Одноклассница. Случайная встреча

В школе Ольга не пользовалась популярностью среди мальчиков от слова “совсем”. Когда мы заканчивали 11-й класс, то, она, в отличие от остальных наших одноклассниц, смотрелась еще совсем подростком. Угловатые движения, худые руки, длинные, но тоже худые ноги, грудь почти отсутствует, а любая одежда болтается как на вешалке. В сочетании с небольшим ростом, большими старомодными очками и полным отсутствием уверенности в себе, внимание на нее мало кто и когда обращал. Мы, правда, сидели с ней за одной партой почти четыре года, поэтому я волей-неволей с ней регулярно общался, хотя, в основном, конечно, по делам исключительно школьным. А из запоминающегося у Ольги была только фамилия, редкая и необычная — Краснотонова. Уж не знаю, откуда она взялась. Класс у нас был не особо дружный, поэтому после школы мы ни разу не встречались и каждый шел по жизни своим путем, не интересуясь, как дела у остальных.

Так что, когда мы встретились на переговорах в фирме, которой должны были поставить оборудование, я ее сначала не узнал. В свои 35 я чувствовал себя вполне уверенно, работал начальником отдела внедрения в одной из крупных контор и вполне крепко стоял на ногах. За плечами был первый неудачный брак и череда непостоянных и запутанных связей, от которых я к настоящему моменту уже начал уставать.

На переговоры мы приехали втроем — наш генеральный, его зам по финансам и я. Договор на поставку уже был заключен, так что оставалось обсудить порядок оплаты и этапы внедрения, для чего меня и взяли.

Напротив нас, соблюдая паритет, сидело тоже три человека — в центре ухоженная, очаровательная женщина, в строгой офисной одежде, а по сторонам от нее — два мужчины, оба выше ее ростом. Переговоры начались с обмена визитками. Я привычно разложил их в том порядке, в котором сидела противоположная сторона и, опустив взгляд, прочел, что на них написано. На центральной значилось: “ОАО “Ванадийпром” Краснотонова Ольга Викторовна, генеральный директор”. Фамилия был точно знакомой и я, подняв голову, разглядел в сидящей напротив женщине еле угадывающиеся черты своей одноклассницы. Она же, явно понимая, что произошло, едва заметно мне улыбнулась.

Переговоры сложными не были, так что (что случается крайне редко) мы уложились в полчаса. Генеральный и его зам. по финансам тут же уехали, а я, само собой, остался, так как хотел осмотреться, прикинуть объем работ о ценить размер бедствия. Теперь все зависело в основном от меня и, хотя это был далеко не первый мой проект, облажаться мне, само собой, не хотелось. В общем я взял в оборот своего коллегу из “Ванадийпрома” Андрея. Язык общий мы с ним нашли достаточно быстро и обсудили основные проблемы, которые могут возникнуть при внедрении. По окончанию нашей содержательной беседы, он попросил вместе с ним зайти к Ольге Викторовне и доложить о результатах. По его словам, она предпочитает быть в курсе событий. Рабочий день уже заканчивался, но в фирме царила абсолютно деловая атмосфера, причем, что необычно, никто никуда не бежал и не спешил, как это часто бывает в большинстве организаций, в том числе и в нашей.

Мы подошли к солидной деревянной двери с надписью “Приемная” и Андрей открыл дверь, пропуская меня вперед. За столом напротив входа сидела секретарь (если бы вы ее видели, то назвать ее секретаршей язык вряд бы повернулся), которая, мельком взглянув на нас, молча вышла из-за стола, и, осторожно постучавшись в дверь с медной табличкой “Генеральный директор”, что-то спросила, потом кивнула головой и открыла дверь перед нами.

