Месть жены

Тод Шелтон, частный детектив, припарковал свой потрёпанный шевроле перед большим домом в пригороде. Он устало провел рукой по 2-дневной щетине и глубоко вздохнул. Последнее дело забрало у него много сил… Он ночью практически не спал, а вернувшись в контору, готовил отчет для клиента…

Он никогда раньше не брался за дела супружеской неверности, но этому клиенту отказать не смог… Гонорар бы большой, да и клиентка ему понравилась… И он снизошел до её просьбы… Выкурив сигарету и слегка взбодрившись, Тод, посмотрев на часы, вышел из машины и направился к дому. Нажал кнопку звонка около входной двери…

Дверь открыла симпатичная женщина…

Сильвия Акрон, тридцати восьми лет… Когда она появилась в его офисе, Тод потерял дар речи.

Богатая надменная холодная сучка! — это первое, что пришло ему на ум.

Но… Она была неимоверно прекрасна… Статная, чуть выше среднего роста… С шикарной фигурой… С большой красивой грудью, похожей на спелые арканзасские дыни… С тонкой талией и аппетитной попкой… Длинные стройные ноги были идеальны… Ни полные, и не худые… Сочные пухленькие губки… А её глаза… Которые могли запросто свести с ума любого мужчину…

Первое его желание, когда она вошла в его кабинет, было броситься к ней, обнять её и поцеловать… У Тода были ещё и некоторые другие мысли… Грязные… И даже очень грязные… И от них приятно заныло в груди и в джинсах…

Но у меня нет ни единого шанса заинтересовать её… Легче стать президентом Соединенных Штатов, чем… Я мог бы провести несколько часов, просто наблюдая за ней… И мне бы это доставило удовольствие…

— Миссис, Акрон…

— Мистер, Шелтон… Входите, пожалуйста!

И звук её бархатного голоса, исходящий из этих сочных и пухленьких губ, вызвал приятное покалывание в груди.

— Мы можем поговорить в библиотеке, — сказала она и, повернувшись к Тоду спиной, пошла вглубь дома, показывая дорогу.

Он последовал вслед за ней, наблюдая, как её ягодицы сексуально двигаются в трикотажных обтягивающих брючках.

Боже, — подумал он, — Как красиво она покачивает своей заднице… Её муж должен был бы быть самым счастливым мужчиной в мире… Но… Её муж, сорокапятилетний вице-президент банка, увлекся своей новой молоденькой секретаршей…

Мысленно Тод целовал эти упругие бугорки движущихся мышц, и почти чувствовал, как его член медленно скользит между ними…

Черт! Мне бы надо успокоиться, иначе…

Неимоверным усилием воли он, наконец, заставил свой мозг перестать думать об этом…

Женщина указала ему на диван, а затем опустилась в большое кожаное кресло лицом к нему.

— Ну, мистер Шелтон… У вас есть что-нибудь для меня?

У него было инстинктивное чувство, что его информация и фотографии ей не понравятся и причинят ей большую душевную боль. А ему вовсе не хотелось делать ей больно…

— Да, мэм… — сказал он и достал из кармана пальто толстый конверт.

Она взяла его, несколько секунд держала его на руке, словно взвешивая… Через мгновение её, наполовину испуганные, глаза посмотрели прямо на него, словно ища поддержки.

— Это плохо?

Он вдохнул и кивнул головой.

— Боюсь, что так… — затем добавил Тод, — Возможно, вы предпочтете не видеть их… Или, может быть, посмотрите на них после того, как я уйду…

— Я понимаю… Они настолько плохи?

Шелтон снова кивнул.

Фотографии были плохими с её точки зрения… Что было изображено на них определенно были для нее плохой новостью…

Однако с точки зрения самих фотографий, это были чертовски хорошие снимки… Сделанные в чрезвычайно тяжелых обстоятельствах… Фотообъектив Тода поймал каждый волосок на горячей, подергивающейся от удовольствия маленькой киске секретарши… И каждый волосок на усах мужа миссис Акрон… Когда он использовал свой язык, губы и усы, чтобы доставить удовольствие своей новой партнерше…

На другой фотографии была изображена девушка с полными спелыми губами, которые любовно прижимались к стволу затвердевшего члена мистера Акрона. Ещё одна фотография показывала, как он дико долбит киску этой девушки… А его член был глубоко погружен в её жадно сжимающееся влагалище…
Миссис Акрон продолжала пристально смотреть на детектива, как будто читая его мысли. Наконец, она закрыла глаза и сделала глубокий вдох. Затем она быстро провела ногтем под клапаном конверта и вытащила фотографии, размером девять на двенадцать.

На той, что была сверху, была изображена пара, входящая в номер мотеля. На втором была изображена обнаженная девушка, стоящая на коленях и помогающая мистеру Акрон снять брюки. На снимке была отчетливо видна его эрекция. На третьем было действительно интересно… И Шелтон с интересом наблюдал за клиенткой, когда миссис Акрон дошла до нее…

Сильвия Акрон почувствовала, как кровь прилила к её лицу, когда она увидела третий снимок. Она громко ахнула, в уголках её глаз блеснули слезы… Там был её муж Брюс с идиотской ухмылкой на лице… А девушка, улыбаясь, жадно сосала его член…

Брюс давно добивался, чтобы я сделала то же самое… С тех пор, как мы поженились…

Она знала, что её руки дрожат… И не понимала, что именно вызвало это… Гнев, боль или смущение…

Она посмотрела на следующую фотографию. Там… Лицо её мужа находилось между широко разведенными в стороны бедер девушки.

— Грязный, сукин сын! — прошипела она, сквозь стиснутые зубы.

— Мне жаль… — тихо сказал Шелтон

— Ладно… Раз так… — она словно не слушала его и не замечала его присутствия, находясь в своих мыслях, — Ты пожалеешь об этом Брюс! Я тебе обещаю! Я…

Ее разум лихорадочно искал идею… Как заставить мужа пожалеть… О том, что он совершил…

Тод сидел и внимательно рассматривал её лицо… Её выражение менялась от мыслей миссис Акрон… И вдруг её лицо засияло…

Это слишком дерзко для меня… И унизительно… Но какое это сейчас имеет значение? Месть! Вот что сейчас главное… И это будет удар по его самолюбию… Я оплачу ему его же монетой…

И чем больше сейчас она думала об этом, тем больше ей нравилась эта идея. На её лица появилась злорадная улыбка.

