Новые приключения Мальвины

— Всем доброе утро, — улыбаясь до ушей, вошёл в гримёрку Карабас, и явил актёрскому составу своего театра нового персонажа, — прошу любить и жаловать! Это Буратино. По документам — кукла из дерева, а по факту наш новый сотрудник. Ну-с, знакомьтесь, не буду вам мешать.

— Я не поняла, — недовольно пробурчала Мальвина, — чё за прикол с носом?

— Это надо у моего папы Карло спрашивать, он меня из куска древесины выстругал. А тебя как зовут?

— Мальвина я. По документам кукла, по факту актриса этого театра.

— Мы тут все по документам куклы. Я — Пьеро. И вон пёсель Артемон тоже кукла.

— С носом-то чё делать будем? — не унималась Мальвина.

— Да уж, с таким носом здесь у тебя актёрская карьера может не задаться, — поддакивал ей Пьеро, — он же длиннее, чем у лисы Алисы.

— Ладно длиннее… Острый он! Вот в чём проблема.

— Где этот твой Карло обитает? — гавкнул Артемон, — надо к нему наведаться и спросить с него за нос.

Бросив все репетиции, актёры театры в неполном составе вышли из гримёрки. По коридору как раз проходила лиса Алиса. Она была в образе и готовилась к роли. Увидев нос Буратино, она тут же уронила сценарий и потеряла дар речи.

— Всё, Алисочка, теперь твой легендарный нос на скамейке запасных, — поддел её Артемон.

Через несколько минут персонажи уже стучались в коморку папы Карло.

— Ёманый МРОТ! Кого там принесло посреди дня? Буратино, это ты что ли опять ключи забыл?

Пожилой человек открыл дверь и недовольно взглянул на столпившихся у его двери.

— Чем обязан?.. Буратино, ты чего их привёл?..

— Папа Карло, у них есть вопросы по поводу моего носа.

— Да, — набралась храбрости Мальвина, — вот это что такое? Вы что, рыбу-меч делали, а получился мальчик? Тунца захотелось выстрогать, но не фартануло?…

— Слышь, кукла с голубыми волосами, ты из чьих будешь?

— Я служу актрисой в театре Карабаса. Буратино теперь играет с нами. И мне хотелось бы знать, за что вы так с ним обошлись?

— Послушай, служивая! Я художник, я так вижу. Не нравится, вот тебе ножовка, вот тебе наждачка, отпили ему нос и зашкурь потом, если не нравится. Можете пройти в мою мастерскую и ни в чём себе не отказывать, раз уж у Буратино актёрская карьера под вопросом.

Куклы завалились в мастерскую Карло и тут же принялись за дело.

— Я так и не понял, как длинный и острый нос мешает актёрской игре? — не унимался Карло.

— Понимаете ли, Карло, всё дело в специфике ролей, которые нам сценарием предписаны. Чем объяснять, лучше показать разок.

Мальвина задрала юбочку и поставила ножку прямо на столешницу, явив Карло все свои прелести.

— Пьероша, покажи, как ты умеешь.

Пьеро тут же присел перед Мальвиной, поднырнул под неё и уткнулся своим загримированным личиком в её половые кубки. Его шустрый язычок тут же начал теребить Мальвинин клитор, который уже торчал и был слегка влажным.

— Вы там чё порно-спектакли что ли ставите? А почему тогда Карабас меня на премьеры не зовёт? Сколько лет за одной партой сидели. Надо ему позвонить.

— Ну что, теперь вы поняли, почему с таким носом, как у Буратино, у нас делать нечего.

Пьеро уже тем временем начал теребить носом клитор Мальвины.

— Вот устанет у Буратино язык, и как он будет таким носом работать? Это же нарушение техники безопасности при проведении кунилингвистических работ.

Папа Карло дал Мальвине самую острую ножовку с мелкими зубьями и самую мелкую наждачку.

