Лимонад

Если жизнь дарит вам лимоны…

Он положил свой наполовину съеденный хот-дог, и в восемь часов вечера позвонил домой своей невестке. «Привет, Карен, дай мне, пожалуйста, поговорить с Терри. Она не берет трубку».

«Дуг, ее сейчас здесь нет. Она ушла с Питером в магазин. У нее разрядился аккумулятор в телефоне. Я попрошу её позвонить тебе, как только смогу, хорошо?»

«Я просто волновалась, вот и все. Она не звонила, понимаешь? Если с ней все в порядке, тогда просто скажи ей, что я ее люблю, и мы увидимся в воскресенье вечером. Спасибо».

«До свидания, Дуг. Я дам ей знать».

В дверь позвонили, и он увидел миссис Киттрелл, стоявшую на темном крыльце. «Ты не знаешь про свет, Дуг? Здесь же может кто-нибудь пострадать».

«Чем могу помочь? Я немного занят».

«Мне нужна помощь по дому. Это не займет много времени». Она стояла и ждала его, пока он вздохнул, запер дом и пошел за ней через дорогу. «Мое окно не закрывается, и в доме становится холодно. Не хочешь ли ты немного торта? Я только что испекла шоколадный торт и знаю, что ты захочешь большой кусок».

Дуг посмотрел на женщину, а затем на свой пустой дом. «Конечно, почему бы и нет? Я бы не отказался».


Субботнее утро наступило с пронзительным «бип-бип-бип», и он потянулся, чтобы выключить забытый будильник, сбив его с тумбочки на пол. Каждая часть его тела болела. Окно миссис Киттрелл превратилось в протекающий унитаз, который превратился в капающий кран, который превратился в скрипучую дверь. Когда он вернулся домой, было уже далеко за полночь, и в какой-то момент, он начал подозревать, что эта женщина сама нуждается в «ремонте». Казалось, она ловила каждое его слово и парила рядом, пока он делал работу.

«Черт побери!» Он попытался достать будильник не вставая, но он отскочила под кровать, и оказался вне досягаемости. Тогда он откинул одеяло и спустился на пол, забравшись в пыльную нишу под кроватью. Вытащив покрытые пылью часы, он чихнул. Сколько раз он просил Терри пропылесосить под кроватью. Он был уверен, что аллергия у него началась как раз тогда, когда она перестала следить за домом, как раньше.

Дуг пошел в ванную и достал свой «Астепро». Глубоко вдыхая, он чувствовал, как спрей проникает в нос, когда он нажимал на него.

Он вернулся в пустую постель, и посмотрел на ее сторону кровати. Подушка лежала нетронутой. Ее поездки к сестре на выходные два раза в месяц стали стандартной практикой два года назад. От нее так и не последовало никаких объяснений, почему ее внезапный интерес остаться на выходные был так важен, и он просто поверил, что она тоскует по общению с сестрой. Однако ситуация вышла из-под контроля, и с этим нужно было что-то делать.

Дуг провел утро, работая по соседству с Пирсом над его старой машиной, а затем посмотрел пару футбольных матчей, и USC снова разгромила Notre Dame, несмотря на то, что их игра была лучше, чем в прошлые годы. Он сел и понял, что не ел с самого завтрака. Вспомнив шоколадный торт миссис Киттрелл, Дуг пожалел, что не съел еще кусочек. Эта женщина точно знала толк в кулинарии.

Пройдя на собственную кухню, он открыл шкафчик, достал коробку с макаронами-ракушками и начал кипятить воду. В конце концов, он вернулся в комнату, наблюдая за окончанием очередной односторонней игры.

Он посмотрел на часы на своем мобильном и снова позвонил Карен.

«Ну, так дай ей трубку». Иногда Дуг думал, что его невестка туповата.

«Она действительно больна, Дуг. Может даже поздно вернуться домой. Если ей не станет лучше, мы отвезем ее в скорую».

«Ну, просто приложи телефон к ее уху, чтобы я мог немного поговорить с ней, хорошо?». Он начинал злиться на свою невестку. «Карен, дай ей чертову трубку».

«Дуг, она крепко спит. Правда…»

«Мне нужно будет приехать к вам?»

«О, нет… мы позаботимся обо всём. Правда… не волнуйся, возможно, это просто пищевое отравление или что-то в этом роде. Вот увидишь».

«Позвони мне, когда она проснется. Ее телефон заряжен?»

«Эээ… батарея села. Она не заряжается, и вам придется купить новую. Слушай, мой малыш плачет, и мне пора идти. Хорошо?»

