Озеро желания

Это был обычный летний день, суббота. Мы только вчера вечером, всей нашей небольшой, но дружной семьей, мама, отец и я — приехали на дачу. Ехали довольно долго, по пробкам, матеря обочечников, к чьим пылящим рядам отец принципиально не хотел примыкать. В итоге по приезду сходили на озеро освежиться, затем поужинали, немного пошатались по участку и улеглись спать. Встали рано, сразу атаковали грядки, вооружившись лопатами и тяпками. К 11ти стало очень жарко, и работа под открытым небом была прекращена. Отложенный завтрак плавно перетек в обед, после которого пошли на водоем, отложив оставшиеся дела на вечер и завтра. Наша дача метрах в трёхстах от озера, так что окунуться и так бегаем постоянно, вдоль подлеска по теньку, но тут уже пошли надолго, как следует поплавать, тем более дневная жара не давала особого выбора в плане вариантов времяпрепровождения.

В процессе основного купания не случилось ничего не обычного, дачный поселок небольшой, народу на озере всегда немного. Мама искупалась с нами и ушла, и сделала так еще пару раз, бегая туда-сюда, делая на даче заготовки к вечернему приему гостей, плановые посиделки с которыми имели целью обмыть сразу две днюхи случившиеся недавно: отца и соседки по даче тети Веры. А так как жара стояла страшная, мама прибегала освежиться, правда делала это на мелководье, дальше вода холодная, а мамуля здоровье бережет, и наше пытается, но бесперспективно. Мы с отцом планомерно становились Ихтиандрами отращивая жабры и ласты, уж очень любим купаться. Плавали, прыгали с тарзанки в воду, поиграли с местными пацанами в догонялки и устроили самым мелким катапультирование со скрещенных рук. И только совершив ленивую «кругосветку», на приличном бревне, которое в озере курсирует уже пару лет – осознали, что барахтаемся уже несколько часов, существенно посинев, и решили-таки сворачиваться.

Я, на посошок, и на скорость, сделал еще один заплыв до другого берега, но устав обратно плыл медленно, по собачьи, и уже приближаясь к нашей точке, увидел сидящую на длинных, шатких, мостках, маму. Мостки использовались как трамплин, но стояли на мелководье, и считались детскими, мне это место было уже давно было не по росту А мама любила там просто посидеть.

— Плыви сюда, дельфин! – помахала она рукой, при этом болтая ногами задевая пальчиками воду. Создаваемая ею водяная пыль искрилась в лучах солнца, и даже мелькнула слабая радуга.

— Мы уходим, ты остаешься? – спросила мама, когда я подплыл поближе.

— Да не, хорош, я тоже иду, — ответил я, накупавшись так, что челюсть постукивала.

Когда я подплыл совсем близко к маме, раздумывая, а не затащить ли её в воду потянув за ногу, мама прочитала мои мысли, и подтянув ножки под себя, поднялась, сверкнув на секунду ляжками. Я раздосадовано фыркнул, она засмеялась и в этот момент, моя самая родная женщина, одетая в легкое ситцевое платье, сладко потянулась, подняв ручки вверх, расставив ножки и изогнув спинку. Солнце, находившееся за ее спиной, немного правее, подсветило ее фигурку и сквозь тонкую ткань я увидел очертания тела мамы, ее грудей, талии и промежности. Дополнили картину развивающиеся от ветерка средней длинны светлые волосы и широкая белозубая улыбка.

Я так откровенно пялился на маму, что, осознав это посмотрел в ее, и сразу устыдившись отвел глаза. А мама, встретив мой взгляд на секунду посерьёзневшим лицом и прищурившимися глазами, озорно хихикнула, одновременно что-то говоря мне веселым тоном, но я не понял, что именно. А пока я собирался переспросить, она уже пошла к отцу, сидевшему на берегу, в тени деревьев. Но зато я успел полюбоваться её, все еще видимым в лучах светила, на просвет, телом, и вышел на берег только через пару минут, потому что вынужденно сделал еще один неспешный заплыв к другому берегу.

Пока плыл пытался успокоится, ведь возникшая мощнейшая, нереальная эрекция и общее состояние возбуждения было таким, что ни о чем другом и думать не мог! Я внезапно захотел ее! Маму! Захотел, как женщину! Точнее, как самку, которую мне нестерпимо требовалось покрыть! Как будто инстинкт и зов природы затуманили мой разум, ведь в животном мире не делают различий с кем спариваться, с родственником или нет.