— Работайте, куклы. Я вам не мешаю.

Карло вышел, и Мальвина велела Пьеро отставить отлиз, а Буратино должен был зажать деревяшку во рту. А то мало ли.

Операция по укорочению носа прошла быстро. Мальвина сама отпилила всё лишнее и зашкурила.

— Ну вот, теперь коротенький и округлый носик. Я такие люблю. Надо теперь затестить. Буратино, ложись на стол лицом вверх, я буду восседать.

Уже через несколько секунд кукла с голубыми волосами накрыла личико Буратино своими голубыми волосами и изо всех сил вжимала свои половые губки и клитор в его нос.

— Ну что ж, неплохо. Даже очень неплохо. Давай теперь язычком поработай.

Буратино вынул язык и принялся им хаотично двигать. Мальвина подставила под него клитор и начала протяжно стонать от удовольствия. Но потом опомнилась и решила не кончать, потому что вечером был спектакль.

— А может ему на нос резьбу нарежем, — предложил Пьеро.

— Это ещё зачем?

— Как зачем? Будешь ему на нас прикручивать свои игрушки. У тебя их несколько коробок.

— Интересная идея. Но тогда в насадках тоже нужно сверлить отверстия и нарезать резьбу…

— Куколки мои, — вбежал в мастерскую Карло, — у меня хорошая новость! Карабас пообещал мне доступ на все премьеры и даже репетиции, так что любые инструменты в вашем распоряжении.

— Класс! — обрадовалась Мальвина, — тогда прямо сейчас всё здесь и просверлим, и нарежем, чтобы все насадки к носу прикручивались. Вы трое идите в гримёрку и притащите мою коллекцию фаллических принадлежностей, она как раз в трёх коробках. А мы с Карло тогда пока инструменты подберём, всякие плашки, метчики и прочие свёрла.

Буратино, Артемон и Пьеро отправились в театр Карабаса за инвентарём, а Мальвина уже разглядывала сверлильный станок. Не успела она открыть коробку со свёрлами, как почувствовала томное дыхание прямо у себя под юбочкой.

— Карло, что вы делаете?

— М-м-м-м!

— О боже, Карло, я же актриса, а не проститутка. Хотя продолжайте, не останавливайтесь.

Мальвина оттопырила попку и развела пошире ножки, чтобы Карло было удобнее лизать. Он вдыхал ароматы её кукольной попки и при этом шуровал языком по её половым губам. Пока она устраивала тест-драйв носу Буратино, с неё порядком натекло, и поэтому язык Карло работал с характерным чавкающим звуком.

— Да, вот так, — застонала Мальвина, — делай мне чвак-чвак. Там нужно хорошо прибраться, а то я вся намокла.

Карло запрокинул голову назад и при этом отвёл руки за спину, чтобы упираться ими в пол и не упасть. Мальвина тем временем поняла, что получился отличный стульчик. Она уселась поудобнее на его лице и начала ёрзать, ухватившись руками за тяжёлый сверлильный станок. Она скакала так, словно пыталась объездить дикого жеребца.

— О боже, как же это здорово, когда седлаешь голой писечкой лицо взрослого человека, а не куклы, пролетали мысли в голове Мальвины, — Пьероша уже давно бы начал жалобно мычать и трепыхаться подо мной, если бы я ему устроила такой фейсситтинг. И по колдоговору мне бы пришлось утихомирить всю свою неуёмную прыть, потому что Пьеро — это не одноразовая кукла.

Мальвина решила кончить даже не смотря на то, что ей нужно было ещё кончать сегодня на спектакле. Ну видимо потому что постановочный оргазм на потеху зрителям — это не то же самое, что реальный взрывной оргазм в своё удовольствие. Она обхватила ляжками голову Карло и затряслась. Волны оргазма накрывали её одна за другой около минуты, после чего она обмякла и сползла с уже немолодого лица.

