Курочка по зёрнышку. Часть — 3

Курочка по зёрнышку. Третья часть

Утро Сергея встретило удивительно солнечной погодой. Всю неделю моросил дождь, дул отвратительный, пронизывающий ветер, а сегодня, как по заказу – настоящая золотая осень! Что вполне соответствовало его душевному состоянию. Таким счастливым, просыпаясь, он себя ещё никогда не чувствовал. Только одно кружилось в голове – воспоминания о вчерашнем вечере.

Надев спортивные брюки, он прошёлся по квартире, но матери нигде не было.

— «Интересно, куда она ушла? — тяжело вздохнул сын, и непонятная грусть поселилась в сердце. – Неужели жалеет, что произошло вчера? А теперь стыдно показаться на глаза? Ругает за мимолётную слабость?»

— «Да, она права, нельзя нам не только делать, но и думать о том, что вчера совершили! – двоякое чувство раздирало душу. – А я тоже хорош, воспользовался тем, что она сильно выпила!»

— «И что вселилось в меня! Зачем стал так нагло приставать? — ругал себя он, прекрасно понимая, что поступить по-другому не мог. – Показывать свою сексуальную озабоченность»

И в раздумьях зайдя в зал, Сергей сел на диване. Его так и тянуло на место преступления. Облокотившись на спинку, он закрыл глаза, и сладострастные воспоминания, в мельчайших подробностях, закружились в голове. Ой, как это было прекрасно, хотелось вновь переживать эти чудесные мгновения!

Она как наяву вновь стояла перед ним на коленях, забрызганная спермой и Сергей машинально прикоснулся ладонью к напряжённым гениталиям. Рука скользнула под пояс брюк, обхватила дрожащий от желания стержень …

— «Нет! – неожиданно выдернул он руку. – Веду себя как последний идиот! Похоть вообще лишила остатков разума! Думаю только о себе!»

— «Придёт, поговорю с ней, извинюсь, — решительно пронеслось в голове. – Она меня любит, жалеет, а я пользуюсь этим …»

Он так углубился в свои размышления, что не заметил, как мать открыла входную дверь, зашла в прихожую и с улыбкой посмотрела на сына, сидящего на диване.


— «О, вы встали милорд? – на пороге комнаты стояла мама с подносом в руках. – Доброе утро, милый. Что-то сегодня долго спишь. А мамочка давно уже всё приготовила. Хотела подать тебе завтрак в постель …»

— «Мама …, — от неожиданности он вздрогнул и стеснительно забормотал, вскакивая с дивана, — … пошли на кухню …»

— «Нет, нет, — запротестовала она, – не сопротивляйся. Дай угодить мамочке своему котику …»

— «Если не удалось подать в постель, то будем кофе пить здесь …», — на лице играла такая обворожительная улыбка, что у Сергея отлегло от сердца.

— «Интересно, не обижается на меня, не жалеет, что произошло вчера между нами? – наряду с приятными воспоминаниями продолжали грызть внутри сомнения. – Надо сразу извиниться, попросить прощение и сказать, что такое больше не повториться …»

— «…Ведь она была выпившая и довольно прилично. Какую глупость спьяну не сделаешь? Не зря говорят: пьяная баба – дыре и словам не хозяйка! А я, как последний урод воспользовался этим …»

Но женская обворожительная улыбка сразу расставила всё по своим местам. И улыбнувшись в ответ, Сергей опять присел на диван:

— «Но если ты так хочешь, мамочка …»

Она поставила перед ним поднос с кофе и печеньем на журнальный столик, села рядом.

— «Как спалось, милый? Что снилось? Большая, тёплая мамина сися?»

Последний вопрос сразу резко поднял ему настроение, развеял грустные мысли.

— «Да нет, — засмеялся он, — мне вообще ничего не снилось …»

— «А жаль …», — кокетливо усмехнулась она и соблазнительно поправила бретельки бюстгальтера на плечах.

— «Спал, как убитый! Так ещё никогда не спал, — смотрел он в любимые глаза. – Отдохнул, просто, … здорово! Это всё благодаря тебе …»

— «Нашему вечеру?», — кокетливо улыбнулась, давая понять, что всё прекрасно помнит и ни о чём не жалеет.