Но это точно был первый раз, когда я увидел в маме женщину, точнее увидел именно желанную женщину, ту с которой хочется долго и по-настоящему. До этого я прекрасно осознавал, что моя мама вполне симпатична и стройна, я часто говорил ей комплименты, но без низменных желаний. Более того, я не однократно видел ее в довольно откровенном виде, всякие там пеньюары и ночнушки, в которых она пробегала из спальни в туалет или ванную, та же ситуация случалась с нижним бельем, случайно конечно, как бывает во всех семьях иногда. И все это без панических реакций всех сторон, то бишь мама не зажималась с криками и не прогоняла меня, а я просто деликатно отворачивался, и даже иногда бухтел на нее чтоб оделась и не шлялась тут полуголой, понимаешь. Да те же купальники, мама предпочитает открытые, и довольно небольшие. И вообще, облегающие шортики и топики, в которых она обычно дома ходит, это обыденность, причем такая, которая больше подчеркивает фигуру, а не скрывает – и ничего, кроме нормальной и объективной оценки привлекательной внешности, мама у меня не вызывала.

А тут увидел тень сиськи через ситец и воспылал как полоумный!!!

Было в этом что-то очень странное, и я никак не мог, и так и не смог понять почему. Ведь я видел груди мамы куда более открытыми, и в существенно более сексуальных нарядах, но не реагировал так. Это же груди мамы, они не должны были и не заводили меня. Как и ее длинные худые ноги и вполне еще красивая попа. Подумав об этом, я почувствовал жгучее, непреодолимое, желание увидеть все это, срочно, прямо сейчас! И выйдя из воды, быстрым шагом пошел к даче, сдерживаясь чтобы не побежать.

Когда я вошел во двор, то не увидел маму, но зато увидел отца, который отошел на противоположную от домика сторону. Сделав вывод, что она переодевается, я буквально ввалился в строение. Не знаю, что бы я сделал если бы застал маму голой, или в процессе смены одежды, в белье например, но к счастью, или несчастью, увидел ее все в том же ситцевом платье. Она стояла спиной ко мне и задумчиво смотрела в недра холодильника.

— Сынок, сгоняй-ка на базар, сока томатного купи литра три, — не оборачиваясь попросила она, но по голосу я понял – она широко улыбается!

— Ага, — кивнул я, быстро потеряв боевой настрой, охолонув и ретируясь.

Оседлав велосипед, я погнал на перекресток дорог, рядом с поселком, где был овощной базар и ларек тоже имелся, и всю дорогу силился понять, поняла ли мама то, что двигало мною, или просто настроение у нее хорошее?

Вечером к нам пришли соседи, под водку и вино пожарили шашлык, и не имея вариантов я тоже во всем этом участвовал, время от времени отходя послоняться по саду-огороду, в первую очередь для того чтобы иметь возможность нормально рассматривать маму, точнее ее манящее тело, ибо, находясь рядом я старался не смотреть в ее сторону, чтобы не выдать свои желания. Разумеется слюни я не пускал, но мне казалось, что если посмотрю на нее в упор, то выдам себя и все все поймут.

Пока слонялся нашел удобный опорный пункт, в виде раздваивающегося ствола яблони, через «рогатку» которого открывался прекрасный вид на сидящую полу боком ко мне, маму. Она переоделась, в короткие шорты, и в свободную, но с приличным декольте футболку. И от яблони была видна как на ладони. Предварительно вернувшись за стол, я убедился, что тусклое освещение в беседке, более чем усугубляет сумерки – другими словами сидя за столом, под электрическим освещением – яблоню в саду увидеть было вообще невозможно.

И следующую прогулку, по всему периметру двора, я целенаправленно завершил за яблоней, и убедившись, что все взрослые находятся за столом, решился – и достал наружу свой уже порядком уставший стоять член. Глядя на маму, медленно двинул рукой по стволу. Раз, другой. Смех дядя Коли и отца, а также громкое визгливое хихиканье тети Веры, не поколебали начатый процесс. И я продолжил, бегая глазами по телу вожделенной женщины. Но, внезапно я почти поймал ее взгляд! Нет, она не видела меня, но внимательно смотрела именно в моем направлении, как будто почуяв неладное. Вздрогнув, я спрятал, мгновенно опавший, член в трусы, и поправив шорты, прошел к умывальнику на стене домика. Помыв руки и ополоснув лицо, я постоял успокаиваясь, и услышал крик отца, просящего сок и захватив его из домика, вернулся за стол.

— С тобой все нормально, сынок? Ты какой-то не такой, сегодня, — спросила мама, чуть улыбаясь, как только я сел.

— Норм…, — коротко ответил я, внутренне содрогнувшись, пытаясь понять видела ли она что-либо.

  • Не заболел? — участливо спросил отец, внимательно глядя на меня уже весьма мутными глазами.

— Да не, правда, все хорошо, — ответил я и почувствовал, что быстро и сильно краснею.

— Мать, пощупай его, — велел батя, явно заметивший цвет моего лица.

— За попку? – весело хихикнула мама.