Она оценивающе посмотрела на частного детектива, сидевшего напротив нее.

Конечно, мне бы хотелось… Чтобы он выглядел получше… И был бы помоложе… Я думаю, он согласиться… Он смотрит на меня… Как голодный зверь… Как смотрят мужчины… Когда хотят женщину…

— Мистер Шелтон, у вас с собой фотоаппарат?

Тод удивленно посмотрел на женщину и, озадаченный её вопросом, кивнул.

Сильвия раздумывала, подыскивая способ и слова, чтобы сделать Тоду предложение… Она встала и намеренно сделала более глубокий вздох, чтобы немного успокоиться…

Шелтон заметил, как набухли её соски под тонкой блузкой.

— Мистер Шелтон… Я хочу отомстить своему мужу. Единственный способ, которым я могу это сделать… Поставить его в неловкое положение на публике… Для этого мне нужны… Эээ… Некоторые фотографии… За дополнительную плату… Не могли бы вы сделать несколько фото меня… И вас… Вместе, вот так же…

И она постучала пальцем по фотографиям, которые рассматривала несколько минут назад.

Шелтон опешил от такого неожиданного предложения. Он открыл рот и, несколько секунд сидел с открытым ртом, затем, так ничего и не сказав, закрыл его. Он слышал это собственными ушами, но все ещё не верил в это… Полагая, что он неправильно истолковал её слова.

— Я не уверен, что понимаю… — осторожно сказал он.

— Вы все прекрасно поняли… Не могли бы вы настроить свою камеру так, чтобы она автоматически сфотографировала нас двоих вместе. Я имею в виду… Вам ведь не всегда приходится стоять за камерой, не так ли?

Шелтон кивнул.

Боже, мой! Она действительно серьезна? И она хочет… Господи…

Внезапно у него пересохло в горле. Никогда за всю свою жизнь он не сталкивался с чем-то настолько странным… Но…

Я не могу позволять этой удаче выскользнуть из моих рук!

— Позвольте мне прояснить это… Миссис Акрон. Вы хотите… Чтобы я сфотографировал… Нас… — сказал он медленно и с ударением, указывая пальцем на нее, а затем на себя, — Нас двоих… Делающих… То, что и девушка… И… Ваш муж… На этих фотографиях?

— Да!

Он громко сглотнул, чувствуя, как кровь начинает пульсировать у него в паху.

— Все?

— Все! Мистер Шелтон… Включая, я полагаю, термины «фелляция» и «куннилингус».

— Господи! — тихо пробормотал он, уставившись на её роскошное тело.

Никогда прежде ему не делали такого сумасшедшего и замечательного предложения. Пот выступил у него на лбу, и он вытер его ладонью.

— Ну? Сделаете ли вы это… За дополнительные двести долларов?

— Эээ…

Тод чуть не выпалил, что он готов сделать это бесплатно… И даже был бы счастлив даже заплатить ей!

Тод, молчи… Только не испорти… Позволь ей взять на себя инициативу… Второго шанса не будет, старина…

— Триста долларов! — приняв его молчание, за колебания, выпалила она.

Он старался выглядеть так, как будто взвешивал все «за» и «против» в сложившейся ситуации. Через мгновение он сказал:

— Эээ… Я думаю… Я смогу это сделать за триста баксов… — через мгновение сказал он.

— Прекрасно! Тогда… Иди, возьми свою камеру, и установи её в спальне моего мужа…

Обычно Шелтон мог бы установить камеру и штатив менее чем за минуту, однако он был так взволнован тем, что должно было произойти, что ему потребовалось более пяти минут и двух походов к машине…

Пока он устанавливал камеру Сильвия зашла в ванную… Тод слышал, как в ванной заработает душ… Он не знал, что и делать… То ли снять с себя одежду сразу, то ли подождать инструкций… Примерно, минуты через три он услышал, как затихла вода и со звуком открылась стеклянная дверь душа. Он смотрел в окно на голубую воду бассейна олимпийского размера во внутреннем дворике дома, когда услышал голос позади себя.

— Тебе тоже надо принять душ…

Он быстро развернулся к ней лицом и почувствовал, как дыхание с шипением вырывается из его тела, как будто его ударили ногой в пах.

— Боже милостивый! — простонал он, и его пенис внезапно вновь ожил, когда его голодные глаза окинули её обнаженное тело.

Ее груди, ещё влажные после душа, сияли, как будто в них были маленькие огоньки, спрятанные под теплой золотистой кожей. Коричневые ареола размером с доллар создавала круг вокруг сосков. Гладкий живот… Небольшой треугольник золотистых волос на лобке…

— Боже, мой! Ты, такая красивая, — сказал он с благоговением.

Сильвия отказалась принять комплимент… Она хотела сохранить расстояние между ними… Она хотела дать ему понять… Что ей нужна небольшая услуга.

Это просто месть мужу! И ничего больше!

Она хотела дать ему понять, что он всего лишь слуга… Что при обычных обстоятельствах, она не уделила бы ему ни секунды внимания… Не говоря уже о своем теле…

— Я думаю, тебе следует принять душ… — холодно повторила она, — И ты можешь побриться электробритвой моего мужа…

На долю секунды в голове Шелтона вспыхнул гнев. Но потом он отодвинул это в сторону…

Просто подожди, детка… Просто подожди… Скоро ты будешь кричать, чтобы я хорошенько тебя трахнул! Просто подожди… Немного…

Тод снял пиджак, галстук, рубашку… Он сел и медленно снял ботинки и носки. На одном из носков была дырка, в том месте ноготь большого пальца пробил дырку…

Шелтон наблюдал за женщиной… Она выглядела совершенно выбитой из колеи… И смущенной… Словно, не зная, отвернуться ей или продолжать смотреть этот стриптиз…

К черту её, — подумал он и спустил брюки.

Огромная выпуклость его пениса угрожала разорвать швы на его боксерах. Затем, не сводя с нее глаз, Шелтон стянул и трусы.

Сильвия знала, что её глаза расширились… Что её лицо стало пунцовым, когда она увидела, как большой пенис мужчины выскочил, как тигр, выпущенный из клетки.

Боже, милостивый! Он такой… Большой!