Дуг повесил трубку; его невестка была с ним немногословна, впрочем, как и он. И уж точно, это было на неё не похоже.


Вечер воскресенья наступил, а его жены всё ещё не было дома, и Дуг в последний раз позвонил Карен.

«Что значит «ее нет»? Когда она уехала?»

«Я точно не помню… когда-то сегодня утром».

«Ее всё еще нет дома. Я звоню в полицию». Он набрал 911 и сообщил о пропаже жены, но ему дали ожидаемую отсрочку. Времени прошло недостаточно, и она же не ребенок, сказали они.

Поздно вечером в понедельник ему позвонили и сказали, что они случайно нашли машину его жены во время рейда по мастерским, где разбирали угнанный машины, как раз перед тем, как её должны были отправить под пресс. Затем последовали извинения, взаимные упреки и обещания. Теперь, когда она официально пропала. Два детектива обещали приехать во вторник утром, и он взял выходной на работе.


Альфред Джонс, старший детектив, посмотрел на Сьюзен Филлипс, свою напарницу, а затем на Дуга.

«Когда вы заметили, что ваша жена пропала?» Высокий темноволосый детектив достал свой блокнот с ручкой наготове. Его напарница была чуть ниже ростом, стройная рыжеволосая красавица, она достала маленький цифровой диктофон и положила его на чехол от ноутбука.

«Я позвонил в пятницу вечером, домой ее сестре, и Карен, это ее сестра, сказала, что она ушла с Питером, это шурин, в магазин, и я сказал, хорошо, скажи ей, что я люблю ее, а потом я позвонил на следующий день, и Карен сказала, что она заболела». Дуг сидел на диване, крепко сцепив руки.

«Почему вы не позвонили на мобильный телефон своей жены?». Ручка быстро писала, но Джонс следил за лицом мужчины.

«Я звонил, но ответа не было. Карен сказала, что сел аккумулятор, и они пытались его зарядить, а потом она сказала, что он разрядился и его нужно заменить».

«Ваша жена часто навещает свою сестру?» — наконец заговорила рыжеволосая девушка, подняв глаза от экрана ноутбука.

«Почему вы задаете все эти вопросы? Вы должны быть там и искать ее». Дуг встал и зашагал по комнате. Он подошел к передним окнам и посмотрел на улицу, а затем на дом миссис Киттрелл.

«Мистер Портелли, пожалуйста, присядьте. Мы ищем ее. Мы просто пытаемся разобраться в обычном поведении вашей жены, вот и все». Она наблюдала за лицом мужчины, надеясь на какой-то знак, на какой-то сигнал, или что-то ещё.

«Хорошо, дайте подумать», — вздохнул Дуг. «Она ездила примерно два раза в месяц, обычно; иногда больше, хотя я говорил ей, что мне это не нравится… её постоянное отсутствие. Она всегда звонила мне, понимаете, давала знать, что она там, и мы бы пожелали друг другу спокойной ночи. Это был первый раз, когда она не позвонила. А теперь… вы говорите мне, что нашли ее машину?»

«Мистер Портелли, мы нашли машину вашей жены в Восточном Лос-Анджелесе. Она была на разборке». Рыжая, казалось, слишком охотно поделилась этой информацией, и Джонс посмотрел на нее со смесью веселья и мягкого назидания.

«Господи Иисусе! Я так и знал… Я позвонил вам, ребята, чтобы вы ее искали, и получил отказ. Теперь ее машину угнали, и она пропала. Какого хрена вам еще надо? Черт, мне нужно поменять замки. Бог знает, у кого есть ключи». Дуг сел обратно, тяжело опустившись на подушку.

«Нам нужна информация о вашей невестке, чтобы мы могли навестить ее». Джонс не возражал против того, чтобы Филлипс задавала большинство вопросов. Он был ее единственным напарником с тех пор, как она стала детективом в прошлом году, и он был доволен тем прогрессом, которого она добивалась, узнавая, что и как.

«Конечно, вот, я все запишу для вас. Вам нужны указания, как добраться до их дома?» Он пошел искать ручку.

«Нет, все в порядке, мы сами найдем». Филлипс пристально смотрела на что-то на своем экране.

«Мне понадобится адвокат? В каждом полицейском сериале муж всегда подозреваемый».

«Честно говоря, мистер Портелли, сейчас вы наш единственный подозреваемый, но мы снимем с вас подозрения, как только сможем. Хорошо? И раз уж вы об этом заговорили, где вы были в выходные?»