— За титьку! – в ответ заржал отец.

Под общий смех, мама встала, подойдя положила прохладную ладонь мне на лоб и сразу, присев, коснулась лба своим. Почувствовав ее горячее дыхание я задрожал. А мама, наклонив голову набок внимательно посмотрела мне прямо в глаза, еле заметно и хитро улыбаясь, погладила меня по лицу сразу двумя руками.

— Может лучше за письку? — еле слышно спросила она, и пока я пытался понять не послышалось ли мне, уже громче добавила, — да… он горяченький! Накупался в холодной воде. А я говорила, что наше озеро — это сплошные родники, плавать надо в меру!

— Закаляйся… Если хочешь быть здоров! — сразу заголосил отец и соседи его нестройно поддержали.

— Да нор… — открыл было я рот, уворачиваясь от маминых рук.

— Иди полежи! — строгим тоном перебила мама, потеребив меня по волосам, — температура есть, небольшая, сбивать не нужно пока, я тебя позже проверю, там видно будет…

— —-

Я ушел под навес за домиком и прилег на диванчик, который и был моим койко-местом на даче. Покрытое надежной шиферной крышей, и примыкающее к стене дома с одной стороны, с других сторон место огорожено маскировочной сеткой, которая, в добавок, качественно заросла вьюном. В итоге я спал на свежем воздухе, но был надежно защищен от осадков. Полежал, пытался думать о другом, но мысли постоянно возвращались к маме. Точнее к тому, что мне послышалось и тому, что «там видно будет»… Мой бедный член не успевая успокоится сразу вставал обратно. Это даже раздражало. Метания от временного достигнутого контроля, до желания таки додрочить до логического завершения, на маму конечно, в какой то момент уступили дреме, в которой мне приснилась все та же мама, причем обнаженная и доступная, но как только во сне я обнял ее голое тело и стал его трогать – то сразу проснулся.

Понятия не имею сколько времени я так покемарил, полчаса или три, но, когда я открыл глаза, стемнело уже совсем капитально. Но что важнее — в той руке, которой я во сне трогал маму — была именно мама! Точнее ее плечо. Не голое. Я почувствовал ткань все той же футболки что была не ней за застольем. Т.е. это не сон — мелькнуло в голове, и только в этот момент, спустя пару-тройку секунд, я понял, что лежу на спине, вытянув руку в сторону ног, и раз у меня в ладони мамино плечо – значит она находится там, у меня в ногах!

Я приподнялся… и увидел, понял и почувствовал все! Именно в такой последовательности, как ни странно, хотя, казалось бы, должен был в первую очередь почувствовать. В свете полной луны, лучи которой пробивались через листву, я достаточно отчетливо увидел, что мама устроилась у меня в ногах так, что ее левое колено было между моих голеней, а прямая правая нога стояла на полу. При этом мама, опершись локтями в постель, по бокам от меня, пальчиками обеих кистей держала мой член у основания, а все остальное быстро двигая головой погружала в рот! Заметив, что я проснулся, мама подняла не меня, блеснувшие отраженным светом, глаза, и улыбнувшись с набитым ртом, усилила давление и ускорила движение.

— Мааммааа…, — прохрипел я, не веря своему счастью, и даже не думая сопротивляется.

— У тебя очень сильно поднялся… температура…. Я сбиваю, — пропыхтела мама и продолжила поглощать член.

От удивления и кайфа я больше не смог вымолвить ни слова, только промычал что-то нечленораздельное, и секунд через тридцать почувствовал, что сейчас кончу. Отстраняя маму, я рукой надавил ей на голову, как бы отодвигая, но она перехватила руку и прижав ее к постели сделала то, о чем я мгновением раньше успел подумать: вдавила головку в глотку! Я, сдержав порыв, не настаивая, но надеясь на продолжение, но мама таки не стала полностью принимать, зато несколько раз подвигала головой с головкой моего член в горле. Почувствовав, как член заглянул в глотку матери я сдерживался еще пару секунд, но не выдержал и кончил, а она просто замерла на самой вершине члена обхватив ее губами и лаская языком.

Пока мой гейзер извергался, мама, не двигая телом, принимала сперму в рот, нежно подрачивая ствол свободной рукой. И как только поток остановился, сняла рот с члена, и что бы не пролилось, довольно шумно втянула открытым ртом в себя воздух, булькая слюнями и спермой. После чего демонстративно проглотила, облизнулась и вернула рот на член, но в этот раз не принимая в глотку, а просто плотно уперев член в нее. Остановившись в нижней точке чуть подвигав головой, вынула, сделала еще десяток движений ртом по стволу, тяжело дыша облизала головку и громко шмыгнув носом отстранилась. Двинув мою ногу бедром, она села рядом со мной, все время продолжая ласкать член рукой.