Ее глаза были прикованы к его инструменту. Затем, почувствовав внезапную смятение, она заставила себя поднять глаза на его лицо и увидела, что он с интересом наблюдает за ней… Это её слегка разозлило…

— Прими душ! — скомандовала она.

— Да, мэм… — ответил он с притворной кротостью.

Сильвия смотрела, как он идет по комнате. Как его яички болтались, как огромные двойные маятники на часах, а его орган был выпячен и поднят под углом, который делал его похожим на поднятую артиллерийскую пушку…

Когда он покинул комнату, она попыталась привести свои мысли в какое-то подобие порядка.

На фотографии нужно минут пять… Мы будем позировать… И только… Он, очевидно, хотел бы попытаться вступить со мной в настоящий половой акт… Но я… Позволю ему лишь ввести свой пенис в себя… Только на время, достаточное для того, чтобы был сделан снимок… Я не позволю ему сделать никаких движений! Ничего! Только фотографии! Что касается двух других вещей, которые она бы заставляла себя делать…Я бы сделала это… И я позволю, чтобы и он это сделал это с ней… Все должно быть правдоподобно!

Внезапно Сильвия услышала, что вода перестала литься… И она слышала приглушенное жужжание электробритвы…

Миссис Акрон с опаской присела на край огромной кровати, ожидая его появления. Её обычно упорядоченный разум начал путаться. Она начала сомневаться в целесообразности того, что собиралась сделать…

Будет ли действительно разумно и логично унижать себя только для того, чтобы публично опозорить своего мужа? Разве это не глупо?

Дверь открылась, и мужчина вошел в спальню. Очевидно, это было её воображение, но почему-то он выглядел сейчас по-другому. Она впервые заметила, что у него были чрезвычайно мускулистые плечи и руки. Он был коренастым, его бычья шея и ноги выглядели так, словно принадлежали футбольному защитнику. Он казался намного чище… Более приемлемым как мужчина… Единственное, что не изменилось… Это огромный пенис, который покачивался при ходьбе… И притягивал её взгляд…

Тод остановился посреди комнаты, широко расставив ноги и уперев руки в бока.

— Ну? — он спросил.

Сильвия сделала один глубокий судорожный вдох и тоже встала.

— Давай покончим с этим, как можно быстрее, — сказала она, — Какой снимок ты хочешь сделать первым?

— Я думаю… Начнем здесь…

Тод указал, где она должна была быть. Сильвия подошла к камере поближе. Внезапно она остро ощутила знакомый запах лосьона мужа после бритья…

Мне кажется? Или… Сейчас он несколько другой… Более яркий и возбуждающий… Чем, когда им пользуется Брюс…

Сильвия заняла место, которое указал мужчина…

Она почувствовала, как дрожат её ноги…

Шелтон произвел настройку камеры. Он повернулся к ней.

— Сядь на край кровати…

— Ты хочешь, чтобы я сюда села?

Он улыбнулся…

— Да… Потому что, если ты хочешь, чтобы тебя сфотографировали, как кто-то ест твою киску, так и должно быть…

Сильвия вздрогнула от его грубой непристойности.

— Следите за своим языком, мистер Шелтон. Сейчас ты не с уличной шлюхой!

— Прошу прощения… — саркастически сказал он, положил руку ей на плечо, заставляя её сесть на покрывало.

Тод взял пульт в руку… Затем, без предупреждения, он опустился на колени между её ног. Сильвия была неспособна двигаться, чувствуя себя в легком ступоре… В её голове мимолетно проскользнуло последнее предупреждение, что она должна остановиться, пока не поздно… Она проигнорировала его, заставляя себя продолжить…

Похотливые глаза Тода любовались мягким золотистым треугольником её лобковых волос. Почти благоговейно он положил свои руки ей на колени и развел их в стороны. Сильвия безропотно позволила ему это сделать… Он поцеловал её внутреннюю поверхность бедра и почувствовал, как женщина вздрогнула.

Это было так странно, и так приятно… Она почувствовала, как стало слегка покалывать там, где он коснулся её кожи горячими губами.

— П-п-просто сделай фотографии… — дрожащим голосом сказала Сильвия.

— Это должно быть сделано естественным, иначе это будет выглядеть ненастоящим… Расслабься… — сказал он.

— Да… Конечно… — нетерпеливо ответила она, — Но давайте побыстрее покончим с этим…

— Да, мэм, — ответил Шелтон, подавляя улыбку.

— Когда ты сделаешь снимок?

— Я уже сделал один…

Сильвия вновь ощутила его горячие губы на своем бедре, вместе с дрожащим жаром его языка, оставляющего на её коже влажный след. Он раздвинул её ноги ещё шире и, немного приподняв её колени, поставил её ступни на свои бедра. Пальцами ног она чувствовала его твердый, как камень, пенис… Она попыталась убрать ногу, но он взял её за лодыжку вернул ногу на место…

— Оставь, как есть… — сказал он, — Это должно выглядеть натурально… Иначе мы зря теряем свое время…

Сильвия с отвращением закрыла глаза и тут же, все лишь через секунду открыла их, его палец осторожно коснулся её вульвы… Она подскочила, как будто её ударило электрическим разрядом…

Шелтон скользнул вперед, к широким красивым губам её влагалища. Он раздвинул их пальцами и увидел манящую красную пещеру мягкой, чувствительной плоти, открытую для него. Никогда в его самых смелых фантазиях не было ничего столь восхитительного, как это зрелище…

Сильвия почувствовала его внезапное прерывистое дыхание, которое прозвучало почти как восклицание. Ей хотелось, чтобы он поторопился и покончил с этим побыстрее… Она чувствовала, как его руки нежно массируют внутреннюю поверхность её бедер, когда он раздвигает её ноги ещё шире…

Затем её пронзило невероятно приятное ощущение, когда его пальцы прижались к вульве и мягко раздвинули покалывающие, покрытые волосами половые губы. Он снова скользнул вперед, резко наклонив голову, и его горячий голодный рот прижался к её нежно пульсирующему клитору.

— Ааах… Нет! — громко вскрикнула она, понимая, какой опасности она подвергла себя, и изо всех сил попыталась свести ноги и сесть прямо, — Нет! Не надо… Я не хочу! Я передумала!

Если он и слышал её, то не обратил на это внимания. Теперь его рот начал нежно посасывать её внешние губы, втягивая и выдыхая их в такт движениям его языка на её клиторе.

