Предатель. Часть — 1

В 7 часов утра раздалась трель будильника, однако Борис уже бодрствовал. Он вообще очень плохо спал уже несколько ночей, мучимый совершенно постыдными мыслями. Парень не смел ни с кем поделиться теми душевными терзаниями, которые просто разрывали его изнутри. В противном случае, с ним перестала бы общаться мать, отвернулись бы все друзья, а увольнение с работы вообще было не избежать, так как его внутренние позывы были ужасны, скверны и порицаемы обществом в любом проявлении.

Борис открыл окно, чтобы шум многомиллионного города хоть как-то смог отвлечь его от тех самых переживаний. Казалось, мегаполис не спал круглосуточно. Сверкающие огни даже ночью разгоняли темноту, радуя всех и каждого своими красками и переливами.

Быстрыми глотками, он допил свой уже остывший кофе и поспешил на выход из дома, ведь строгая начальница ужас как не любила опозданий своих подчиненных. Особенно, если те самые пропущенные минуты рабочего времени совершали именно мужчины. Не беда, старенькая, но вполне ещё рабочая сверхзвуковая лошадка вмиг домчит Борю к месту назначения. Шёл 2.292 год…

«Человек всегда был вершиной этого мира. Но миллионы лет назад, ещё только зарождался первобытный человек, он был довольно лёгкой добычей для любого серьёзного хищника. Не было ему спасения ни в густых лесах, не в широких реках, и лишь пещеры могли лёгкими мазками напоминать о некой безопасности. Только голод и холод гнали его в те кишащие опасностями просторы.

Природа не наделила человека острыми клыками, мощными когтями, твёрдой шкурой, смертоносным ядом. Несмотря на это, он получил самое страшное и разрушительное оружие – ум! Примитивную дубину в его руках сменило острое копьё, затем появился лук, орудия труда. Маленькими шажочками, совсем незаметными, но очень верными, тот самый первобытный человек продвигался вверх по пищевой цепочке. И вот ему уже не так страшен свирепый хищник, когда почти организованная группа охотников загоняла того в угол. Мужчины приносили с охоты добычу, а женщины занимались приготовлением пищи.

Прошло более двух миллионов лет после того, как та самая полуобезьяна практически ещё лазила по деревьям. Безусловно, человек никогда не переставал совершенствоваться в изобретении нового орудия для убийств. Одновременно с этим уже стали появляться наука, культура, развивались общественные отношения, воздвигались города и строились государства. Постепенно, с развитием общества, стали проявляться ростки и того, что господствует сейчас. Где-то за это казнили, где-то просто увечили, а где-то и поощряли, но лишь во второй половине века двадцатого те самые ростки стали пускать свои ветви в разные концы света.

Именно тогда стали появляться различные свободы. И вот уже те самые представители секс меньшинств, что ещё раньше прятались от любого сурового взгляда, стали выходить на улицы городов. Сначала они жалобно просили, а затем уже требовательно настаивали не только на своё право находиться в современном обществе, но и проводить собственные парады. Ярко и красочно, они хотели заявить миру о себе, а, возможно и сделать некую рекламу свободным отношениям, размахивая радужными флагами.

Ещё сквозь пальцы смотрели на это правители государств, ещё слышались в спины тех самых меньшинств ругательства и проклятия, но время сделало своё дело. Что такое несколько десятков лет в масштабе истории? Казалось бы – песчинка в огромной пустыни. Но вот уже те самые парады не только разрешены, но и закреплены на законодательном уровне. Более того, в списке наиболее развитых и благополучных стран, такое поведение уже приветствовалось и поощрялось, порой в ущерб обычного гетеросексуального большинства. Самое интересное, что это стало попросту модным. Манерные артисты и музыканты, совершенно не скрывающие своей ориентации, практически подсознательно закладывали в головы подрастающего поколения, что это всё правильно, что именно так, как должно быть, и никак иначе. И вот уже некоторые глупые мамочки, лишь единожды услышав, что их совсем маленькие сынишки не против поиграть с куколкой, начинали своих кровинушек одевать в платьишки, хвастая перед подругами, что их сын-дочка особенный, не такой, как простая серая масса.