«В пятницу вечером я был у миссис Киттрелл… она живет через дорогу. Ей нужно было починить окно до наступления темноты, но мне пришлось задержаться. Ей нужно было сначала одно, потом другое, затем третье. Я не выходил от неё допоздна. Она все время придумывала ещё какую-нибудь работу для меня. В субботу я провел большую часть утра с Джеком Пирсом, он живет по соседству. Мы возились с его старой машиной. Я думаю, что это кусок хлама, но она ему нравится, а потом я смотрел футбольные матчи. В воскресенье я просто провел день здесь, смотрел футбол и думал, где, черт возьми, моя жена и почему она не позвонила».

«Миссис Киттрелл, говорите?»

«Да… просто, найдите мою жену. Пожалуйста…»

Джонс и Филлипс перешли улицу и скрылись в доме миссис Киттрелл. Вскоре они вышли, снова перешли улицу и постучали в дверь Пирса, но дома никого не оказалось. Джонс оставил свою визитку в дверном косяке, попросив мужчину позвонить.

Два детектива уехали, а Дуг стоял на крыльце и смотрел, как они уезжают. Он вернулся в дом, закрыл шторы в гостиной и лег. «Какие ужасные выходные», — подумал он сквозь слезы. Он знал, что больше никогда не увидит свою жену.

«Что ты думаешь, Сьюзен?» — спросил Джонс, когда они выехали на 405-ю автостраду и направились на север в Вентуру.

«Я не знаю. Что бы ни случилось, он определенно расстроен и огорчен. Она подтверждает его рассказ о вечере пятницы, но у него нет алиби на вторую половину дня, поскольку на работе он был только до обеда. Пирс, вероятно, скажет то же самое. Кроме того, он говорит, что его невестка все время придумывала всякие отговорки, так что посмотрим, что её сестра скажет нам. Я думаю, что происходит нечто большее, чем говорит или знает Портелли».

Движение на дороге замедлилось, и Джонс решил ехать по Прибрежному шоссе в Вентуру, а не пробиваться к шоссе 101. Через полтора часа, плюс-минус несколько минут, они, наконец, нашли дом Хэнкоков.

«Это становится интересно», — сказала Филлипс, которая никогда не доверяла никому, кроме своего напарника. «Ты же знаешь, что мы вышли за пределы нашей юрисдикции».

«Мы идем туда, куда ведет нас расследование, ты сама всё понимаешь».

«Динь-дон» — прозвучал звонок, и дверь открыл ребенок лет шести. Она посмотрела на них широко раскрытыми от удивления глазами. «Мамочка! Здесь люди!»

«Черт возьми, Лесли! Сколько раз я тебе говорила не открывать дверь? Иди в свою комнату!»

Грязная блондинка открыла дверь пошире. «Да?» — спросила она, полуистлевшая сигарета свисала с ее губ, халат был распахнут.

Джонс взглянул на Филлипс; сестра оказалась совсем не такой, как они ожидали, учитывая, что дом Портелли принадлежал к классу выше среднего достатка. Он откашлялся и достал свой значок. «Миссис Хэнкок? Я детектив Джонс, а это мой напарник, детектив Филлипс. Мы здесь, чтобы поговорить о вашей сестре».

Лицо женщины побледнело, затем она попыталась вернуть себе самообладание. «Я… заходите. Извините, что в доме беспорядок… дети, знаете ли».

Два детектива оглядели комнату. Все выглядело так, будто несколько минут назад здесь пронесся торнадо, и детские игрушки были разбросаны по всей мебели. В этом бардаке валялись несколько пустых банок из-под пива.

Она поспешно убрала диван и кресло. «Извините…» сказала она, снова. «Вы сказали, это касается Терри?»

Джонс заметил, как по телу женщины пробежала дрожь. «Да… она пропала. Мы пытаемся выяснить, в какое время она покинула ваш дом в воскресенье».

Лицо женщины снова побледнело. В этот момент с заднего двора вошел ее муж. Это был пожилой мужчина, и хотя он выглядел физически крепким, детективы увидели, что он прожил тяжелую жизнь.

«Кто вы и что здесь происходит?» — спросил он. Он поставил свою бутылку Coors на журнальный столик.

«Доброе утро, мистер Хэнкок. Мы Джонс и Филлипс, полиция Лос-Анджелеса, и мы расследуем дело об исчезновении вашей невестки».

«Почему вы спрашиваете нас? Я не видел эту… ее, по крайней мере, год. Карен ездит навестить ее в Венис, когда они встречаются».

Джонс взглянул на Филлипс, но его напарница сохраняла спокойное выражение лица при получении новой информации. Вот дерьмо, подумал он, всё становится ещё более интересным.

