебе тоже не хотел. Но это получилось неконтролируемо, — заикаясь, извиняющимся тоном пробормотал я.

— Хорошо…что…что все это значит? — спросила она, немного успокоившись и ткнув пальцем в пятна на груди.

Она растерла мою сперму между большим и указательным пальцами.

— Вот что происходит, когда я заканчиваю, — просто сказал я, — нам не следовало заходить так далеко.

— Я знала, что что-то должно выходить. Но я думала, что это будут капли, как скользкая штука, а не все это и с такой силой. Это…эмммм… всегда так у тебя? — спросила она уже тише.

— Ну как тебе сказать… Думаю, что сегодня было больше, чем обычно… Я имею в виду, что это.. .

— Это из-за того, что я, понимаешь… делаю это для тебя? – продолжила она невысказанную мною фразу.

— Я думаю, что да. Я и так был довольно взвинчен, когда ты это делала, и я прикасался к тебе. Ну…вот как-то так.

Теперь, когда она начала понимать, что произошло, она была значительно спокойнее. Она достала платок из маленького кармашка на юбке и вытерла лицо, затем понюхала платок. Я просто стоял там, последние остатки спермы капали с конца моего члена, не совсем понимая, что делать дальше. Чувствуя себя немного смелее теперь, когда она действительно видела, как я кончаю, я запинаясь спросил:

— В некоторых рассказах и письмах в журналах говорится, что некоторым девушкам такое.. . нравится… эммм… на самом деле нравится вкус и они даже намеренно берут член в рот. Что ты об этом думаешь?

Она на мгновение замолчала, обдумывая мой вопрос и вытирая сперму со своей груди. Она посмотрела на меня, склонив голову набок:

— Хммм, это было не так уж плохо на вкус. Более соленое, чем я ожидала, но оно было немного скользким. Я не уверена, что хотела бы заказать его в ресторане, — пошутила она.

По этой легкой усмешке я понял, что к ней вернулось хорошее настроение, и она не слишком злилась на меня.

— Мне действительно жаль, — сказал я, — ну, знаешь, за то, что я на тебя все это навалил.

— Все в порядке, Бен. Хотя это было немного шокирующе, — хихикнула она и встала, — рада, что это не попало мне на юбку или что-то в этом роде. Я думаю, мне следует пойти и привести себя в порядок, и тебе тоже следует прикрыться. Я просто надену топ, — сказала она, с трудом влезая в него, — а лифчик пока положу в сумку. Дома еще никого нет, так что я могу привести себя в порядок в своей комнате.

Я снова натянул одежду и застегнул ее.

— Ты… ммм… собираешься… что-нибудь делать, когда доберешься до своей комнаты?

— Ты имеешь в виду, как сейчас, с тобой, — неловко сказала она, — может быть, я все еще чувствую немного… покалывание внутри.

Застенчивость к ней вернулась очень быстро.

— Ммм, хорошо… мне просто интересно, ты тоже это делаешь?

Она не ответила. Я хотел спросить больше, но не хотел ее раздражать, и в любом случае, я не был уверен, как спросить о таком.

— Вот ключ, — сказал я, протягивая его ей.

Я выглянул в окно:

— Там все чисто.

Она взяла свою сумку и взялась за ручку двери. Она повернулась и сказала:

— Извини, что я была немного груба, когда вошла. Я же на самом деле не донесла бы на тебя. Ты же знаешь это, верно?

Я кивнул. Она колебалась.

— Мама и папа собираются навестить нашу бабушку в воскресенье днем, а ты будешь здесь?

— Вероятно, — ответил я, — ты, вероятно, будешь где-то поблизости?

— Может быть, — сказала она, открыла дверь и вышла в сад.