И вот уже девочки, совершенно никого не стесняясь, страстно целовались на улицах города, а мальчики, мило улыбаясь друг другу, шли в школу, держась за руки.

Довольно неплохо всему этому подыграл и другой институт человеческих отношений под названием – Феминизм. Представительницы этого движения кричали о своих правах и равенстве с мужчинами. Со скрипом, но мужчины отступали под этим натиском. Шаг за шагом, они уступали представительницам прекрасной половине человечества, оставляя им даже руководящие должности. Казалось бы, феминистки получили всё то, о чём их предки могли только мечтать, но они не останавливались, требуя всё больше крови, отодвигая границу того самого равенства с мужчинами, захватывая всё новые и новые территории приоритетов. И вот уже в тех самых цивилизованных странах слово женщины ценится во много крат весомее, нежели мужчины.

Век двадцать первый лишь только усилил эти веяния. Мир совершенно не интересовался тем, что половина Африки попросту голодает, а в беднейших странах умирают дети от отсутствия элементарной медицинской помощи, зато все припадали к телевизору, где по центральным каналам выступала очередная «жертва» сексуального насилия, сообщая телезрителям о том, что 20-30 лет назад её изнасиловал какой-нибудь продюсер или сенатор. Никаких доказательств происшествия, лишь кивок её же подруги, что да: вроде такое и было когда-то, и никакие уже протесты не принимаются, а обвиняемого ждёт 100 лет тюрьмы.

Воодушевившись такими судебными решениями, уже огромные мускулистые гендеры подают в суды жалобы на спорткомитеты из-за того, что те запрещают им участвовать в женских соревнованиях, на том простом основании, что они, видите ли, ощущают себя в душе женщинами. И вновь принято решение в пользу тех недоженщин. А вы – девушки-спортсменки обычные гетеросексуалки, покурите пока в сторонке, ведь мы защищаем права меньшинств, которые так ущемлены в правах. И спортсменки курили в сторонке, ведь их слово против слова гендера – это всего лишь пшик.

Ещё в старину говорили, что в случае обнаружения на своем участке змеиного гнезда, всех надо давить безжалостно, в противном случае змеёныши расползутся, вырастут и обзаведутся собственным потомством, и вот уже твой участок, больше не твой.

Та самая зараза расползалась, всё более крепко поселяясь в умах людей. А прогрессивная молодёжь подхватывала новые идеи, пополняя ряды тех самых, которых ещё недавно было «меньшинство».

Любая пружина, как бы сильно её не закручивать, рано или поздно лопнет, делясь на две части, не представляя монолит. Вот и общество разделилось на два лагеря. Уже не было место толерантности и терпимости. Те, чьи идеалы ещё каких-то сто лет назад считались нерушимыми, выплеснули свой гнев и протест. Обе части той переломленной пружины не хотели уступать и пути примирения более не существовало.

Прошли страшные бои, однако в руках тех самых новых веяний была власть, возможности и прочее. Потерянных были миллионы. Те, которые не сомневались, что семья должна состоять из «папа, мама, дети»; те, кто не видел ничего зазорного в том, чтоб заплатить за женщину в ресторане, а так же не расценивал «уступить место женщине в автобусе» – как сексуальное домогательство; те, кто совершенно не считал, что приготовить для супруга на вечер ужин – это ущемление их прав – они проиграли эту войну. Тогда мир перевернулся с ног на голову, поменяв всё то, что много-много веков считалась истиной.

Но «Мы» остались! Мы – это те, кто не согласен с существующим режимом, но с молоком матери впитали в себя Настоящие жизненные устои! И, пока Мы живы, война продолжается!…».

Ту книги Боря совершенно случайно нашел год назад, когда ему уже минуло семнадцать лет. Тогда всех мальчиков старших классов отправили на свалку в помощь по разборке и сортировке мусора. Девочкам такая грязная работа не полагалась. Безусловно, это была запрещённая книга, а за её хранение нарушителя могла постигнуть самая суровая кара, вплоть до пыток и смертной казни, несмотря на возраст нарушителя. Но ведь всё запрещённое, оно так тянет и манит. И пусть обложка той книги с гордым названием «Мы»» была слегка запачкана, Боря, оглядываясь по сторонам, быстро запихал её за пазуху и продолжил работать.