«Возможно, будет лучше, если мы все сядем?» — сказал Джонс. «Я думаю, это займет некоторое время».

Когда детективы, наконец, ушли, они ушли вместе с Питером Хэнкоком, убедив его, что для его же блага нужно на время покинуть дом, прежде чем он сделает что-то большее, чем бросить настольную лампу в телевизор. Они стояли и разговаривали на лужайке перед домом.

«Мистер Хэнкок… пожалуйста, для вашего же блага, оставьте свою жену в покое. Мы не будем обращать внимания на инцидент с телевизором, но если вы сделаете что-нибудь еще, то попадете в тюрьму». Джонс надеялся, что мужчина прислушается к его словам.

«О, не беспокойтесь обо мне; я развожусь с ее жалкой задницей… с изменяющей сукой. Не могу поверить. Я забрал ее из этой дыры, где она работала с 7-00 до 23-00, и жила в трейлерном парке. Я дал ей дом и удочерил ее ребенка. Ее шлюха-сестра работала официанткой в «Maria’s on Main», пока каким-то образом не встретила Дуга, и они поженились. Я думал, она изменила своё поведение, учитывая, как хорошо он к ней относился. Господи Иисусе, ты никому не можешь доверять, да? Нет, я в порядке. Я не пойду в тюрьму из-за нее или кого-то еще, я там был, и оно того не стоит. О, Боже, а как же Дуг? Он с ума сойдет, когда узнает. Вы собираетесь сказать ему?»

«Боюсь, что да».

«Вы хотите, чтобы я это сделал?» Питер Хэнкок выглядел готовым поехать в Лос-Анджелес.

«Нет… это то, что придется сделать нам. Пожалуйста, не звоните ему, хорошо? Нам нужно посмотреть, как он отреагирует на эту новость. Вы уверены, что он не знает о том, что делала его жена?»

«Вы шутите? Этот парень поклонялся земле, по которой она ходила. Он все делал для нее. Это его убьет. Что ж, тогда мне нужно пойти в банк, и кое с чем разобраться».

«Вот наша визитка, мистер Хэнкок. Не делайте глупостей», — сказала Филлипс.

«Слишком поздно, детектив, я уже сделал это три года назад. Но это еще не поздно исправить.. . на данный момент. Черт возьми! «

«Сьюзен, ты будешь вести машину, ладно?» Сказал Джонс, усаживаясь на пассажирское сиденье.

«Хорошо, но сначала давай что-нибудь поедим. Я знаю здесь одно место у пристани».

«Ладно, ты выиграла. Я полагаю, это лучше, чем Whopper. Господи, все лучше, чем Whopper».

«Ты можешь убить себя, если будешь есть всё их дерьмо, надо прекращать.. . что ты сказал?»

«Тупицы из трейлера, мы так называем таких людей».

На пристани Филлипс просмотрела меню и заказала крабовый салат. Джонс выбрал рыбу с жареным картофелем.

«Знаешь, Ал, продолжай есть всю эту жареную пищу, и ты умрешь». Филипс отпила кока-колы.

«Что ж.. .это была классика. Он взял лампу и швырнул ее в экран. Джерри Спрингер, мать его! Классика», — засмеялся Джонс. «Как в шоу… а не в реальной жизни. Как люди могут так облажаться? О, дорогой, мне нужно тебе кое-что сказать, и это будет по телевизору… ой, да перестань» (аналогом шоу Джери Спрингера, является «Пусть говорят». прим. переводчика).

«Как ты думаешь, какой будет реакция Портелли?» Принесли салат Филлипс, и она начала есть.

«Я не знаю. Удавалось ли ей скрывать свою блядскую личность все это время? Должно быть, да, если он поклонялся земле, по которой она ходила. Бедный парень». Джонс посмотрел на свою рыбу с картошкой, размышляя, был ли его выбор лучшим, в конце концов.

«Если предположить, что он невиновен…» сказала Филлипс.

«Если предположить, что он невиновен», — усмехнулся Джонс. «У него все еще нет алиби на вторую половину дня».

«Только у виновных людей есть алиби на каждую минуту».

Позже, когда Филлипс ехала на юг по PCH, Джонс просматривал то, что они узнали, и заносил свои записи в ноутбук. «Знаешь, — сказал он, — теперь это дело приобретает совершенно новое направление. Интересно, кто был её парень».

«Нам лучше поскорее выяснить это. Если Портелли узнает, он может сосредоточить на нём всё своё внимание. Как ты думаешь? Он мстительный муж?» Филлипс посмотрела на своего напарника и посигналила машине, пытавшейся их подрезать.