— «Мама, … это было …невероятно …, — дрожал от волнения его голос. – Даже не знаю, … как выразить мои чувства к тебе …»

— «Ты была удивительно прекрасна вчера, — чувствовал он, как от воспоминаний вновь закрутило в паху. – Мне хочется тебе ответить тем же, … сделать ещё приятней, … чем было мне …»

— «Я рада Серёженька, что тебе было хорошо, — таинственная улыбка скользнула на женских губах. – Успокойся, ещё будет у нас время. Поверь, есть очень много того, что мы не испытали. С каждым разом всё будет лучше и лучше …»

Она тяжело вздохнула, сделала небольшую паузу и добавила:

— «Я тебе это обещаю вполне серьёзно …, намного лучше. А то, что свои обещания всегда выполняю, ты смог убедиться …»

— «На много?», — спросил он с нервной усмешкой.

— «Да, … милый …, на много …», — неожиданно заворковала она таким соблазнительным тоном, что у Сергея побежали мурашки по ногам.

Не успел он допить кофе, как мать встала, отодвинула журнальный столик и села ему на колени. Напряжённый член начал пульсировать желанием, в висках застучали отзвуки сердца. Без всяких колебаний женская рука обхватила его шею, и их губы слились в страстном поцелуе.

— «Ты, не возражаешь, — неожиданно она отстранилась от него, — если мы будем с тобой пока только целоваться?»

От её акцента на слово «пока», у него пробежали мурашки по ногам, перехватило дыхание и от надежды на что-то невероятное, закружилась голова.

— «Только целоваться!», — повторив, кокетливо мать, слегка коснулась пальчиком кончика его носа.

— «Конечно, нет! – улыбнулся Сергей. – Я готов на всё, лишь бы тебе было приятно со мной …»

И он положил ладонь на её затылок, и их уста в жарком поцелуе слились вновь.Они целовались долго и страстно, пока от охватившего безумия, совершенно не отдавая отчёт действиям, его ладонь не накрыла увесистую грудь, обтянутую тугой тканью бюстгальтера. И пальчики сразу наткнулись на упругий, нахохлившийся сосочек.

Женщина вздрогнула, отстранилась от него, с улыбкой посмотрев в задёрнутые лёгкой пеленой похоти глаза и тихо хохотнув, поцеловала в щёку:

— «Мы же договаривались? Только целоваться! А ты что делаешь проказник? Трогаешь мамкины сиськи!»

— «Они такие чувствительные, что к ним нельзя просто так прикасаться! – непонятные искорки блеснули в женских глазах. – Что ты наделал?»

Сергей промолчал, стыдливо опуская взор.

— «Ладно, сейчас вернусь любимый …, сиди, жди здесь …, никуда не уходи …», — тяжело, безысходно вздохнула она, встав с его колен, и скрылась в своей комнате, плотно закрыв за собой дверь.

— «Дурачок! — так и хотелось закричать ему, прекрасно понимая, что нарушил её желание – только целоваться. – Прости, опять не сдержал слово! Это в последний раз!»

Прошла минута, другая, третья, но её не было. А через десять минут Сергея охватило отчаяние.

— «Она не придёт, пока не успокоиться! – с горечью пронеслось в голове. – А может, вообще не придёт! Какой я дурачок! Попросила по-человечески – только целоваться! Дал обещание и не сдержал! Баран, какой я баран!»

Он сидел на диване с закрытыми глазами, слегка откинув голову назад, ругая себя последними словами за несдержанность, когда услышал тихий скрип двери.

Ему почему-то было стыдно открыть глаза и встретиться с ней взглядом. Что он мог сказать ей? То, что не держит своё слово и к нему не может быть никакого доверия? Предал в малом, предаст и в большем!

— «Милый, ты спишь?», — услышал совсем рядом нежный эротический голосок.

Как Сергею хотелось открыть глаза, но он с трудом подавил это желание.

— «Мой мальчик уснул? — вновь спросила она игривым голоском. – Спит бедненький котик …»

— «Я только хотела переодеться во что-то более удобное и приятное для него, а он уже спит. Думала, скучает о мамочке, а он …»

— «Вот так и верь после этого мужчинам …»

Каждой частичкой тела он чувствовал, как она стоит рядом и смотрит на него сверху вниз, но слыша женский игривый тон, Сергей решил подыграть.