Уже более двухсот лет в мире царствовал матриархат. Действовала чёткая иерархия. Всем и вся заправляли исключительно женщины, занимая все руководящие посты. А мужчины – хотя вряд ли их можно было назвать мужчинами с точки зрения человека, родившегося хотя бы в двадцатом веке, Гламурные накрашенные дядьки и мальчики гуляли, держась за руки и нежно целуясь.

Согласно «Нерушимым правилам», изданным Советом, мужчины могли выйти только замуж, а девушки – жениться. В исключительном случае, за великие заслуги, и только после одобрения Совета, разрешалось войти в зал бракосочетания с трансвеститом. Любой контакт мужчины с женщиной был категорически запрещён! Даже лёгкие прикосновения к женщине, по жалобе последней, могли быть расценены как сексуальные домогательства, что сулило незатейливому нарушителю тюремным сроком, вплоть до отправки на луну, где в ту пору успешно шла разработка полезных ископаемых, которым когда-то не нашлось места в таблице Менделеева. Безусловно, такие прикосновения были разрешены между близкими родственниками. Разрешены, но с оглядкой, так как даже сестра могла спокойно подать жалобу в Совет. Не трудно догадаться о том, какая судьба ждала братика.

Если даже за лёгкие прикосновения сулил столь строгий приговор, то за секс, женщину ожидали штрафные санкции, но это мелочи, по сравнению с участью мужчины, который прилюдно подвергался казни через повешенье, в назидании другим о страшной расправе над теми, кто подверг сомнению разделения отношений мужчин и женщин.

Женщины вообще находились в более привилегированном положении. Одно её слово в суде, спокойно перекрывало целые тексты десяти свидетелей мужского пола. Ей стоило лишь показать пальчиком на неугодного ей мужчину, и обвинительный приговор был неминуем для бедолаги.

Несмотря на строжайший запрет сексуальных отношений между мужчинами и женщинами, всё же вопрос продолжения рода никак не мог уйти в сторону. В этих целях, более здоровые и крепкие мужчины, прошедшие очередную медицинскую комиссию, ежемесячно были обязаны сдавать своё семя в Банк спермы, где она так же подвергалась проверке и замораживалась. Любая женщина могла обратиться в Совет и, после утверждения, ей выдавалось разрешение на свою «порцию счастья стать матерью». Безусловно, каждая мать просто мечтала, что у неё родится именно дочка. В случае рождения сына, разочарованной молодой маме стоило лишь написать расписку, и вот уже малыш отправлялся в контракционный лагерь для мальчиков, где ему с самого рождения внушалось о том, что женщина главнее и выше его по статусу, а так же о том, кем он должен стать, когда вырастит. Таких лагерей по всему миру было много миллионов, и не надо долго думать о том, какими именно оттуда выходили воспитанники.

Наталье очень безумно расстроилась, когда медсестра ей сообщила грустную мысль о рождении сына. Она зарыдала, её плач не унимался полчаса. Лишь когда сына принесли матери, она слегка успокоилась, прижимая его груди. Таким образом, Боре удалось избежать попадания в лагерь «для мальчиков». А через несколько дней, завернутый в миленькое розовенькое одеяло, на руках у мамы, он покинул родильную палату, маленькими бусинками глаз знакомясь с огромным миром.

С самого рождения, мама наряжала малыша в платьишки, покупала кукол, чуть позже плела ему косички. Все те идеалы, что правили в мире, прививались ребенку с самого рождения.

В школе, куда пошёл учиться Боря, для мальчиков были отдельные классы. Их было несоизмеримо меньше, чем классов для девочек, так как основная масса детей с конечной хромосомой «Y» находились именно в контракционных лагерях.

Желая стереть всё прошлое и «неправильное», была проведена ожесточённая политика. Тотально уничтожались исторические книги, произведения искусств, музыка – всё то, что хоть краем указывало на возможность любви между мужчиной и женщиной. Собственно, переписывалась история человечества на новый лад, оставляя лишь место Клеопатре, Жанне Д`Арк, Фанни Каплан – с одной лишь поправкой, что та стреляла в Ленину Владиславу, которая, в своё время, заручившись поддержкой женщин-матросов, подняла восстание и свергла правление императрицы Романовой Николии II.. В той «новой» истории не было место подвигал Александра Матросова, не было завоеваний Александра Великова, а тяжёлое ранение 24 июля 1774 года в сражении с турками получила Кутузова Марианна. Безусловно, отчества так же начисто были удалены из истории, как какой-либо намёк на отцовство.