«Я не знаю. Наверное, все зависит от того, знает он что-нибудь или нет. Подожди». Джонс достал свой сотовый и набрал номер Портелли. «Алло? Мистер Портелли? Это Альфред Джонс. Мы говорили сегодня утром?» Джонс начал писать в блокноте. «Да, мы хотели бы поговорить с вами еще раз. Сегодня днем удобно?» Он написал еще немного. «Хорошо, тогда около шести часов. Спасибо».

Джонс записал еще что-то в свой блокнот, вычеркнул несколько строк, а затем снова начал набирать текст на ноутбуке. «Он встретится с нами, — сказал он, — у себя дома, но он нанял адвоката. Я его не виню. Для него это всё может закончиться очень плохо». Он посмотрел в окно на океан, волны которого бились о камни волнолома, выстроившегося вдоль дороги. «Блин, ненавижу такие дела. Никто не выигрывает, и иногда мне кажется, что в тюрьму попадает не тот человек».

«Что ты имеешь в виду?» — спросила она, не отрывая глаз от дороги, не обращая внимания ни на суровую, сильную красоту океана, ни на неожиданный комментарий своего партнера.

«Допустим, жена изменяет… и что происходит в этом случае. Законы о разводе «убивают» мужа, хотя он — пострадавшая сторона. Бедный парень потеряет половину своего имущества, возможно, и дом в придачу. Если у них есть дети, это еще хуже. Я не хочу оказаться на месте Хэнкока, это уж точно».

«То есть, ты хочешь сказать, что убить изменяющую жену — это хорошее решение?»

Джонс не ответил, но на его губах появилась улыбка. Есть то, что считается законным, и есть то, что называется – честным. Есть то, что считается морально-нравственным, и есть то, что называется — справедливостью.

Было уже ближе к шести тридцати, когда они вернулись в дом Портелли. Внутри им представили Марсию Джеффриан, адвоката Дуга.

Дуг и Марсия сели на диван, Джонс и Филипс — на два оставшихся стула.

Мисс Джеффриан заговорила первой, протягивая им свою визитку. «Я здесь, чтобы убедиться, что права мистера Портелли не нарушаются. У вас уже есть новости об исчезновении его жены?»

«Именно поэтому, мы, сегодня снова здесь», — сказал Джонс, передавая ей свою визитную карточку. «Появилась новая информация, и нам нужно… ну, нам нужно поговорить, вот и все».

«Вы что-то узнали? Да?» Дуг сел вперед на край дивана, наклонившись к детективу.

«Как давно ваша жена навещает свою сестру одна?» Филлипс внимательно посмотрела на Дуга.

«Я бы сказал, может быть, год или около того, может быть, больше, я не помню… до этого мы оба ездили туда, но она сказала, что хочет «провести время с сестрой», как она выразилась… какое это имеет отношение к делу?»

«Ну, тогда я начну с самого начала… похоже, что у вашей жены и ее сестры были если не романы, то, по крайней мере, встречи с любовниками по выходным, и они прикрывали друг друга».

«Что?!!!» Дуг вскочил с дивана, подпрыгнув, как шаттл на старте. «Что вы говорите?»

«Пожалуйста, сядьте», — сказал Джонс, теперь вставая сам.

Дуг расхаживал по комнате, как и раньше. «Она изменяла мне? Это должно быть какая-то ошибка! Только не моя Терри…» Он рухнул обратно на диван, уткнувшись лицом в руки.

«Ваша жена использовала свою сестру как прикрытие для своего романа или романов, и ее сестра делала то же самое для своих встреч. Ее муж ни о чем не догадывался, пока мы не пришли туда сегодня». Джонс сел обратно.

«О, Боже, я забыл о Питере. Как он с этим справляется?»

«Он ушел от жены и планирует развестись с ней, я полагаю. Сейчас мы больше беспокоимся о вас».

«Что вы имели в виду говоря, «в качестве прикрытия»?» Дуг посмотрел на свою свадебную фотографию, висевшую на стене.

«Когда ваша жена говорила, что она была со своей сестрой, на самом деле, она была со своим любовником, и то же самое делала её сестра. Все работало, пока ваша жена не пропала», — ответила Филлипс.

«Но… вы до сих пор не знаете, где моя жена…» Его голос прервался, тяжесть сказанного детективом легла на его сердце, насколько Джонс и Филлипс могли видеть.

«Детективы, есть ли еще хоть что-нибудь, что вы можете сказать, чтобы не разорвать мне сердце?»