— «Ладно, наверное, придётся попробовать в другой раз …»

И сделав небольшую паузу, тихо, эротично зашептала:

— «Раздразнил, раззадорил и бросил бедную девочку …»

Как было трудно удержаться, чтобы не открыть глаза.А она делала всё, чтобы он открыл их.

— «Не буду беспокоить, пусть котик поспит …»

— «Пусть ему приснятся большие мамины сиси и …, — еле слышно хохотнув, добавила, — …но и что ещё хочет …, чего не видел у мамочки …»

— «Спи котик, спи …»

В комнате наступила гнетущая тишина. Она стояла рядом, не собираясь уходить.

— «А может …, — вновь задрожал женский голосок, — … показать ему что-нибудь новенькое? Чего он ещё не испробовал с мамочкой …»

И нежные ладони заскользили по его ногам вверх. Сергей не мог видеть, но понял, что она опять опустилась перед ним на колени, как и вчера.Руки, то поднимались, гладя его живот, то опускались вниз, лаская бёдра до колен. И вот пальчики ухватились за пояс спортивных брюк, и медленно потащила их вниз вместе с трусами.

— «Мама …», — неожиданно открыл глаза, делая недоумённый вид, вроде бы и, правда, он спал.

Но она и он прекрасно знали, что это игра.Женщина улыбнулась и полностью стащила с него трусы, обнажая торчащий, как высоковольтный столб в степи, член:

— «Надеюсь, ты не возражаешь, если мамочка немножко поиграется с ним?»

— «Нет, … конечно, нет!», — смотрел Сергей на неё сверху вниз, видя только руки, голову и плечи.

Она, низко склонив голову, стояла на коленях между его расставленных ног. Сын с нескрываемой радостью заметил, что на ней нет халатика. Чёрные бретельки бюстгальтера, врезавшиеся в плечи, резко контрастировали с белоснежной кожей, вызывая у него бег эротической фантазии и предчувствия чего-то необычного, не испытанного ранее.

— «Твой петушок хочет поцеловаться с курочкой? Хочет почувствовать её губки, ласковый язычок? Нежный ротик? Дотронуться до горлышка?», — сексуальным голоском ворковала искусительница.

Сергей, глупо улыбаясь, не мог понять, о чём говорит, на что намекает она.Тёплая ладонь обхватила дрожащий член, и эротично закусив губку, женщина посмотрела таким взглядом, что у Сергея сжалось сердце, перехватило дыхание:

— «Так как насчёт этого? Мой котик не будет возражать?»

Он не успел сказать что-то в ответ, как она высунула острый язык и нежно лизнула головку, а затем скользнула по стержню сверху вниз к яичкам.

— «Ой, какой вкусный петушок! Ты не возражаешь, милый, если мамочка ещё попробует его на вкус? — замурлыкала она от удовольствия. – Не бойся, мамочка его не съест …»

От наслаждения Сергей улыбнулся и глубоко вздохнув, выдохнул:

— «Это просто сказочно …»

Женщина похотливо хихикнула и облизала напряжённый член снова от яичек до самого кончика, уделив немного больше внимания уздечке, вызвав у сына судорожные вздохи.

— «Ох …, — тихо застонал он, когда она умелым язычком ласкала головку. – Как приятно, … ты даже представить не можешь …»

Это было ни с чем несравнимое ощущение, такого Серёга не испытывал никогда.Соблазнительница удовлетворённо захихикала, словно бы говоря:

— «Я ещё и не то могу! Ты умрёшь от наслаждения под моими ласками!»

Умелый, опытный язычок через несколько минут довёл его до такого состояния, что Сергей не выдержал и жалобно заскулил, не в силах открыто признаться о своём желании:

— «Пожалуйста …»

— «Что, пожалуйста? – хихикнула женщина, прекрасно понимая его состояние. – Скажи, что ты хочешь? Что должна мамочка котику сделать?»

И она, словно издеваясь над ним, лизнула язычком по самому чувствительному месту, заводя ещё сильнее, чувствуя полную власть над ним. Теперь женщина сама в праве была решать — казнить или миловать. Продолжать мучать, прекратить ласки, не дать кончить или доставить ему внеземное наслаждение. Он как послушная собачка был у неё на поводке.

