Новый мир моей семьи. Часть — 2

— Привет, приятель. Хочу составить тебе компанию. Давай посмотрим эти порно вместе, — сказал отец.

Я ошеломленно молчал, боясь даже хоть чуть-чуть пошевелиться. Отец заглянул через плечо на раскрытый журнал.

— А у тебя неплохой вкус, сынок. Покажи мне еще те фото, которые тебе понравились, — сказал он, – Мне это вправду интересно.

Сказать, что я чувствовал себя в этот момент крайне неловко, — это значит вообще ничего не сказать.

— Не стесняйся меня и будь самим собой. Как будто я твое отражение, а ты – мое отражение. Мы два отражения одной похоти. Мы два поколения одной похоти.

Я мялся и все никак не мог решиться мастурбировать при нем.

— Понимаю твой шок. Знаешь, я даже хотел, чтобы ты обнаружил мой тайник. Просто хотелось поделиться с тобой своим миром и возбуждающими меня фантазиями. Это звучит, конечно, очень дико и очень странно. Но по-настоящему интересная и яркая жизнь всегда парадоксальна.

Я продолжал молчать, стоя, как полный идиот, с опавшим членом.

— Просто привыкни ко мне рядом. Привыкни к тому, что я такой же развратник в душе, как и ты. Только более опытный. Как видишь, эти порножурналы даже старше тебя.

Отец взял снизу стопки и стал листать журнал с фотографиями группового бисексуального секса, оценивающе поглядывая на меня.

— Тебя, возможно, смутило присутствие в этой тайной коллекции таких вот непристойных сюжетов. Не бойся, я вовсе не гей и не собираюсь приставать к тебе в сексуальном плане. Какая-то доля бисексуального начала во мне, конечно же есть. Но она проявляется только в том, что мне приятно смотреть на мощные и красивые члены. Такой вот своеобразный эстетический фетиш у меня. Пересекать границу и совокупляться с мужчинами я не собираюсь. По очень простой причине – считаю, что мужское начало проявляется только в отношениях с женщинами. А я не хочу терять статус мужчины в глазах самого себя, хотя мне и приятно смотреть на возбужденные члены. Такой вот парадокс. Это понятно?

— Да, понятно. Наверное, у меня такое же, — наконец выдавил я из себя слова.

— Значит, мы с тобой можем найти общий язык без потери нашего мужского статуса. Ты не против, если я разденусь? А то я как-то привык за все эти годы разглядывать свою коллекцию полностью голым. И уговор – друг друга мы не касаемся. Каждый занимается своим делом до победного конца и все. Вместе, но отдельно.

— Конечно, раздевайся, раз такая привычка у тебя, — уже почти спокойным голосом сказал я.

— Тогда уж и ты снимай рубашку, — попросил он, раздеваясь, — будем полностью голыми оба.

Я глубоко вздохнул и скинул с себя рубашку, чувствуя в теле все нарастающую наэлектризованность. Отец встал справа от меня, поискал в журналах нужное фото (это был полный разворот с двойным проникновением в женщину) и мы начали мастурбировать вместе. Я даже старался двигать своей рукой синхронно с отцом. В этом совместном бесстыдстве было какое-то свое дополнительно возбуждающее очарование.

Наше дыхание становилось все более затрудненным.

— Давай кончим одновременно, — почти прохрипел отец с полузакрытыми глазами.

— Хорошо.

Так у нас и получилось. Я взорвался брызгами спермы, как будто кто-то раздавил грейпфрут. Когда я пришел в себя, отец поискал рукой тряпку и с улыбкой подал ее мне. В этот момент в гараже зажегся полный свет и раздался веселый голос мамы:

— Джеффри? Фил? Ребята, вы здесь?

Она увидела нас голыми и просто остолбенела.

— Что происходит? – ошеломленно воскликнула она.

Немая пауза длилась для меня, казалось, целую вечность. Мама повернулась и выбежала из гаража. Через минуту раздался звук заводящейся маминой машины. Она явно уезжала со двора.

Я молча посмотрел на отца, не в силах сдвинуться с места. Необузданная паника охватила все мое тело и меня начало трясти.

— Все будет хорошо, приятель. Поверьте мне. Я сейчас пойду и найду ее. Я поговорю с ней. Не волнуйся. Я обо всем позабочусь, — выкрикивал мне он, лихорадочно напяливая на себя штаны.

Через несколько секунд я услышал шум выезжающей отцовской машины. Мой мир не просто перевернулся с ног на голову – он был взорван вдребезги…