— Ох… Прекрати… Это… Я… Не хочу… — её голос дрожал.

Сильвия чувствовала… Его руки массирующие её ягодицы и внутреннюю поверхность бедер… Его губы…Теперь горячие и нетерпеливые… Которые ласкали, целовали и сосали её вульву… Она ощущала искры нежеланного наслаждения… Пробежавшие по чувствительным нервным окончаниям между её раздвинутых бедер… Затем его язык… Горячий и трепещущий… Ворвался в горячую пещеру её вагинальной щели… Его дрожащий язык опустился ещё глубже, пока не оказался внутри, как маленький дрожащий пенис…

— Ааах… Пожалуйста… Нет…

Она беспомощно извивалась под ним.

— Нет… Ты не можешь этого сделать… Я больше не хочу… Чтобы ты это делал… Пожалуйста… Пожалуйста… Ох… Ааааа… Неееет… Ооооох…

Последнее было сказано, когда её попка, помимо её воли, нетерпеливо поднялся навстречу его ненасытному рту…

Теперь, когда я завел эту сучку… Я сделаю с ней все, что захочу! — усмехнулся про себя Шелтон, — Она казалась чертовски похожей на лед… А сейчас… Ты будешь умолять меня!

Он оторвался от её половых губ и был рад услышать её низкий стон разочарования…

Ты будешь самой моей горячей штучкой…

Она попыталась сесть прямо, но его сильные руки прижали её к кровати… С непристойно раздвинутыми бедрами.

— Нет…Нет… — прошептала она, пытаясь взять под контроль свои бушующие эмоции и ощущения, — Пожалуйста… Больше не надо… Даже мой муж не делал этого… Пожалуйста…

Шелтон закружил языком по её клитору, она тяжело задышала и выгнулась… Он вновь оторвался от её киски…

— Твой муж съел киску своей секретарши… Будет справедливо, если и ты тоже получишь часть этого… Кроме того… Вспомни о фотографиях…

И с этими словами он снова наклонил голову вперед, где его глаза жадно впились в спелые красные губы её влагалища, так красиво обрамленные мягкими светлыми лобковыми волосами. На её набухшем клитора блестела на свету капелька её сочащегося вагинального сока… Шелтону показалось, что это мед, сочащийся из одного воспаленного маленького розового бутона…

Сильвия застонала от стыда… Чувствуя, как её собственное тело предает её… Как оно откликается на его язык, медленно и неторопливо облизывающий мягкие золотистые завитки лобковых волос, обнажающий пещерку, ведущую к её самой сокровенной женственности… Как он дышал на её клитор, вызывая покалывание экстаза по всей области живота…

Её тело дернулось, когда дрожащий язык снова вернулся к её влагалищному отверстию. На этот раз он лизал… Как жаждущая собака, лакающая сладкую живительную воду… Облизывая её от клитора до ануса… Пробегая сквозь сито от неконтролируемого желания к ужасающему стыду… С её губ сорвался стон, и она снова попыталась вырваться… Зная теперь, что ещё несколько мгновений и она окончательно потеряет контроль над собой…

— Пожалуйста… О, Боже! Пожалуйста… Остановись…

Его длинный, горячий, сводящий её с ума, язык внезапно вошел во всю длину в её влагалище…

— Ааааах! — вскрикнула она.

Слюна пузырилась в уголках её слегка приоткрытого рта, а её голова моталась из стороны в сторону на голубом атласном покрывале кровати. Она завыла от отчаянной тоски и страсти, когда его язык обвился вокруг её клитора… А губы издавали громкие сосательные звуки в её пульсирующей вульве.

— Остановись… — еле слышно прошептала она, мотнув головой.

Это было последний вздох её умирающей порядочности…

Касание свежебритой щетины к внутренней стороне её бедер было достаточно, чтобы потоки её страсти внезапно прорвали дамбу, которая сдерживала их всю её жизнь. Её разум пылал от сотен тысяч различных ощущений и мыслей… Мысли кричали и сталкивались друг с другом, как будто они были обезумевшими животными, запертыми в одной маленькой клетке. Нежелательные толчки удовольствия брали верх над всеми остальными чувствами.

Это происходит со мной! Это не может быть правдой! Меня трахают языком и едят мою киску! Я чувствую, как меня пожирают… Там… Внизу… И ничто… Абсолютно ничто… За всю свою жизнь не было таким восхитительным!

Шелтон был вынужден просунуть руки ей под ягодицы, когда её дико извивающийся таз продолжал выскальзывать у него изо рта. Он помассировал её мягкие, упругие ягодицы… Она дернулась вверх, когда его язык начал свое очередное вторжение… Но движение её тела вверх только загнало его язык глубже в её вагинальный колодец. Она громко вскрикнула, но её слова были неразборчивы. Одним внезапным, движением палец Шелтона проник в тугой съежившийся анус, доходя до среднего сустава.

— Аааа… Оооой… — простонала она.

Его язык, словно молния, скользнул по её клитору. Он начал медленно двигать пальцем в извивающейся прямой кишке туда-обратно…

Сильвия знала, что сошла с ума… В том, что она делала, не было ничего рационального. Ничего более извращенного или непристойного… Этого никогда ещё не случалось за всю её жизнь. Брюс хотел заняться с ней любовью таким образом, но она отказалась ему, зная, насколько это грязно…

Она была ужасно разочарована и немного напугана, когда Брюс предложил ей это во второй и третий раз. В третий раз она накричала на него и посоветовала обратиться к психиатру, потому что было очевидно, что он болен… Раз хочет сделать с ней что-то, настолько извращенное… А теперь она позволяла совершенно незнакомому мужчине делать это…

Она знала, что выражение её лица должно быть таким же, как на лице новой секретарши её мужа… Похотливое, извращенное, безумное! И ей сейчас было абсолютно все равно. Ничто больше не имело значения, кроме этого восхитительного языка, приводящего её к тому невероятному удовольствию… Этот язык стал её пропуском в страну грязной похотливой дикой необузданной страсти… И удовольствия… Никогда прежде не посещавших её тело…

Она лишь смутно осознавала, что делает, когда Шелтон, не отрывая рта, подтянул её ноги вверх и она обвила их вокруг сего шеи. Ягодицы Сильвии дернулись от его прикосновения, и она безумно вскрикнула, когда второй палец присоединился к первому в её прямой кишке.