На уроках этики, мелодичным голосом преподаватель рассказывал о нежности любви между женщинами, а так же тех искренних и глубоких чувствах, которые возникают между мужчинами. Ученики, словно губка, впитывали в себя эти знания и считая их истинно верными и праведными.

Та самая книга, которую нашёл Боря и спрятал в своём тайнике, всё больше не давала ему покоя. Лишь стоило матери заснуть, он на цыпочках пробирался к шкафу и перелистывал страницы. Поначалу прочитанное вызывало в парне какое-то негодование. Все устои, всё то, чему его учили с самого рождения – рушилось при каждой перевёрнутой странице. В такие минуты он закрывал страницы и прятал книгу обратно в тайник. Но наступала ночь, и он вновь лез в шкаф за тем самым «запретом».

В книге кратко рассказывался не только жизненный путь Человека, но были и выдержки из таких произведений, как «Ромео и Джульетта», «Мастер и Маргарита», «Красавица и Чудовище». Всё это Боря читал и ранее, но совершенно в другом формате, и не трудно догадаться, в каком именно образе преподавались герои тех самых книг. Всё сказанное в «запретной» книге, сопровождалось зарисовками, где принц целует принцессу, ведёт под венец, а затем они Вместе держат на руках новорожденного ребёнка. А ещё там были совсем уж «развратные» зарисовки, где мужчина и женщина, абсолютно обнажённые, занимаются любовью – какая срамота!

«Безумные фанатики!» — первыми были мысли Бори, когда он читал эту книгу. Несмотря на это, некоторые сомнения в его голове всё же появились. «Почему мужчины и женщины не могут быть равными? Почему мальчик не может нравиться девочке, а девочка мальчику? Почему женщина должна рожать из пробирки, ведь, если вдуматься, есть более естественный способ зачатия, как, например, делают это собачки или кошечки?» — в моменты рассуждений, он сам пугался своих мыслей, однако с каждым разом эти сомнения находил всё больше и больше логичными.

— Сынок, я тебя никак понять не могу. Ты уже скоро школу закончишь, а я тебя ещё ни разу не видела с парнем. Может он у тебя есть, а ты его от меня скрываешь? – за утренним чаем, возмущалась инфантильностью сына в вопросе отношений Наталья.

— Мама, нет у меня никого, возможно, я просто не встретил свою любовь.

— Ну, ничего, ещё встретишь и полюбишь. Как раз весна наступила. Посмотри, какие мальчики в коротких шортиках ходят по улице.

С момента окончания школы прошёл почти год. Боря уже жил один, снимая маленькую квартирку поближе к работе. Порог его жилища так ни разу и не пересёк ни один парень. Мысли же от «запретной »книги, которую он прочитал уже на несколько раз, глубоко засели в его голове. Но самое странное, что находил в себе Боря, так это то, что его совершенно не тянуло к парням. К своим годам он так и не познал сладостных поцелуев, жарких объятий, страстного секса.

Страшное случилось за несколько дней до начала повествования. В качестве младшего менеджера, к ним на работу была принята молодая девчонка. Безусловно, юбочки, которые были пережитком прошлого, остались давно прерогативой «мужчин» на вечеринках. Однако даже в джинсах её ножки смотрелись просто превосходно, а милое личико, сияющее нежной улыбкой и светлыми глазами, выражали какое-то добро. Безусловно, за милой девушкой сразу же пытались приударить женщины их фирмы. Даже начальница, у которой самой была супруга и молоденькая любовница, с интересом оглядела стройную фигурку новенькой.

Наверное, Боря чуть дольше задержал на девушке взгляд, чем того позволяли правила приличия. Всё же он одумался и тут же отвёл взгляд, пытаясь как можно быстрее удалиться с «места преступления».

В течение всего рабочего дня, образ прекрасной девушки никак не выходил у него из головы. Тот самый образ не дал уснуть и ночью. Боря гнал от себя дурные мысли, но они вцепились в его сознание и никак не хотели уходить. Он совершенно не понимал, что с ним происходит на самом деле.