Джонс посмотрел на свою напарницу. «Извините, мистер Портелли, это все, что у нас есть на данный момент. У вас есть наши визитки, если что-то случится, или вы получите известие от вашей жены. Мы будем поддерживать связь». Детективы встали, чтобы уйти, но Дуг остался сидеть.

Марсия Джеффриан проводила их до двери и подождала, пока они уедут. «Что ты собираешься делать?» — спросила она его. Мужчина выглядел опустошенным.

«Честно говоря, я не знаю». Он попытался встать. «Будешь кофе или что-нибудь еще?»

«Нет, спасибо, мне нужно пойти и записать это. Они не единственные, кто может записывать разговоры». Марсия похлопала по карману и попыталась улыбнуться. «Не волнуйся… надеюсь, они скоро найдут твою жену, и она все объяснит… все. Дай мне знать, если ты захочешь развестись с ней. Я назначу тебе встречу с Джоном Стивенсом».

«Я… я дам тебе знать… Господи, я этого не заслуживаю». Он начал плакать, стыдясь своего эмоционального срыва перед ней. «Я просто не знаю… черт возьми! Наверное, мне придется, я не смогу забыть то, что она сделала. Спасибо, что была здесь».

Марсия ушла, и когда ее машина отъехала достаточно далеко по улице, Дуг выключил свет на крыльце и лег спать.

Его жизнь была перевернута с ног на голову. Он задумался, что бы он сделал, если бы вдруг появилась его жена и стала умолять о прощении. Шансов на это не было…


На оставшуюся неделю Дуг взял отпуск и был дома. Джонс оставил копов, в неприметной машине, следить за ним, но они не заметили ничего необычного в доме Портелли, не было даже доставки пиццы, хотя грузовик из питомника привёз семь лимонных деревьев в дом напротив.

Внутри Дуг ходил по дому, время от времени останавливаясь, чтобы посмотреть на их свадебную фотографию, висевшую на стене. Терри выглядела такой девственно-чистой в своем длинном белом платье, а он — таким великолепно счастливым в темно-синем смокинге. Он дотронулся до рамки, проведя пальцем по ее краю. По его щеке медленно скатилась слеза и на мгновение задержалась на лице, прежде чем упасть на пол.

«О, Терри, как ты могла?» Он прислонился головой к стене, положив ладонь на штукатурку.

Он протянул руку, снял фотографию и разбил ее каблуком.

Телефонный разговор Пирса с детективами во вторник обеспечил Дугу алиби на субботу, и хотя ни Джонс, ни Филлипс не смогли найти другого подозреваемого, Портелли больше не был для них «лицом, представляющим интерес».

Сначала он звонил Джонсу каждый день, иногда дважды в день, но с течением времени его звонки сократились до одного раза в день, а затем, наконец, до одного раза в неделю.

И вот, наконец, Филлипс наткнулась на кое-что, и сразу же позвала Джонса.

Джонс обошел свой стол и подошел к ней. «Что у тебя?»

«Послушай, я просматривала информацию обо всех пропавших мужчинах, что пропали без вести в то же время, что и жена этого парня, и тут появилось это. Посмотри. Парня зовут, Тимоти Риччи, исчез примерно в то же время, что и Терри Портелли. Никто не искал его, потому что он был студентом колледжа и просто как сквозь землю провалился».

«Позволь мне взглянуть». Джонс отнес бумаги на свой стол и быстро прочитал их. «Возможно, у тебя есть зацепка. Где они нашли его машину?»

«В том-то и дело, что она все время стояла на своём месте. В полицию обратился хозяин квартиры, его интересовала арендная плата. Он зашел в квартиру и обнаружил довольно сильный запах».

«Труп?» — спросил он.

«Нет, протухшая еда, обычная плесень и пара косяков с марихуаной… тогда, он вызвал полицию, но никто не сложил два и два». Она была взволнована. Это была первая зацепка в очень запутанном деле.

«Какая связь? Он живет в Санта-Монике».

«Они нашли в квартире пару фотографий, которые позже показались знакомыми и насторожили кого-то там. А вот, офицера по имени, не смейся, Кларенс Пибоди, он позвонил нам, и передал всю документацию. Хочешь прокатиться?»

«Конечно. Позволь мне взять пиджак».

Осмотр места происшествия быстро показал, что Терри Портелли была частой гостьей в квартире Тимоти Риччи. Джонс начал задаваться вопросом, проводила ли эта женщина хоть немного времени дома со своим мужем.