— Понравилось, родной? – спросила она ласково, но немного сипло.

— Даааа…, — выдохнул я пытаясь унять вырывающееся из груди бешено стучащее сердце.

— Хорошо… мне тоже… спасибо за угощение., — усмехнулась она демонстративно облизываясь вновь.

— Эээээ… а почему…

— Потому что твое желание взаимно…

— То есть…

— Да, сынок, да. Я дам тебе то, что ты хочешь…, — улыбаясь прошептала она, — точнее не так… я позволю тебе и себе, сделать то, чего мы оба хотим….

— Но почему ты…

  • Так, давай без тупых вопросов, — мама перешла на гневный шепот, — тебе мать только что отсосала, а ты как маленький…

— Прости…

— Прощаю…- вновь засмеялась она, — Не знаешь… что сказать да?

— Ага… — кивнул я.

— Неловко…… — улыбаясь прошептала мама и внезапно легла головой мне на грудь, и я стал гладить ее по спине.

Повисла пауза секунд на десять, во время которой я пытался сообразить, как себя вести теперь, накинуться на маму или что, а она, вновь выпрямившись сидела и улыбаясь смотрела на меня, все еще держа увядающий член в руке.

— Мама… я не знаю, что делать дальше, — честно сказал я.

— Да и я … сделала тебе… а теперь от стыда сгораю… ужас…. Как я решилось то не понятно…, — спрятала она лицо в руках, наконец отпустив мой орган.

— Я очень рад что ты решилась, я сам бы наверное…

— Я так и подумала, что ты будешь просто смотреть и либо ничего не предпримешь, либо полгода ждать тебя… В таких ситуациях взрослые должны брать инициативу на себя… вот я и взяла… твой член в рот, — хихикнула она вновь.

  • Я думал, что ты ничего не заметила…

— Серьезно? Ты думал я не замечу КАК ты на меня тогда посмотрел? Ты посмотрел, как мужчина на женщину, как самец на самку, — улыбаясь мама качала головой, как бы шутливо говоря «ай-яй-яй, как ты мог», — твой взгляд меня буквально раздел и изнасиловал… Ты ведь об этом тогда думал, да?

— Да… оно само как-то…

— Ты повзрослел. – веско сказала мама и поднявшись добавила, — ладно, пойду я, но… возможно, еще увидимся сегодня…

Встав, она отошла на пару шагов, но остановившись повернулась и убедившись, что я смотрю медленно задрала футболку, в последний момент поддев ею свою груди так, что они буквально вывалились из-под ткани и закачались перед мои охреневшим взглядом. Хихикнув и одернув футболку, она быстрым шагом скрылась за поворотом.

Когда мама ушла до меня внезапно дошло, что я слышу голос отца, ведь он с гостями все еще сидел в беседке. Волна страха накатила с осознанием того, что мамин рот был насажен на мой член в непосредственной близости от отца. Правда раздавшийся смех однозначно дал понять – батя пьян в абсолютный хлам, он в такие моменты смеется по-особенному. Это немного успокоило. Соседка тоже хихикала весьма и весьма нетрезво, а вот соседа не было слышно. Но тут я услышал мамин голос, она что-то сказала, и в ответ ей отец и тетя Вера заржали как кони. Я подошел и выглянув понял причину смеха в виде дяди Коли которой мирно спал за столом, вот только я не разглядел был ли он лицом в тарелке или нет, но нестихающий смех компании подтверждал, что скорее всего был.

Я стоял за углом и мялся не зная, что делать. Ибо, кончив маме в рот я захотел ее трахнуть до безумия, но она ушла к гостям и отцу, и как ее оттуда вытащить я не мог придумать. Решил дождаться окончания застолья и как-то выманить ее к себе… или типа того. Долго ждать не пришлось. Тетя Вера уволокла своего мужа домой меньше, чем через час, и в этот же момент подошла мама и попросила меня сделать то же самое с отцом, т.е. дотащить его до кровати – он еще сопротивлялся и еле выговаривая слова требовал продолжения банкета. Мама вылила ему в бокал из-под сока оставшуюся в бутылке водку, причем сок в стакане еще был, и получившийся коктейль, граммов так на 150, батя проглотил, хотел разом, но не вышло, и закашлявшись он пролил половину, и почти сразу стал вырубаться, что-то ворча себе под нос.

— Очуметь… и чего они сегодня так нажрались… — пыхтела мама пока мы почти волоком тащили неподъемного отца в дом.

Уложив главу семьи на кровать, мы вышли из дома и посмотрели друг на друга. Мама улыбнулась, накинула на плечи рюкзачок, взяла меня за руку и пошла во тьму ведя за собой. Почти сразу стало понятно куда именно мы идем – к нашему озеру.