Когда Тод, через какое-то время, их вытащил, она застонала от разочарования, пока внезапно не почувствовала, как его язык покинул её влагалище и нашел теперь слегка растянутую новую маленькую пещерку. Она закричала от восторга, когда его язык чувственно скользнул по её анусу, а затем протолкнулся его внутрь. Гедонистическое удовольствие было похоже на безудержный лесной пожар… Она чувствовала, как он бушевал и ревел в её теле, пока внезапно, без предупреждения, не превратился в один бушующий ад похоти…

— Не… Делай… Этого… — закричала она, опровергая свои слова, раздвигая ноги ещё шире и приподнимая выше свой зад, чтобы он мог проникнуть глубже.

Звук собственного голоса вызвал у нее слезы на глазах, потому что она поняла, что это была полная деградация. Впервые в жизни она потеряла контроль над своим предательским телом. Иногда она испытывала оргазмы… От своего мужа, но даже они были под её контролем. Но сейчас… Этот язык доводил её до полного подчинения… Она сдалась, больше не сопротивляясь тому, что делал с ней Тод… Став совершенно беспомощной… Из-за собственного возбужденного похотью тела…

Шелтон сменил тактику, и внезапно почувствовав, что она перестала сопротивляться. Он снова начал лизать… Зная, что её сжимающаяся и сжимающаяся киска приближалась к гигантскому оргазму. Он лизал, двигаясь от клитора к анусу… Намеренно касаясь каждого её места, где, как он знал, были нервные окончание…

Сильвия лежала, чувствуя, как удовольствие захлестывает её, как теплый ревущий прилив и её женское тело начало взывать к удовлетворению… И тогда она почувствовала это… Она знала, что это произойдет… Ворота в дикую, необузданную страну, в которую она так долго категорически отказывалась заходить, широко распахнулись. Она понятия не имела, каково это будет… Она просто ждала, пока перед ней развернется этот проход…

Теперь, когда лихорадочный рот Тода зажал её покалывающий клитор, она начала испытывать первый прилив всепоглощающего оргазма. Стенки её влагалища начали автоматически сжиматься, шейка матки опускалась и поднималась в такт музыке, которую могла слышать только она. Клитор закоротило в вспышке её огненных искр, а прямая кишка сжималась и разжималась так быстро, что могла бы всасывать воду, как вакуум.

Громкие стоны удовольствия вырвались из её плотно сжатых губ… Её груди покраснели, покрылись пятнами, а затем стали почти пурпурными, когда в них закачалась напряженная кровь. Её живот метался взад и вперед, как безумный забойщик свай, и её руки злобно потянулись вниз, чтобы засунуть его лицо, нос, язык, губы, зубы, брови, голову и все… Глубоко в её ненасытно бурлящие чресла. Она была там! Проход распахнулся перед ней…

— Ааааах… Ооооох… Я кончаююю! Я кончаююююю! Оооооо…

А затем она беспомощно дернулась, прижимаясь к его лицу, её тело качнулось вверх и вниз в дикой и неконтролируемой эйфории… Катастрофический оргазм пронесся, как мощное землетрясение, по всему её телу… Она лишь смутно осознавала, что его руки ощупывают и дразнят её грудь, клитор и прямую кишку, в то время как его язык продолжал свои махинации у отчаянно пульсирующего входа в самую её душу…

Когда её оргазм угас, как закат вечером, Сильвия осознала, что громкий скрежещущий звук, который она слышала, на самом деле был её собственным дыханием, свистящим и шипящим в её сжатом горле. Её сердце колотилось так сильно, что она чувствовала, что кровать, должно быть, дрожит. Сквозь тяжелые веки она посмотрела на мужчину, который довел её до такого состояния. Сильвия уставилась на него, и его фигура стала тусклой и туманной… Она плакала и не знала почему… Не знала, было ли это от всепоглощающего стыда, который она чувствовала… Или от столь же всепоглощающего, но прекрасного последствия страсти…

На его лице было странное выражение… Как будто он был дирижером, который только что закончил увертюру к симфонии и проверяет оркестр, прежде чем начать первую часть… Её взгляд скользнул от его лица вниз к мощной волосатой груди и плоскому мускулистому животу, чтобы, наконец, остановиться на его пенисе, который пульсировал и жил своей собственной жизнью. Шелтон взглянул на нее и, увидев, что она наблюдает за ним, медленно оттянул крайнюю плоть, чтобы единственный циклопический глаз затвердевшего инструмента мог смотреть на нее.

Сильвия понимала, что сейчас ей нужно что-то сказать… Положить этому конец, пока это не стало ещё более постыдным. И все же, как только эта мысль промелькнула у нее в голове, она почувствовала, как в её теле зарождается странное распутное желание… Вид этого прекрасного мужского органа окончательно спутал её мысли… Она покраснела, когда поняла, что на самом деле хочет поцеловать его, заключить его пульсирующую головку в свои губы…

— Я собираюсь трахнуть тебя сейчас… — хрипло сказал Шелтон.

— Не будьте дураком, мистер Шелтон. Помни, что ты здесь для того, чтобы делать то, что я говорю. Я не хочу повторения этой позорной сцены снова… Просто сделай эти чертовы свои фотографии… — она услышала, свой отчаянный, почти истерический голос.

Шелтон улыбнулся дерзости этой женщины… Как она могла сказать такое, когда её оргазменные соки все ещё пузырились, как бродящее шампанское, а её вульва пульсировала, требуя большего…

Что ж… Придется мне припадать ей ещё один урок… И.. О, да! Прямо сейчас…

Он встал с кровати.

— Что ты делаешь?

— Я переставляю камеру для следующей серии снимков…

Он передвинул камеру, пока она не сфокусировалась на середине кровати. Затем он повернулся к ней.

— Поднимайся…

Сильвия сделала паузу, пытаясь собрать достаточно энергии и воли, чтобы противостоять ему… Чтобы отменить весь этот дурацкий проект. Но потом она поняла, что он уже сделал полдюжины фотографий, так что проект вполне может быть завершен.

— Хорошо… — сказала она, поднимаясь, пока не оказалась прямо посередине кровати, — Но я хочу, чтобы ты понял одну вещь… Вы вставляете свой пенис… И немедленно делаете снимок… И… Уходите… Это только для… Это понятно?