Кабинет был большой, обставленный вполне современной офисной мебелью. Перед огромным панорамным окном с видом на центр города стоял дорогой, но при этом функциональный письменный стол, за которым в мягком и удобном даже на вид кресле, сидела Краснотонова Ольга Викторовна, моя бывшая одноклассница. Приветливо кивнув нам и приглашающим жестом предлагая располагаться в двух креслах около стола, она выслушала доклад Андрея, задала нам несколько уточняющих вопросов, мы проговорили примерный график и содержание начального этапа работ, после чего генеральный директор с нами вежливо попрощалась, и мы вышли из ее кабинета. Секретаря на месте почему-то не было и на мой вопросительный взгляд Андрей пояснил, что рабочий день у них в “Ванадийпроме” ровно до шести и задержки категорически не приветствуются. Мы прошли до его кабинета, где оделись и вышли на улицу. Андрей направился на стоянку, где оставил свою машину, а я задумался о планах на вечер и решил, что имеет смысл позвонить в любимое заведение и заказать столик в углу, чтобы тихо и мирно провести вечер за парой кружек хорошего пива и вкусным ужином. Сунув руку в карман пальто, я обнаружил отсутствие телефона, расстегнув пальто, я полез в карманы костюма, телефона там тоже не оказалось. Я сосредоточился и вспомнил, что, будучи в кабинете моей генеральной одноклассницы, я доставал телефон, чтобы посмотреть какие-то цифры по проекту и, видимо, оставил его на столе. Я вернулся ко входу в помещение, занимаемое “Ванадийпромом” и объяснил охраннику, что, по всей видимости, произошло. Охранник (в отличие от большинства представителей своей профессии) ломаться не стал, а поднял трубку телефона и набрал номер. Услышав ответ, он кратко и емко обрисовал возникшую проблему, выслушал что ему сказали и, положив трубку обратился ко мне: “Ольга Викторовна Вас ждет, телефон у нее в кабинете”. Я снова поднялся на второй этаж, прошел по коридору с мягким ковролином и миновав без стука дверь в приемную, постучался в кабинет. Голос Ольги за дверью произнес что-то мне непонятное, но я принял это за разрешение войти и вошел.

Она сидела все в том же кресле, только теперь жакет ее офисного костюма висел на спинке стула, а на темно-серой блузке были расстегнуты две верхних пуговицы. И внешний вид, не перестав быть деловым, сразу приобрел очень яркий эротический акцент. Я нашарил взглядом свой телефон, проверил, что на нем нет пропущенных звонков и непрочитанных сообщений и поднял голову. Ольга смотрела на меня с улыбкой.

А мы не… — немного робко начал я

Да, мы учились в одном классе и даже сидели за одной партой — произнесла она с ноткой сарказма — но ты не переживай, я привыкла, что меня не узнают!

Ты изменилась — я никак не мог взять нужный тон.

Я в курсе, и этому очень рада — голос ее было немного насмешлив, что меня сбивало с толку.

И как ты сейчас?

Нормально. Своя фирма, сыну 8 лет, в разводе, больше всего времени провожу на работе. А ты?

Да тоже нормально. Своей фирмы нету, нет и сына. Зато тоже в разводе и есть дочь. Ровесница твоему.

Слушай, у меня ощущение, что сейчас разводятся процентов 90 пар — на этот раз она говорила совершенно нормально.

В общем, мы разговорились и, наверное, с час вспоминали школьные годы. За этот час я успел рассказать про судьбы наших одноклассников, ну точнее про тех, про кого слышал. А она попутно успела сделать нам по чашке кофе, немного капнув в них коньяку, ответить на звонок охранника, сказав, что все нормально, ну и рассказала про одноклассников то, что знала она, хотя я в итоге выдал куда больше информации. Кофе был допит, Ольга достала коньяк и бокалы, я разлил тягучую вязкую жидкость в бокалы, мы чокнулись и продолжили разговор уже рассказывая друг другу про свою жизнь.