«Так не правильно! Так нельзя!» — практически кричал про себя парень, когда на следующий вновь увидел Иру – именно так звали эту девушку, которая ураганом ворвалась в его душу, практически сковывая взгляд, концентрируя на себе. Параллельно в памяти Бори всплывали картинки из книги «Мы», где женщины дарили свои объятия мужчинам, а последние вручали им цветы, затем же они целовались… «Нет-нет, так нельзя! Это всё пошло и постыдно» — продолжал самобичевание парень, обзывая себя последним извращенцем. Привитое ему воспитание ещё боролось с внутренними позывами и желаниями.

Через неделю, после того, как Ира буквально вихрем ворвалась в мысли Бори, она сама подошла к парню, уличив момент, когда тот был один.

— Извините, кажется, вас Борисом зовут? – её мелодичный голосок зачаровывал, совершенно не позволяя ответить.

— Да, — набравшись сил, дрожащим голосом, ответил парень.

— Думаешь, я не замечала, как ты пялишься на меня? При этом ты меня оглядываешь каждый раз так, словно увидел сладкую конфету. И только не надо говорить, что это всё неправда.

Борис опустил глаза. Мысленно он уже понимал, что ему грозят серьёзные проблемы. Нет, за простые взгляды его не отправят в тюрьму, но возможность вылететь с работы была более чем вероятная.

— Извините, я больше не буду, — промямлил парень, мысленно проклиная себя.

— В общем, так, после работы встречаемся в сквере, что расположен за нашим офисом, мне надо с тобой серьёзно поговорить, — не дожидаясь ответа, девушка развернулась и направилась на своё рабочее место.

«О чём она хочет со мной поговорить? Что она хочет? Что мне будет?» — мысли беспорядочно лезли в голову Бориса, он явно трусил.

Сразу же после работы, Боря мчал в тот сквер, желая найти ответы на свои вопросы, которыми закидал себя после разговора с Ирой. Однако девушка не пришла. Вместо неё, рядом с Борей на лавочку присел довольно манерный парень с чуть подкрашенными глазками. Высокий, симпатичный, слегка подкаченный – он напоминал какого-то артиста. – «Наверное, у него от ухажёров отбоя нет» — подумал про себя парень.

— Здравствуй, меня Витали зовут, — обратился к Боре незнакомец.

— Боря, — пожав плечами, ответил парень.

— Не желаешь познакомиться? А то вечер, скучно, и не с кем время провести, — продолжал наседать незнакомец.

— Извини, Витали, но у меня парень есть, я его люблю и не изменяю — соврал Боря, чтобы непрошенный гость побыстрее ушёл.

— Ладно, извини. Если захочешь, перезвони, ты мне очень понравился, — Витали протянул визитку и скрылся за поворотом. Боря же даже не стал читать содержимое, отправив кусочек пластика прямо в урну, располагающуюся рядом со скамейкой.

Буквально через пару минут на горизонте появилась Ира. Нарушив своё обещание «Извините, я больше не буду» — подсознательно, Боря любовался этим ангелом воплоти. Да, он ещё понимал, что это всё неправильно, но поделать с собой уже ничего не мог — постыдные мысли завладели им полностью.

— Ира подошла к нему и улыбнулась. – Странный ты какой-то. Ладно, сегодня у меня не получается с тобой поговорить, так как возникли дела. Давай так: запиши мне свой номер телефона, а я тебе завтра перезвоню, тогда и поговорим. Взяв цифры номера и, не прощаясь, молча, ушла вдаль.

«Что же она задумала? Что она от меня хочет? К чему эти секреты, недомолвки?» — Боря терялся в догадках.

Следующее утро встретило жителей мегаполиса приятными солнечными лучами, а суббота позволяла расслабиться и отдохнуть от недельной рутины в офисе. Однако Боря, словно «лев в клетке», ходил из угла в угол своей небольшой комнатки, удерживая в руках телефон и ежеминутно поглядывая в монитор.

Да, он ожидал того самого звонка, но когда он произошёл, Борю словно током прошибло, а сердце стало отбивать огромный ритм.