Папа Карло тоже рухнул на пол, поняв, что куколка кончила, и нужно срочно дать отдохнуть уже немолодому организму. Сглотнув все её выделения, он поднялся и пошёл умываться, а Мальвину продолжали трясти на полу отходящие волны оргазма. Когда Карло вернулся в мастерскую, Мальвина как ни в чём небывало продолжала разглядывать свёрла, фрезы и прочие инструменты.

— Я сам всё рассверлю и нарежу, а ты посиди пока вон там в кресле.

Через мгновение в мастерскую завалились персонажи с коробками, доверху набитыми фаллоимитаторами различных размеров, форм, цвета и т.д.

— Да уж, — хмыкнул Карло, — давненько я столько заготовок не видел. Раз пошла такая пьянка, значит будем делать из тебя, Буратино, актёра больших и малых… Вот в этой коробке значит у нас большие, а здесь малые. А в этой, получается, средние.

— Да и ещё, — перебила ход его мыслей Мальвина, — сделайте уж тогда колпачок ему на нос, типа заглушку, чтобы резьбу не было видно, когда она не нужна.

— Ну разумеется, — кивнул Карло, — вы тогда можете идти, а Буратино пока здесь побудет. Ведь придётся же каждую насадку примерить, чтобы легко откручивалась и закручивалась.

Куклы раскланялись и свалили в театр Карабаса, готовится к вечернему спектаклю. А Карло с Буратино занялись столярными работами.

На следующий день Карло и Буратино принесли в театр все три коробки с игрушками Мальвины, внутри которых была нарезана резьба. Работу пришёл принимать даже сам Карабас.

— Карло, что бы мы без тебя делали?! Мои сценаристы уже пишут роли под все эти насадки, так что оглушительный успех и узнаваемость твоему Буратино гарантированы.

— Я его лаком покрыл. А то мало ли… У Мальвины ляжки нежные. Чтобы заноз не было.

Карабас сунул в карман папы Карло несколько золотых монет в знак благодарности, и они отправились в его кабинет обсуждать дальнейшие планы сотрудничества. А актёрский состав начал осваивать обновлённый инвентарь. Мальвина выкрутила лакированную заглушку с носа лакированного Буратино и начала прикручивать к нему свои любимые самотыки.

— Ложись на диван, я хочу устроить заезд.

Буратино завернул насадку покрепче и лёг на диван лицом вверх.

— У тебя голова из массива дерева, или пустая внутри?

— Обижаешь, Мальвина! Конечно же из массива, так что можешь седлать меня в личико всем весом и не беспокоиться.

От этих слов у Мальвины начало сводить бёдра. Ей не терпелось оседлать этого кукольного мальчишку и испытать его на прочность, ни в чём себе не отказывая.

— Ах ты маленький негодник! Никчёмный бесстыдник, — заводилась Мальвина, — решил меня провоцировать?

— По её ляжкам уже текли вагинальные выделения. Она задрала свою юбочку и запрыгнула на диван. Оказавшись над лицом Буратино. Она развела бёдра, и её любимый самотык вошёл в её тугую и склизкую от возбуждения вагину.

— У-у-у-у! Как хорошо зашло!

Мальвина принялась скакать изо всех сил на самотыке, прикрученном к носу Буратино, её постепенно заливали мальчишке всё личико.

— Мальвина, у тебя сегодня вечерняя программа, ты не забыла?

— Да помню я! Смотри, как он мой натиск выдерживает, и у него олова даже не проминается. Ай да мальчик! Ай да Буратино!

С этими словами Мальвина слезла с самотыка и поправила юбку, а Буратино начал руками протирать глаза от её тягучих выделений.

— Ну что ж, хорошего помаленьку, мне ещё сегодня в роль вживаться, так что хватит тут стоять и глазеть. Давайте не забывать, что мы актёры, и у нас много работы со сценариями. Куклы разошлись по репетиционным комнатам, а Буратино пошёл умываться.