«Она и впрямь обманывала этого бедолагу мужа. Как много мы собираемся ему рассказать?» Филлипс посмотрела на своего напарника, ожидая ответа.

«Самый минимум, из того, что мы можем, я думаю», — сказал Джонс. «Его уже и так достаточно поимели. Но это все равно не дает ответа на вопрос, где эти двое. Как ты думаешь, они сбежали вместе?»

Филлипс покачала головой. «Нет, совместные деньги Портелли все еще в банке, и она все равно получала их стабильно. Зачем сбегать? Что бы ни случилось, это случилось в ее машине. Они оба мертвы, в этом я уверена».

«Сьюзен, я не думаю, что мы сможем это выяснить. Дело заглохло».

«Давай не будем сдаваться. Мы только что узнали об этом парне, не так ли? Наверняка появится что-то еще, просто надо подождать и посмотреть. Нам просто нужно подключить СМИ и опубликовать фото этого парня». Однако все, что у них было, это несколько совместных фотографий пропавшей пары и их фото из водительских прав.

Джонс достал свой сотовый. «Мистер Портелли, это детектив Джонс. У нас появилась новая информация об исчезновении вашей жены».

«Вы шутите. Вы нашли ее, с ней все в порядке?»

«Нет, сэр, я сказал, что у нас есть новая информация, а не то, что мы нашли ее. Мы нашли парня, с которым она… этого парня…»

«…с которым она спала. Хорошо, детектив, вы можете сказать это. Я смирился с тем, что моя жена была неверна. Вам не удалось её найти, верно? Она сбежала с этим парнем?».

«Нет, сэр, мы думаем, что они оба мертвы. Он был студентом колледжа. У него не было денег, чтобы сбежать, и обе машины были отслежены. Если бы они улетели на самолете, мы бы это уже выяснили. Мы думаем, что здесь замешаны наркотики».

«Студент колледжа? Черт, я не такой уж старый, мне всего тридцать четыре. Зачем ей студент? А, неважно. Простите, детектив, но это снова открыло старые раны. Я думал, что смогу смириться с тем, что она мне изменяла, но…»

«Он повесил трубку», — сказал Джонс с досадой. «Я должен был ожидать чего-то подобного. Что ж, давай попросим Гонзалеса показать эти фотографии в эфире».

В тот вечер Дуг смотрел новости, и увидел парня, который отнял у него жену, которую он боготворил. На самом деле он понимал, что его жена сама виновата во всем, что произошло и случилось с ней, но ему все равно было больно, как будто это он сделал что-то не так.

Рядом с ним сидел его шурин, Питер. «Ну, думаю, вот и все. Если раньше никто этого не знал, то теперь-то уж точно все знают. Извини, парень… ну, хотя бы, мою шлюху жену не выставили по телевизору». Он отпил еще пива, опустошив банку.

«Спасибо», — сказал Дуг. «Еще пива?»

«Нет, трех хватит. Ты уже получил чек за машину?».

«Да, он пришел на прошлой неделе. Это заняло у них достаточно много времени, учитывая полицейский отчет и все такое. Проклятые страховые компании. Чертова машина была почти новой».

«Я иду спать». Питер встал, расстегнул рубашку и направился в комнату для гостей.

«Тогда увидимся утром», — сказал Дуг и снова повернулся к телевизору. Он переключил канал как раз вовремя, чтобы снова увидеть фото своей жены и ее любовника. Он выключил телевизор и сам пошел спать, проклиная женщину, которой всего несколько лет назад поклялся в любви.

Теперь весь проклятый город знал, что она с ним сделала.


Сьюзен подняла глаза, когда Ал наклонился к ее губам. Она хотела поцеловать его, ощутить чувственное удовольствие от его рта, его рук, его твердого, сильного тела. Она поняла, что здравый смысл покинул ее разум так же быстро, как она приняла его прикосновение. Полиция Лос-Анджелеса категорически не одобряла близость с вашим напарником.

Медленно, он коснулся губами ее губ, нежно, любовно, от одного уголка к другому, прикосновение было лишь шепотом влажного жара, растущего между ее ног.

Сьюзен закрыла глаза и подумала, что умрет от наслаждения. Ощущения пронеслись сквозь нее в горячем порыве, оставляя ее дрожащей, как волны на пляже. Ей было жарко и хотелось еще. Она открыла глаза и посмотрела на него. Он снова поцеловал ее, его взгляд выражал безошибочное послание.

Сьюзен раздвинула губы, желая получить все, что он ей даст. Она отбросила всю осторожность и суровые уроки жизни.