— Привет, Боря, ну, что, поговорим о твоём поведении, — даже не спрашивая, а утверждая, сказала Ира, когда на экране высветился её прекрасный портрет.

— Конечно, поговорим.

— Ровно через десять минут за тобой заедет такси, так что выходи. Не вздумай прятаться, а то в понедельник я всё расскажу начальнице отдела о твоих «гляделках» на меня, — немного строгим голосом произнесла Ира, а Боре казалось, что он сам себя затянул в какую-то «мышеловку».

Ровно через десять минут транспортная капсула была у подъезда Бори. Тот угрюмо присел на пассажирское сидение. За рулём сидел мужчина лет тридцати. Лёгкий макияж, аккуратная бородка, интересные черты лица – но всё это не вызывало у Бори хоть каких-либо эмоций. Мужчина, повернувшись к Борису, улыбнулся, а затем парень услышал какой-то щелчок. Окружающий мир поплыл перед глазами, а сам он погрузился в какой-то странный и непонятный сон.

В себя он пришёл чуть позже. Оглядев помещение, парень пришёл в ужас. Тёмные стены, отсутствие окон, а чуть тусклый свет лишь придавал мрачности.

«Неужели я попал в тюрьму? За что? Я ведь не сделал ничего плохого! Или Ира всё это провернула? Или…» — Боря не успел додумать, как увидел открывающуюся дверь той самой «темницы», а через мгновение зашла Ира.

— Интересное место для разговора, ты не находишь? – слегка злорадно произнесла девушка.

— Да уж, — ответил Борис, совершенно не понимая, как себя вести и что ему делать.

— А ты ведь не такой, как все парни. Нет, чисто физически, ты в полном порядке, я сейчас про твои мысли и тайные желания.

— Не совсем понимаю, о чём вы? – заволновался Боря.

— Да перестань, я за тобой несколько дней в офисе наблюдала. Можно обмануть словами или поступками, но взглядом, мимикой и тембром голоса – может обмануть лишь профессиональный специалист, к которым ты явно не относишься. А ещё я видела, как ты вчера общался с Витали. В глазах – полное безразличие даже при виде такого красавца. Вряд ли кто из парней отказался провести с ним вечер, а ты даже на его номер не взглянул. Там ещё много косвенных доказательств и тонкостей, в которые у меня нет особого желания сейчас тебя посвящать, но, Боря, признайся честно: тебе ведь девушки нравятся, да и парня у тебя никогда не было.

Боре показалось, что он зажат в угол. Ему не хватало воздуха, чтобы хоть что-то ответить в своё оправдание. Обстановку разрядила вновь открывшаяся дверь, и в комнате появился тот самый вчерашний Витали. Только в этот раз на нём совершенно не было макияжа, волосы не блестели лаком, а вместо коротенькой маечки, была простая распахнутая рубаха.

— Ну, что, ещё раз познакомимся? Я – Саня.

Он выглядел как-то необычно. Боря даже не мог объяснить, как выразить это словами. Наверное, так, как выглядят те суровые тётки из телевизора – сурово, решительно, только в мужском обличии.

— Кто вы? – совершенно ничего не понимая, спросил Боря.

— Ты же прочитал ту самую книгу, которую в том году «случайно» нашёл при работах по сортировке мусора? Не отвечай, вижу твоё недоумение, но знаю, что прочитал. Тебе её подкинул твой же одноклассник, пока не буду называть имён, но ты вскоре сам можешь всё узнать. Последний год мы за тобой наблюдали. Ни одного контакта с мужчинами – от них ты прям нос воротишь. Неоднократно ты подвергался психологическим тестам наших специалистов, причём ты даже не понимал, что это проверка. В качестве «экзамена», в офис была направлена Ирочка, с которой ты глаз не спускал. Вторым же экзаменом был я сам, когда подсел к тебе. Я – хороший актёр, и мальчики писаются в штанишки при виде меня. Только на самом деле я не такой, предпочитаю девушек, — он подошёл к Ирине и поцеловал её, девчонка ответила на поцелуй.