— Да, миссис Акрон… Я сделаю все, что вы скажете… — подавив улыбку сказал Шелтон.

Сильвия наблюдала, как он наклонился над камерой и настроил её так, как ему хотелось. Затем он выпрямился и подошел к кровати. Она не могла оторвать глаз от этого пениса… По сравнению с Брюсом, он был огромен… Она никогда раньше не видела такого большого… Хотя, за свою жизнь она видела всего несколько… И только один… Был внутри нее… Её мужа… До сегодняшнего дня…

Шелтон почувствовал мягкий атлас на своих коленях, когда пополз по кровати к ожидающей его женщине. Затем его руки раздвинули её длинные, гибкие ноги. Её обнаженная киска снова появилась в поле его зрения… Ему снова захотелось уткнуться лицом во все ещё дрожащую массу нервов, но он знал, что это, вероятно, заставит её взбунтоваться.

Он попытался скрыть волнение в своем голосе…

— Я не знаю, какая фотография будет лучшей… Поэтому нам лучше попробовать три или четыре позиции… Таким образом, по крайней мере один снимок определенно будет хорош…

Он заметил, что она покраснела от смущения, и на мгновение ему показалось, что она собирается возразить… Но она промолчала…

Жар в паху Шелтона отдал бы должное ракетному двигателю… Ему казалось, что он вот-вот взорвется, а он ещё даже не вставил в нее свой член. Он не слишком беспокоился, контроль никогда не был чем-то, чего ему не хватало. Он мог трахать её всю ночь… И он мог бы просто сделать это… Трахая её, пока она не превратится в хнычущую, сломленную, полностью покоренную массу плоти…

Он почувствовал, как женщина вздрогнула, когда его руки скользнули по её бедрам. Затем, используя большой и указательный пальцы левой руки, он раздвинул вульву. Светящийся вход в гладкий мясистый туннель сразу же появился в его поле зрения. Там, в верхней части вагинального разреза, стоял клитор, как сторожевая башня над спящим городом. И там, на дне, текла серебряная река её собственного оргазма и его предыдущей слюны… Медленно он просунул средний палец правой руки в мягко пульсирующее отверстие… Сильвия тут же подскочила.

— Прекрати это… Только фото…

— Послушай… — сказал он тихо, как будто объяснял что-то отсталому ребенку, — Это необходимо… Я не хочу причинять тебе боль… Я должен сначала подготовить тебя, прежде чем смогу проникнуть в тебя для фотографии…

Ее единственным ответом были на мгновение прикрытые глаза. Дразня, он двигал пальцем внутрь и наружу.

Господи, — удивленно подумал он, — У нее такая узкая пиз…нка… Для женщины её возраста… Её муж, должно быть, пользуется ей не очень часто…

И, конечно, детектив никак не мог знать, что ей уже не пользовались в течение трех месяцев, а до этого только один или два раза в месяц в течение последних семи лет.

Темп ускорился, его палец начал скользить глубже и быстрее. Она поморщилась, когда он просунул второй палец, но она была так хорошо смазана, что её влагалище легко вместило его. Она была готова. Затем быстро, прежде чем она успела передумать, он поднял и закинул её колени себе на плечи и опустился между её раздвинутых бедер. Его дико пульсирующий член жаждал начать вторжение в эту землю обетованную…

Теперь его дыхание стало хриплым, и он знал, что больше не может отказывать своему члену в заслуженной награде. Он двинулся вперед… Головка его члена коснулась влажных, возбужденных половых губ. Она застонала от этого прикосновения… Он позволил ему задержаться там на мгновение, наслаждаясь ощущением её мягких упругих лобковых волос на своей головке… И он надавил и почувствовал, как затвердевший стержень медленно скользнул внутрь примерно на дюйм.

— Ох… Ты делаешь мне больно… — простонала она, — Поторопись и сделай снимок…

— Я ещё не прошел весь путь…

— Так, поторопись… — скомандовала она, закрывая глаза от унижения и боли.

— Как скажете, мэм…

Шелтон свирепо ухмыльнулся, затем хмыкнул и одним плавным движением засунул его до конца.

— Оооой! — вскрикнула она.

Толстый член разрывал на части… Разрывал, как непокорную рабыню, посаженную между двумя тягловыми лошадьми… Её ногти, впились в его волосатую грудь, а ноги широко раскинулись в попытке облегчить ужасную боль… Но это было бесполезно… Член уверенно проникал глубже и глубже…

— Нет… Остановись! Ты убиваешь меня…

И в этот момент, Сильвия почувствовала, как его пенис ударился о шейку матки, а яички сильно ударились о её беззащитную, перевернутую прямую кишку. Он был полностью в ней… Глубже, по крайней мере, на три дюйма, чем её муж когда-либо был в ней раньше. Её тело было покрыто красным мучительным пламенем… Пламя, которое вздымалось и поднималось вверх, как огненный шторм, с каждым пульсирующим ударом её влагалища. Её дыхание было таким хриплым, что ей действительно приходилось выдавливать слова из своих искривленных болью губ.

— Стой… Не двигайся… Пожалуйста…

Из её глаз потекли слезы… Слезы боли и стыда.

Шелтон знал, что позволил эмоциям взять верх над собой. Это одно дикое погружение в её беспомощное тело было тем, что он не планировал делать. Он хотел успокоиться… И постепенно… Довести её до состояния, когда она будет умолять… Умолять его! Он понимал, что причинил ей боль… Она была… Слишком узкой для его члена… Сейчас ему хотелось поцелуями смахнуть её слезы, попросить у нее прощения… Но инстинкт предостерегал его от этого… Он взглянул на свою грудь и увидел две длинные борозды, оставленные её отчаянно впивающимися ногтями.

Странно… Совсем не больно…

Он посмотрел ещё ниже и увидел, что его черные лобковые волосы перепутались с нее золотыми прядями между её широко раскинутых бедер. Это было ошибкой, потому что он почувствовал, как его пенис бесконтрольно дернулся.

— Нет… Не надо… — умоляла она.

Он на мгновение замер, но… Когда почувствовал её гладкие дрожащие ноги на своих обнаженных плечах, он сознательно заставил свой член снова дернуться.

— Нет… Ты делаешь больно… Ты ещё не сделал фотографии?

— Я не могу… Пока… — солгал он.