Я прихлебывал отличный коньяк и исподволь рассматривал свою собеседницу. За то время пока мы не виделись, она так и не выросла, зато приобрела пикантные и очень аппетитные формы. Ее нельзя было назвать толстушкой, нет, но и нынешней модной худобы в ней не было. Все ровно как надо. Высокая грудь, очень призывно белевшая в разрезе блузки (пока мы сидели и разговаривали, она успела расстегнуть еще одну пуговку), тонкая талия и великолепные бедра (понятное дело, что, когда она вставала, я успел прекрасно все рассмотреть), длинные и притягивающие взгляд (ну да, хочется смотреть на все сразу) обтянутые нейлоном ноги. На ногах — туфли на каблуке. Юбка в меру узкая и подчеркивающая те самые шикарные бедра, чуть ниже колена, цвета темного золота, как и жакет. Блузка (ну которая с тремя расстегнутыми пуговками) темно-серая.

В разговоре тем временем начали возникать те самые паузы, которые явно свидетельствуют о том, что темы для беседы фактически исчерпаны, а с новыми темами возникает проблема. Так что, когда мы допили третью порцию коньяка, я поднялся с кресла и предложил собираться, так как время относительно позднее, а и ей и мне завтра работать. Ольга кивнула в ответ, но я уверен, что в ее глазах мелькнула искра разочарования. И именно эта искра и заставила меня поцеловать ее сзади в шею, когда она встала, а я снял со спинки ее кресла жакет, чтобы помочь ей одеться. От поцелуя она немного вздрогнула, и потом протянула руки назад, обняв меня за шею. Я продолжил поцелуи, скользнув руками к пуговицам блузки и расстегивая их. Она продолжала обнимать меня, но не сделала даже попытки обернуться, чтобы я мог поцеловать ее в губы. Расстегнув блузку, я провел рукой по черному кружеву лифчика и когда мои пальцы сквозь ткань коснулись ее соска, в ответ я услышал негромкий, но протяжный стон. Не прекращая целовать ее в шею, я помог Ольге избавиться от блузки и мои руки какое-то время ласкали ее грудь через лифчик. Стоны при этом становились все протяжнее и сильнее, и я надеялся, что звукоизоляция позволяет не дать этим звукам вырваться за пределы кабинета. Еще через несколько минут, мои пальцы уверенно расстегнули молнию ее узкой юбки, и она сама скользнула на пол. Я немного отошел назад, чтобы полюбоваться открывшимся зрелищем и чуть н задохнулся от восторга и возбуждения. Трусиков на Ольге не было, но зато она была в чулках с поясом. Она повернулась ко мне и на некоторое время замерла, напоминая античную статую совершенством форм и актрис 60-х — 70-х годов своей вызывающей сексуальностью. Оставшись довольной произведенным эффектом, она подошла ко мне ближе и помогла избавиться от одежды мне. И когда это произошло я так и остался стоять перед ней наслаждаясь открывшимся зрелищем и все сильнее от него возбуждаясь.

Ты всегда так одеваешься на работу? — наконец смог спросить я

Конечно нет, просто у меня вечером свидание — как-то просто и естественно ответила она. Я немного оторопел и в этот момент моя железная эрекция куда-то делась.

А… Э.. Ну…

Ну ведь одно другому не мешает? — лукаво спросила она и подошла ко мне ближе, положив руку на мой полуопавший член

Нет, прошептал я в ответ и закрыл глаза, отзываясь на прикосновение ее рук.

Прикосновения были неимоверно возбуждающими. Ее руки гладили мой член, яички и промежность, Ольга прижималась ко мне всем своим великолепным телом, но меня как будто заклинило и член, несмотря на все ее попытки, оставался мягким и полувялым. Она немного отошла назад, рассматривая меня и мой, давший осечку орган.

Ну и почему ты на меня не реагируешь? — капризно спросила Ольга.

Я не знаю. Сам не понимаю, что случилось.

Неужели я тебе не нравлюсь

Конечно нравишься — ответил я хриплым полушепотом, возбуждение мое никуда не делось, но вот член отказывался это подтверждать

Ольга обиженно надула губки.

Значит я не нравлюсь ему — с этими словами она провела кончиком длинного ноготка с темно-бордовым лаком по моему красиво висящему пенису, не высказывающего ни малейшего желания хотя бы немного приподняться.

