Новый год у шефа

Когда Василий Петрович пригласил меня отпраздновать с ним у него на даче Новый год, я несколько удивился. Ведь я был далеко не образцовым работником. Водился за мной грешок, уж очень до женского пола был охоч. При этом возраст для меня был не столь важен как женские габариты. Я любил женщин полных, с большой грудью и широкими бедрами. Как-то раз Петрович даже поймал меня, когда я рачком жарил нашу нормировщицу Зину. Ох и сочная была бабца: сиски, задница, все необъятное.

И вот теперь это предложение. Я осторожно расспросил остальных сослуживцев, и оказалось что еду из нашего окружения я один. Это меня еще больше озаботило. Да и встречать я собирался с друзьями. Но делать нечего, начальству отказывать не принято.

В договоренное время Петрович заехал за мной. В машине он оказался один.

— А где остальные? — несколько растерявшись, поинтересовался я.

— Вера Ивановна, уже там, баньку нам готовит.

— И что больше никого не будет?

— Никого. А что тебя такой вариант не устраивает?

— Да нет, просто немного неожиданно. Я думал у вас будет много гостей.

— Ну что ты, мы с женой не любим шумных компаний.

Надо сказать, что дачка Петровича стояла на самом берегу живописного озера, а банька находилась вообще у самой воды. Вера Ивановна встречала нас на пороге дома. Я сразу же отметил для себя так любимую мною полноту ее талии и объем ее груди. «Только не вздумай на нее пялится, это жена начальника», — сам себе давал я установку пока мы входили в дом.

— Знакомься, это Виталик, а это как ты уже наверно догадался моя ненаглядная Вера Ивановна.

— Здравствуй, мой Василий так много про вас рассказывал, — и она протянула мне руку.

Я взял ее за руку, и меня словно парализовало. Вернее я не мог вымолвить и слова, а только пялился на ее полную белую грудь, буквально разрывавшую ткань платья, на соски торчащие сквозь материал.

— Чего ты мне тут стесняешь молодого человека, — пришел мне на помощь Петрович. Я принялся извиняться, но это, похоже, лишь еще больше насмешило их.

— Давай по соточке и в баньку, — предложил Петрович, усаживаясь за стол. — Ну-ка, Веруня, обслужи гостя.

Та встала, подошла ко мне вплотную, налила водочки. При этом она немного наклонилась, отчего ее грудь еще больше открылась моему взору.

— Спасибо, — буквально сквозь зубы, пролепетал я, чувствуя, как встает у меня член, и, представляя, как я буду выглядеть голым в бане со вставшим членом.

— Перестань, Верунь, поспеешь еще, — сказал Петрович фразу, мне на тот момент не совсем понятную.

Мы выпили, чуть прикусили, затем собрали банные принадлежности и отправились в баньку. Да парок был что надо. Петрович сразу же забрался на верхний полок, а мне пришлось немного посидеть внизу, чтобы пообвыкнуть. Затем мы принялись париться. Петрович поддавал до тех пор, пока не согнал меня с верхнего полка.

— Ну, все баста, перекур. Пошли отдохнем, — и мы вышли в предбанник. — Ух, хорошо. Вот только, черт побери, квасок позабыли, да ничего.