Сильвия, чувствуя жестокое проникновение между бедер, отчаянно хотела, чтобы он вынул его, но она боялась, что выход будет таким же мучительным, как и огненное проникновение. Никогда ещё в своей жизни она не была так переполнена там. Казалось, её живот растягивался вверх и наружу от его орудия… Что касается самого влагалища, она без сомнения знала, что оно разорвано и кровоточит… Она даже чувствовала, как что-то похожее на кровь стекает по расщелине между её ягодицами. Однако, если бы она посмотрела, то поняла бы, что жидкость вытекала исключительно из её влагалища, изливая смазку на его пенис…

Сильвия сделала глубокий судорожный вдох, и Шелтон почувствовал, как мышцы её живота непроизвольно напряглись при выдохе. Её шейка матки опустилась в ответ и скользнула по пульсирующей головке его члена. Он дернулся. Она снова застонала. Затем, чудесным образом, Шелтон почувствовал вагинальные губы… Туго обхватившие его член… Он слегка двинулся…

Сильвия не осознавала, что её тело автоматически реагирует на вторжение. Все, что она знала наверняка, это то, что боль, казалось, немного уменьшилась. Она сглотнула… И почувствовала, как мышцы влагалища немного расслабились… Шелтон слегка двинул пенисом, заставляя его дернуться внутри нее. На этот раз единственной её реакцией была короткая гримаса, которая могла быть болью… Или чем-то еще…

Сейчас самое время… Думаю, сучка готова к настоящему траху… При условии, что сначала это будет сделано мягко…

— Я собираюсь немного двинуться…Чтобы мы могли получить фотографию… Все в порядке?

— Да… — ответила она почти неслышно.

И Шелтон почувствовала, как все её мышцы внезапно снова напряглись, как будто она пыталась защититься…

— Расслабься… Просто расслабься… Я больше не причиню боли…

Она вздохнула.

— Все… Хорошо… Но, пожалуйста… Поторопитесь с камерой… Это все ещё больно…

Очень, очень медленно Шелтон начал немного отступать. Её вагинальные губы, как тугая резинка, прильнули к стволу его пениса и, казалось, не хотели отпускать его. Но Тод и не думал уходить… Он напряг ягодицы, отчего его член запульсировал в узком проходе. Вспышка удовольствия промелькнула на лице Сильвии… Это было мимолетно, но достаточно, чтобы он понял, что находится на правильном пути… Когда он вытащил около трех дюймов своего длинного, затвердевшего от желания пениса из её плотно сжатой киски, он остановился. Затем снова медленно… Очень медленно… Он толкнул его внутрь, чувствуя, как он скользит… Как подземная гондола, сквозь теплые, тесно окружающие стены плоти…

Сильвия почувствовала, как он начал вырываться… И была удивлена, что при этом не было боли… Она почувствовала, как дернулся его пенис, и была удивлена тем восторгом, который доставило ей это одно небольшое движение… Она почувствовала, что страшная ломка прекратилась, и была удивлена, что одна мятежная часть её разума была даже рада, что его всё-таки не вытащили. Затем она почувствовала, как он снова вошел в самые недра её чрева, и была удивлена, насколько это было приятно. Она чувствовала, как каждый мускулистый бугорок на его стволе прижимается к гладким бархатистым стенкам её влагалища…

Через несколько мгновений он медленно и входил, и выходил из нее.

— Стой… Нет… Ты не должен… Просто… Фотография… — начала она, понимая, что её таз начинает непроизвольно подниматься вверх, чтобы встретиться с ним. Её тело полностью ожило… Она вдруг почувствовала… Наслаждение…

Шелтон медленно двигал свой затвердевший пенис все глубже и глубже в её влагалище. Он нисколько не удивился, обнаружив, что от нее исходит ответное движение. Он знал, что женщина начинает горячиться…

Еще минута или две, и она будет готова почти ко всему…

Он терпеливо покачивался над ней, входя в нее в долгом легком ритме… И затем, преодолев её первоначальное отвращение от того, что незнакомец занимался с ней любовью… Рот Сильвии начал открываться и закрываться от страсти. Из него вырвался сладостный стон… Её больше не волновали фотографии… Не осталось ничего, кроме этого длинного толстого красивого члена… Впивающегося в нее, как будто она была скрипкой, а он смычком… Принося с собой дикую музыку, которую она никогда раньше не слышала… Исчезли все её мысли о гордости и морали, обо всем на свете… Кроме невероятных ощущений… И музыки, более древней, чем сами Адам и Ева…

Брюс никогда не вызывал у нее таких чувств и эмоций… Это было нечто новое для нее, неизвестное… С быстрым уходом морали и гордости все её ограничения и запреты исчезали… Она напряглась, страстно двигаясь мужчине навстречу, и обхватив его руками за ягодицы, втягивая этого незнакомца все глубже и глубже, в свое кричащее лоно…

С немалым удивлением и удовольствием Шелтон внезапно почувствовал, как она обезумела от удовольствия… На секунду ему показалось, что она кончает…Затем он понял, что мотор этой сучки только включился и заработал на полную мощь… Улыбаясь, он, не нарушая ритма, начал посасывать и покусывать её грудь…

— Ааах! — простонала она, чувствуя не только его горячие губы на своем соске, но и новое, и ещё более чудесное ощущение, когда его член начал по-настоящему прижиматься к её клитору.

Она опустила и повернула свой таз, сильно, жадно удерживая клитор в контакте с его твердым возбуждающим полюсом плоти.

Шелтон, чувствуя, как первые остатки контроля покидают его тело, начал двигаться со все возрастающей силой… Он удлинил движение, почти полностью вытащив свой член, прежде чем снова вонзить его… Быстрее и быстрее двигаясь внутри её… Она встречалась с ним каждый раз… Её вагинальные губы ласкали его член, когда он входил… И сосали и массировали его, когда он выходил… Его мошонка начала напрягаться… И набухать… И он знал, что его время приближается.

Тело Сильвии начало раскачиваться из стороны в сторону в дополнение к её неистовым движениям вверх и вниз. Она стремительно взмывала к вершине… Её голова ритмично моталась взад-вперед, как буй в штормовом море… А дыхание со свистом и хрипом вырывалось из её груди короткими страстными вскриками…

Боже, мой! Я сейчас снова кончу… Никогда… Никогда прежде… Ничто не казалось мне таким чудесным… Как это! Этот мужчина… Ласкает мое влагалище своим безумным членом! Делая меня беспомощной от желания… Он заставил меня почувствовать, то… Что я никогда не испытывала! А теперь… А теперь! Это гигантское пульсирующее божество заставляет меня наслаждаться! Его огромный член наполнил меня безумным удовольствием! И оно достигло пика!