Понимаю, что всё это трудоёмкий процесс, но и безумно опасный, так как, да ты и сам знаешь, что бывает за отношения между мужчиной и женщиной, поэтому, перед приёмом в нашу организацию новых людей, мы тщательно шифруемся и посвящаем в свои тайны лишь тех, кто пройдёт проверку по-настоящему.

— А если я притворялся, вы меня убьёте?

— Притворялся? Да не смеши меня! Ты даже несколько раз мастурбировал, разглядывая любовные картинки из книги.

Боря аж покраснел, его действительно, почему-то, заводили те самые изображения, и он придавался рукоблудию, хотя и испытывал потом безумный стыд за содеянное, но, стоп!: — Откуда вы знаете?

— Извини, братан, но перестраховка – превыше всего, поэтому в твоей квартире была установлена скрытая камера наблюдения, — слегка посмеиваясь, произнёс Саня, а Ира с трудом сдерживала улыбку, прикрывая ротик кулачком.

— Так кто вы?

— Мы — «Мы»

— И сколько вас «Мы»?

— Намного больше, чем ты можешь себе это даже представить. От года в год наши ряды только растут. Причём такой филиал организации, как наш, находится в каждом большом городе мира, а главный коррекционный штаб вообще расположен в Штатах.

Ты не думай, каждый новопосвящённый проходит такую проверку. Но только тебе сейчас решать: быть с нами или вернуться в прошлую жизнь, где рано или поздно ты выйдешь замуж, и жизнь будет идти как у миллионов «нормальных» мужчин.

— А если я выйду отсюда и всё расскажу властям?

— Не думаю. Да и какой тебе смысл и выгода от этого? Разовая выплата от Совета? При этом у нас очень «длинные руки», а несчастный случай ведь с каждым может произойти, правда, Борь? – подмигнув, сказал Саня. – Да не очкуй ты, знаю, что не расскажешь никому.

Боря продолжал прибывать в смятении. Головой он прекрасно осознавал, что согласись он на это предложение, и подвергнется смертельной опасности, но вот сердце прямо рвалось в ряды этих повстанцев.

— Безусловно, на первых порах у тебя будет минимум заданий, но если ты хорошо себя проявишь, будешь повышен. Да, братан, у нас тут тоже строгая иерархия. И это не от того, что кто-то хочет показать себя выше других, а лишь из соображений координации процесса. О таких тонкостях ты тоже узнаешь позже. Сейчас же тебя отвезут домой, чтобы ты всё переварил.

Хочу предупредить сразу: на первых порах будешь работать только со мной и Ирой, только тут есть маленький нюанс, — сделал небольшую паузу Саня, а Ира вновь кое-как сдержалась, чтоб не улыбнуться. – Чтобы мы поддерживали с тобой постоянный контакт, скажем так, для всех мы будем влюблённой парой, гулять, держаться за ручки, посещать клубы и целоваться, ну, в щёчку. Одёжку твою надо слегка сменить, а то выглядишь совсем как-то несуразно. Да, и с макияжем надо что-то решать. Но, в этом-то я тебе помогу – давно уже стал мастером маскировки.

— Сань, — на прощание решил поинтересоваться Боря. – А то, что было написано в той книге – это всё правда?

— Ты даже не представляешь, насколько. Со временем ознакомишься и другими трудами. Я буду дозировано предоставлять тебе электронную информацию. Уверяю, ты откроешь для себя совершенно новый мир! Тот самый, который вытравили из человеческой памяти. Это сейчас детям достаточно прочитать книги, чтобы те имели представление об этом выдуманном мире, а двести лет назад людей подвергали массовому гипнозу и прочим манипуляциям, основательно промывая мозги, чтобы и следа не осталось от прошлых «ненужных» воспоминаний. Лишь оставшимся горсткам людей, выжившим после той страшной войны и ушедшим в подполья, удалось сохранить Настоящую правду. Я – потомок одного из таких выживших.

Уже находясь дома, Боря никак не мог отойти от шока. То, что он испытал, даже нельзя передать словами. Это всё равно, что смотреться в зеркало, а вместо себя видеть что-то абсолютно абстрактное и непонятное. Казалось, мир перевернулся, ломая все прежние стереотипы. Но среди всей этой неразберихи в мыслях, сверкнула одна, но самая радостная: «Я не один такой на всём белом свете, и мальчик Может любить девочку!»…