Просто попробовал?

Первый поцелуй был совсем не противным. просто поцелуй. Чуть пахнущий табаком. Чуть ещё чем-то. Не суть. Суть, что это был мужчина. Самый настоящий. И, судя по всему, Сашка ему нравился. Конечно, это было необычно, и от этого немного неловко, но если считать это просто дружбой, то вроде бы и нормально. Никто ж не видит.

Довольно приличная, но видно, что холостятская квартира. Потёртый диван-кровать, Журнальный столик, газеты, пепельница.

Это сейчас в такого рода знакомствах нет ничего необычного. Но тогда, в 91-м году Сашке казалось, что он перешагнул уже грань дозволенного. Он понравился мужчине, парню. Это как? Ну, а с другой стороны, что ж теперь? Да и как сейчас уйдёшь? Влад нормальный, пусть. Просто чуть пьяненький. А завтра всё будет по-прежнему. Даже интересно немного.

Влад включил телевизор. Какой-то фильм.

— У тебя кто-то был? — Спросил Влад.

— В смысле?

— Трахался?

— Нет, — не стал врать Сашка. Да и чего врать-то? Видно, наверное.

Владлен нормальный человек. У него приятный голос, приятные нежные руки. Он сильный. Сашка, конечно, на его фоне не смотрелся, наверное. Худощавый, белобрысый. Слегка лопоухий. Да и веснушки эти. Но тут уж ничего не поделаешь. Да ещё в шортах этих дурацких. А ноги-то тонкие. Ну, так-то лето. Пофигу.

Всё таки приятно кому-то нравиться. Хоть так. Хоть ему.

А поцелуи жгли… В губы. А его рука по шортам…

Раньше он так не делал. Просто пьяненький. А Сашке как теперь? Делать то что? Непонятно.

В комнате висел табачный смог, в голове было пусто и никчёмно.

— Природа такая вещь, — нашёптывал Влад. Владлен.- Мы никогда не знаем чего хочем и на что способны.

— Да

— И девчонок не пробовал??

Сашка промолчал.

Влад покрывал поцелуями его лицо, шею.

— Они не способны. Ты идеал, они никто. Ты — всё.

Сашка стеснялся его рук на шортах. Немного. Его слов, своих мыслей. Так то понятно уже. Но вот так он не готов. Всё-таки есть черта, за которую нельзя. За которой позор.

Сашка закрыв глаза пока не мешал. Пока ещё ничего не случилось. Сейчас всё кончится. Кнопка на шортах щёлкнула. Молния поехала. А вот это уже всё. Там только трусы.

— Ты не представляешь, какой ты.

А Влад уже был в трусах. И там торчало. А вот это уже всё. Дальше нельзя. Просто нельзя и всё.

— Я не могу.

— Я знаю. Но очень надо. Обоим надо. И тебе надо. Ты не представляешь.

А Сашка представлял. Вот только снимать трусы, эти дурацкие зелёные трусы, вот так, по-девчёночьи, это невозможно.

Это даже не страх, а вот просто невозможно. Ну, вот как? Что он потом подумает? Что завтра подумает? А завтра ничего уже не изменишь. Это навсегда. Если узнают. Да и вообще.

— Я не могу.

— Не бойся. Попробуем только.

Трусы больше не мешают. Хорошо, что стемнело. Только от телевизора голубое пляшущее пятно света.

— Я не умею.

А Влад умел. Чем-то помазал.

И был холодок, и было всё. Ноги задраны и разведены в стороны. Ничего позорнее в жизни ещё не было. Ну, если только попробовать. Засовывается уже. Очень долго. Сашка, прям, представлял, как оно там… В него. Больно.

— Ты моя девочка. Сейчас. Расслабься.

Невозможно расслабиться. Надо сказать, что я не девочка, и не хочу.

— Влад, я боюсь.

А оно уже засунулось. Как провалилось. И задвигалось. Туда-сюда.

— Влад, я не девочка?

— Счас, счас…

Спрашивать бесполезно. Коленки прижаты к груди. Дурацкая, беспомощная поза. А он делает.

Не спускал бы. Так то ладно. Ну, попробовали и всё. Ну, чтоб не совсем уж.

— Влад, всё, попробовали.

— Сейчас, сейчас.

— Влад, только не до конца. Это нельзя.

А он всё быстрей.

— Молчи, молчи.

Ноги кверху и никуда их не денешь. Суёт просто. Да уже не особо больно. Страшно. Как оно там? И как потом?

Бабой быть как-то не то.

Минута, ещё.

— Сейчас, сейчас.

Ещё минута где-то.

И тут стало понятно. Сделает. По-настоящему. Чего ему? Природа….

— Влад, нет! — Это уж на всякий случай.

Влад забился, зарычал и притих. Всё.

— Всё. Вот теперь всё.

Сашка молчал. Вот и попробовали. Сперму, кажись, спустил. Хотелось плакать. Но всё это было бы ни о чем.

— Ну, чего ты? Так надо было. Бывает у нас. Я давно без бабы. Прям разрывало. В ванну пойдёшь? — Влад закурил.

В ванную не хотелось. Значит, ему просто хотелось. И всё.

— Ты не рассказывай никому. Сам знаешь, засмеют. Захочешь, заходи. — Влад засмеялся. — Тебе теперь можно.

Сашка знал. Конечно, было немножко обидно. Хотя… Отвернувшись, он натянул трусики. Он стеснялся. Своих трусов. Тонких ног. Что он теперь «такой». И что в нём теперь это. Фу, блин.

А сам же виноват тоже. «Просто попробовать» не бывает.