Озеро любви

Наконец наш джип свернул с шоссе на лесную дорогу и, проехав еще пару километров, отец остановил машину.

— Далеко еще, папа? — спросил я вылезая из салона.

— Километров 20, если мне не изменяет память, Помоги маме. — Я открыл переднюю правую дверь и помог маме выйти из машины. Она была не в восторге от этой поездки, прелести и тяготы жизни «дикого» туриста ее не привлекали. Нам с отцом с трудом удалось ее уговорить провести несколько дней на природе на берегу лесного озера.

Становилось жарко, я снял футболку и шорты и бросил их на заднее сидение. Отойдя метра на два, я приспустил свои синего цвета стринги, приоткрыл головку своего члена и стал мочиться на придорожные кусты. Моему примеру последовали и отец, и мама, которая присела на корточки и орошала траву перед машиной.

Закончив оправлять физиологические потребности наших организмов, мы выпили кофе из термоса, выкурили по сигарете и собрались продолжить наш путь. Отец тоже решил снять с себя лишнюю одежду и остался в спортивных узких боксерах. Мама лишь скинула легкую блузку и оставила на своем красивом теле шортики и бюстгальтер.

Когда мы уселись в машину, а я сидел на заднем сидении, я спросил маму не помочь ли ей растегнуть лифчик.
— Не надо, дорогой. Дорога растрясет мои груди. — Я поцеловал ее в шейку, а папа рванул машину вперед.

Часа через два мы выбрали красивое и удобное место для нашей стоянки на берегу лесного озера — цели нашей поездки.

Прежде, чем начать обустраивать наш лагерь, мы решили искупаться. Мы с отцом быстро скинули свои трусы и бросились в воду. Несмотря на жару, стоящую последние недели, вода была освежающей и прогрелась не более. чем на 20 градусов.

Мама, оставив свою одежду на берегу, медленно и осторожно входила в воду, и повизгивала от ее прохлады. Солнечные блики, отражаясь от зеркальной глади озера, играли на ее теле и делали ее похожей на Афродиту.

После купания, мы наскоро перекусили бутербродами и принялись обустраивать лагерь. Мы с отцом поставили палатку, собирали дрова для костра, а мама занялась приготовлением пищи.

— Где это ты так загорел, Митяй? — отец шутя шлепнул меня по попке.

— С Володькой после сессии несколько раз на нудистский пляж ездили.

— Да что ты. Там же, говорят, одни геи собираются?

— Папа, там собираются все, кому не лень: и геи, и натуралы, и лесбиянки, и онанисты.

Мы пошли в лес за следующей партией дров.

— И что, так с бритым членом там и ходил? — все интересовался отец.

— Сейчас почти все бреют, папа. И вон, даже ты. А телки, так почти 100 процентов.

Когда мы принесли последнюю охапку дров, мама уже закончила свои дела и загорала на широком надувном матраце. Мы с отцом наскоро обмылись в озере и присоединились к ней — папа улегся справа от нее, а я слева.

Ах, этот запах, исходящий от этого тела сводил меня с ума! Я взял губами ее левый сосок и принялся, как в младенчестве, сосать его. От этого мой дружок стал поднимать головку.

Отец тоже впился в правую грудь, а рукой стал л

аскать мамину киску.

— Ой, мальчики, отстаньте, — попробовала отбиваться от нас мама. — Дайте отдохнуть. Митенька, сынок, принеси, пожалуйста, сигареты.

Мне пришлось подняться и наперевес со своим копьем пойти принести сигареты. Мы перенесли матрац в тень деревьев, так как солнце пекло неимоверно. Отец принес бутылку коньяку, плитку шоколада и одноразовые стаканчики.

После того, как хмель слегка ударил в голову, мы вновь предприняли атаку на маму. Она уже не сопротивлялась, а поощряла нас к активным действиям.

Она легла на спину, согнула в коленях и широко развела ноги. Отец жадно припал ртом к ее киске и стал языком ласкать ее жемчужину. Я же стал ласкать ее груди и открытой головкой члена щекотать ее соски, которые сразу же набухли и увеличились в размерах. Через пару минут она втянула головку моего члена себе в ротик и принялась язычком теребить уздечку, а руками мять мои яички.

Через некоторое время по телу нашей женщины стали пробегать волны характерной дрожи, а из груди вырывались глубокие вздохи. Значит, папа добился своего и мама сейчас получит клитеральный оргазм. После него она любит, чтобы член мужчины сразу заполнил ее лоно. Я же подвинулся поближе и мой член полностью вошел в ротик мамы до самой гортани…

Ее тело забилось, как при эпилепсии, и из груди раздался хрип радости, так как кричать ей не давай мой член. Мама кончила, ее оргазм был глубоким и ярким.

— Ну, что, сынок, ты или мне продолжать? — услышал я за спиной голос отца.

— Давай ты, папа. Я сейчас тоже кончу, — и еще стремительней стал трахать рот мамы, которая охнула, когда отец вошел в нее. И в это самое время мой член стал выстреливать порции спермы. От охватившего меня чувства невесомости и удовольствия, я не могу сказать, сколько залпов я произвел, но, как мне показалось, не менее трех, это точно.

На ватных ногах я встал с мамы, чтобы не мешать отцу. Голова еще кружилась после пережитого оргазма. Я подошел к столику, плеснул себе коньяку на пару глотков и залпом выпил его. Закурил. Вроде все стало в норму. Я спустился к озеру и омыл в воде член. Пройдя несколько метров вдоль берега, под какой-то корягой опорожнил свой мочевой пузырь и вновь поднялся на полянку.

Папа еще продолжал заниматься любовью с мамой. Его белая попа совершала ритмичные движения. В нескольких метрах от них я расстелил брезентовую подстилку, улегся на спину и отдыхал. Еще пару лет назад, когды мы начинали заниматься любовью втроем, я не пропускал случая наблюдать за родителями во время траха — набирался опыта. Сейчас же наблюдать мне уже не очень интересно, более занимает сам процесс.

Вот отец стал вгонять свой жезл в лоно матери более резко — до меня доносились учащенные шлепки его яиц о мамину промежность. Ее короткие вскрики постепенно стали перерастать в протяжные крики. Значит, скоро финал. Наверняка, мама уже получила один-два промежуточных оргазма. Отец стал издавать рыки, похожие на звериные. Еще несколько секунд и он извергнет свою лаву в ее вульву…