Она боролась со своим собственным оргазмом… Она не хотела этого… Потому что это означало бы конец всему… Он оставит её… Он вытащит это чудо из нее. И она заплакала. Она была не более, чем прелюбодейкой… Обычной шлюхой!

О, Боже! — вскрикнула она.

Шелтон хотел, чтобы она кончила первой… Он не был уверен, насколько близко она была к этому… Внезапно он остановился…

— Что? Что-то не так? — выдохнула она., — Не останавливайся… Сейчас… Пожалуйста!

Тод почувствовал, как её влагалище отчаянно тянет и сосет его затвердевший член.

Ради всего святого, — подумал он, — Это горячая сумасшедшая сучка… Все равно заставит меня кончить…

— Что? Почему… Ты… Останавливаешься? — она застонала, глядя на него умоляющими глазами.

Шелтон тоже боролся со своим дыханием. Он улыбнулся, тяжело дыша:

— Фотографии сделаны…

Сильвия моргнула, когда пот побежал у нее по лбу, по бровям и в глаза. Она не могла поверить в то, что слышала. Бушующий огонь, который он разжег в её чреслах, должен был быть потушен. Никто не может быть таким бесчувственным, таким бесчувственным. Ей было все равно, как сейчас звучит её голос… Все, что она знала, это то, что ей нужно было вернуть в себя этот животворящий инструмент мужественности. Без этого она была неполноценна… Без этого она умерла бы, кричащей смертью…

— Не останавливайся, пожалуйста, не останавливайся… — рыдала она, зная, что ещё больше унижает себя, умоляя, — Пожалуйста!

Шелтон почувствовал радость в своих яйцах от осознания того, что она умоляла об этом. Умоляла его! Умоляла его член!

— Что ты хочешь?

— Сделай это со мной.

— Что делать?

— Трахни меня! — закричала она, — Трахни меня, пожалуйста! Трахни меня, ублюдок!

Звук её собственного похотливого выражения заставил пламя ещё сильнее вспыхнуть, и она снова закричала, почувствовав, как жестокая белая подводная лодка с грохотом нырнула, неумолимо скользя в бурные глубины её вагинального моря.

— Аааах! Боже… — выдохнула она.

И восторг охватил её… Её ноги задрожали, и она потянулась к его голове, страстно целуя его. Блаженство было невероятным! Он безжалостно врывался в её влагалище, и от каждого удара, она кричала от похоти и удовольствия…

Тед застонал, почувствовав, как глубоко внутри него начинается его собственный оргазм… Он вбивал и вбивал, как будто был забойщиком свай… А затем почувствовал обжигающий жар, когда стенки её влагалища начали просачиваться эликсиром, который был предвестником её кульминации… Под ним глаза женщины внезапно расширились и у нее перехватило дыхание…

— Я кончаююю! — кричала она, — Я кончаююю! О, Боже! Да! Да!

Ее тело выгнулось под ним, а затем она забилась в безумных конвульсиях… А влагалище брызгало собственной раскаленной лавой вокруг пронзающего её стержня…

Шелтон трахал её так, как будто это был последний трах в жизни! Он таранил её, прижимая её извивающееся тело к матрасу… Его дыхание вырывалось короткими горячими вздохами… Новоиспеченная сучка продолжала кончать… Не останавливалась… Её мощней оргазм продолжался… А она все ещё билась и кричала…

Он глубже вонзился в дрожащую щель между её широко расставленными ногами, растягивая её ещё шире… А потом он кончил! Он почувствовал, как мучительное давление в его мошонке внезапно усилилось, и, как вода из разрушающейся плотины, его сперма с ревом устремились по подземному туннелю из его члена, чтобы взорваться, как огненный шар, глубоко в устьях её дико вздымающегося живота. Он упал на её грудь с невероятным чувством восторга, захлестнувшим его сейсмической волной всепоглощающего удовольствия.

Сильвия почувствовала, как в нее вливается кипящая сперма, и она напрягла вагинальные мышцы, о существовании которых раньше и не подозревала, чтобы выдоить его пенис в отчаянной попытке поглотить каждую частичку каждого выброса… Её собственные оргазмы теперь стихали, но мышцы живота все ещё вздрагивали и подпрыгивали от непривычного восторга и напряжения…

Она почувствовала, как его пенис сдувается внутри нее.

Сильвия почувствовала, как он лег рядом с ней. Она надеялась, что он ничего не скажет. Ей нужно было время подумать. Сильвия поняла, что за последний час она обнаружила в себе распутную жилку… Она никогда не думала, что секс может быть таким чудесным! И в это была вина Брюса!

Черт бы его побрал… Грязный сукин сын… Она потратила на него двенадцать лет своей жизни… Двенадцать долгих лет, в течение которых он заставил её поверить, что она фригидная невротичная женщина… Неспособная что-либо чувствовать к кому-либо… И все это время Брюс спал со всеми, кто носил юбку… Со всеми, кроме её… Двенадцать лет! Что ж, она ему покажет… Он заплатит мне за эти двенадцать лет!

Дыхание Теда все ещё не пришло в норму, когда он почувствовал, что женщина повернулась к нему лицом. Её глаза были непостижимы…

— Ваша камера сфокусирована для следующего снимка?

Детектив устало кивнул и вслепую потянулся к пульту…

— Будет ли это видно на картинке, когда… Когда… Ты кончил мне в рот?

Шелтон почувствовал, как толчок прошел по его наполовину проснувшемуся телу. Он снова кивнул.

— Хотя мне может потребоваться некоторое время, чтобы снова набраться сил…

Сильвия хотела покончить с этим как можно скорее.

— Какой самый быстрый способ восстановить тебя? — спросила она.

Шелтон широко улыбнулся.

— Просто соси…

Он зачарованно наблюдал… Как женщина опустила голову, и её золотистые волосы упали ему на живот… А её теплые губы неуверенно обвились вокруг головки его члена… Она была неопытна, но инстинкт подсказывал ей, что делать… Началось мягкое теплое всасывание, и через несколько секунд произошло чудо воскрешения…