Она с готовностью отдалась в объятия своего напарника, прижалась щекой к изгибу его шеи, обхватила руками его плечи. «Я никуда не уйду», — сказал Ал. «Сьюзен, я так хочу тебя», — вздохнул он ей в ухо.

Закрыв глаза, она почувствовала его запах. Он провел губами по ее подбородку, а затем провел горячими влажными поцелуями по горлу. Она впилась ногтями в его спину, наслаждаясь тем удовольствием, которое дарило ей его тело.

Она встретила его поцелуем с открытым ртом, в котором чувствовался вкус опасности, тепла, свободы и любви. Он посмотрел. Затем прижался губами к ее груди. С молитвенной любовью он поцеловал одну грудь, потом другую, пока она не застонала от желания так, как никогда прежде.

Пальцы Сьюзен коснулись Ала там, и он застонал. Один поцелуй привел к другому, более глубокому, горячему, дикому. Его рука двинулась вниз по изгибу ее бедра к бархатной гладкости между бедер… в ее самое сокровенное тепло.

Его пальцы легко играли там, а язык танцевал у нее во рту. Удовольствие захлестнуло ее, доведя ее кровь до кипения. Она прижалась к нему, ее бедро задело его твердость.

Она отстранила свои губы от его рта, чтобы закричать, но внезапно его пальцы прекратили свои дразнящие движения и уперлись в отверстие, в которое она ждала, когда он войдет. Он углубил свои прикосновения, и сильное наслаждение взорвалось в ней, как в раскаленной печи, а затем он погружался в нее снова и снова, пока ее душа не слилась с его душой в крике, достаточно громком, чтобы разбудить мертвых.

Сьюзен лежала в постели, обхватив голову руками, и смотрела на тускло освещенный потолок спальни. Неужели Ал уже раскрыл дело и держит это при себе? То, что это было возможно, заставило ее задуматься, не делал ли он и раньше свой собственный выбор в пользу самосуда. Должна ли она с осторожностью открывать «нераскрытые» дела в свободное от работы время?

Она посмотрела на своего любовника, который лежал на боку и слегка похрапывал. За последнюю неделю она уже нарушила достаточно правил, чтобы закончить свою карьеру, неужели это было ещё одно?

Она протянула левую руку и коснулась его там. Даже вялый, он поразил ее своей работоспособностью. Его способность доводить ее до экстаза в постели, когда он занимался с ней любовью, была просто невероятной.


На следующий вечер в дверь сильно постучали, и когда Дуг открыл, вошла миссис Киттрелл с большой крытой сковородой и кувшином лимонада. «Добрый вечер, Дуг. Как ты сегодня?»

«Полагаю, примерно так же хорошо, как можно было ожидать, мэм. Боже, как вкусно пахнет. Что вы мне принесли?» Он взял кувшин и последовал за ней на кухню.

«Спасибо», — сказала она. «Сколько раз я просила тебя называть меня Шантель, дорогой?» Хотя Дуг считал ее пожилой дамой, живущей через дорогу, ей было только за сорок, и она ему нравилась. «Я принесла тебе сегодня лазанью. Надеюсь, ты любишь итальянскую кухню».

«Мне… мне нравится все, что вы готовите, миссис… Шантель. Вы фантастический повар».

«О, Дуг, ты просто голоден. Это говорит твой желудок».

«Я хотел спросить, — начал он, — не хотите ли вы поужинать со мной завтра или послезавтра? Что-то вроде благодарности… то есть, если тебе интересно».

«Конечно, Дуг, завтра было бы в самый раз. Скажем, в семь часов?»

«Да, мэм, ой, Шантель, это было бы прекрасно. Не хочешь остаться и поужинать со мной?» Дуг посмотрел на женщину по-другому. Она была всего на несколько лет старше его, и он начал замечать, как хорошо она за собой ухаживает. Кроме того, его несчастная жена ушла.

Шантель поддерживала легкий разговор, все еще слыша разочарование в голосе Дуга, когда они за ужином говорили обо всем, кроме его пропавшей жены. Завтра, решила она, они проведут приятный вечер с ужином в хорошем ресторане, и десертом в её спальне. Она улыбнулась ему, гадая, знает ли он, что она для него запланировала.

В тот вечер, когда она шла домой, она зашла на задний двор и посмотрела на свою маленькую цитрусовую рощу. Выкопать достаточно глубокую яму для первого дерева было проблемой, но после этого все пошло гораздо легче. Дуг был настолько слеп, что ему просто нужна была помощь ангела-хранителя.

Когда жизнь дает вам лимоны, — хихикнула она, — делайте лимонад.

Конец.