Она села в свое кресло как-то очень естественно и безумно развратно раздвинув ноги в темных чулках. Белизну кожи ее безупречных бедер подчеркивали подвязки черного кружевного пояса. Она смотрела на меня снизу вверх, но казалось, что все наоборот. В ее глазах плясали веселые чертики.

Ты же понимаешь, что девушка возбудилась и удовлетворенной ее нельзя оставлять?

Я молча кивнул в ответ

Тогда я хочу прямо сейчас кончить!

Она посмотрела на часы.

У меня есть еще 40 минут до моего свидания. Успеешь?

Я молча кивнул в ответ

Ну тогда приступай, не тяни время!

И она, откинувшись в кресле, красноречивым взглядом обозначила, что я должен сделать.

Униженный и своей эректильной неудачей, и Ольгиным изменившимся поведением, я опустился на колени между ее ног и Обняв руками ее бедра, начал работать языком. Она была уже совсем мокрая и мой язык спокойно проникал в каждую складочку ее текущей от вожделения промежности. Я слизывал ее немного солоноватую смазку, ощущая, что мне хочется лизать ее долго и старательно, пока я не вылижу ее досуха. Но чем старательнее я лизал, тем больше было смазки. Стоны Ольга совершенно не сдерживала, и я снова подумал о качестве звукоизоляции кабинета. Я проникал языком внутрь нее, я целовал каждую ее складочку, я пил ее смазку и не переставая работал языком, ощущая, как твердеет (в отличие от моего члена) ее клитор. И именно на нем я в какой-то момент сосредоточил все свои усилия. И усилия мои не пропали втуне. Ольгино тело стала сотрясать беспорядочная дрожь, становившаяся все сильнее, она вжимала мою голову между своих ног так сильно, что я почти не мог дышать, но все равно продолжал работать языком. В данный момент для меня это было смыслом и единственной целью жизни. Ольга выгнулась мне навстречу, замерла, а через несколько мгновений полностью расслабившись резко опустилась в кресло. Я по инерции продолжал ее лизать, но она раздраженно и даже грубо оттолкнула меня ногой, оставив на плече царапину от каблука.

Мы тяжело дышали, я, стоя на коленях, а она, развалившись в кресле и приходили в себя. Через несколько минут она глянула на часы и, сдвинув ноги, встала с кресла.

Хорошо — произнесла она уже нормальным, почти деловым тоном — мне уже пора, помоги одеться!

Я, почему-то не вставая с колен, протянул руку за ее юбкой, взяв и ее и расправив, чтобы она могла ее надеть.

Подожди немного

Она осмотрелась, потом подняла с пола мою рубашку и тщательно вытерла ею свою промежность, бросив после этого рубашку на пол. Я помог ей надеть юбку, подал блузку, подождал, пока она застегнет на ней пуговицы и застегнул молнию юбки, после чего подал жакет.

И в этот момент, когда я обнаружил себя стоящим абсолютно голым пред элегантно одетой женщиной я вдруг ощутил, что мой член, который так меня сегодня подвел, теперь стоит как каменный. Ольга это тоже заметила, подошла, провела по нему рукой и насмешливо бросила: “Боюсь, он уже опоздал. Одевайся, нам пора!”. Я кое-как оделся. Рубашка была мокрой и пахла Ольгой. Натянув ботинки, я влез в пиджак, а потом и в пальто, автоматически проверив, на месте ли телефон. Мы вышли, Ольга закрыла кабинет и приемную на ключ, после чего сдала ключи невозмутимому охраннику. У входа, еле слышно урча мотором, Ольгу ждала черная Ауди. Я открыл заднюю дверь, и она впорхнула в салон. И глядя на меня произнесла:

Завтра продолжим работу, мне кажется, что мы не проработали некоторые детали, так что рекомендую задуматься об этом…

Я кивнул и закрыл дверь, и машина плавно тронулась с места, а я опять ощутил каменную эрекцию.