И Сергей не выдержал. Перебарывая стыд, признался в своём непреодолимом желании:

— «Возьми в ротик …, пососи …»

— «Ты хочешь с мамочкой заняться оральным сексом? — продолжала женщина наслаждаться его желанием к ней. – Но как ты можешь такое мамочки предлагать? Ух, какой ты шалун!»

— «Плохой мальчишка мечтает об этом?», — мурлыкала она, обдавая жаром дыхания его гениталии.

— «Да …, — тяжело дышал он, — … да …»

— «Хочет ей кончить в ротик?», — дрожал женский голосок.

— «Да …», — только и смог произнести Сергей, чувствуя, что сейчас сойдёт с ума от возбуждения.

— «Хочет, чтобы мамочка проглотила? — не унималась она, продолжая играться с ним, как кошка с мышкой. – Или не хочет?»

— «Хочу, … чтобы проглотила …»

Если бы Сергей знал, какое ей доставляло огромное удовольствие самой приставать к мужчинам, а не им к ней. Это так возбуждало, заводило женщину, что она теряла последние остатки разума. Могла пойти на самые смелые сексуальные эксперименты, от которых иногда потом ей становилось жутко.

— «Неужели я на такое способна? – часто удивляла она утром, просыпаясь обнажённой с мужчиной в постели. – Что он обо мне подумает?»

А Сергей ничего не только не знал, но даже не догадывался о тайнах интимной жизни матери.Похотливая улыбка заиграла на женском лице, и она, округлив губки, слегка выдвинув их вперёд, нежно, словно боясь обжечься, прикоснулась к лоснящейся от соков разбухшей головке. Женщина, как пчёлка обращалась с ним, добывая живительный нектар.

Миллиметр за миллиметром лиловая плоть начала погружаться в доступный ротик. Ох, как она любила сама, без принуждения, так ласкать сладкие мужские гениталии! Не просто любила, а обожала! Начинала течь, как последняя сучка и с этим женщина ничего не могла поделать. Возможно, это было самое любимое занятие в сексе с мужчинами, принимать их плоть за щеку, в горлышко. Быстро и медленно сосать, лизать, целовать яички, головку, стальной стержень, балансируя на грани оргазма. А если он ещё и говорил в её адрес грубые, пошлые слова, женщина вообще сходила с ума. Иногда казалось, что этим она может заниматься бесконечно …

Ей нравилась чувствовать себя шлюхой, падшей женщиной, сексуальной игрушкой в руках мужчины …Сергей не мог поверить, что член медленно, но уверенно погружался в тёплый, влажный ротик матери. Это бы за гранью его самой смелой эротической фантаз

ии. О таком он не мог и мечтать …

На секунду задержавшись вверху, смачно облизнув язычком головку, она несколько грубовато резко скользнула вниз, принимая почти полностью дрожащий от напряжения член в женское чрево. Он проник глубоко в гортань, и ей пришлось задержать дыхание, а на глаза навернулись слёзки. Женщина держала его там до тех пор, пока ей хватало воздуха. Затем она медленно двинулась вверх, пока головка не выскользнула из пухленьких губок, посмотрев на его реакцию слезящимися глазками.

Ниточка слюны, вперемешку с его соками, потянулась от кончика члена к женской нижней губке, и мать похотливо улыбнувшись, вновь обхватила головку губками, скользнула по стволу вниз.Она нежно целовала, лизала, сосала дрожащую от напряжения плоть, глубоко заглатывала, помещая её почти целиком в ротик, теребила волосатый мешочек с яичками, то быстро, то медленно скользила губками по нефритовому стержню, всё сильнее заводя его и себя от этой неистовой пляски.

Когда головка со смачным чмоканьем выскальзывала из пухлых губок, она не в силах была сдержать сладострастные стоны наслаждения, вырывающиеся из женской груди, а он балансирующий на грани оргазма дрожал всем телом, издавая нечленораздельные звуки.

— «Ой, — почти закричал он, — ещё чуть-чуть! Кончаю!»

И она сразу глубоко погрузила мужскую плоть в ротик. Он дёрнулся и тугая, горячая сперма брызнула в её горлышко …
Когда, наконец, член прекратил содрогаться в конвульсиях, быстро обмяк и начал уменьшаться в размерах, женщина выпустила его из губок, улыбаясь, смотря на него.

— «Ой, как хорошо …, — тихо застонал Сергей, с нескрываемым чувством любви и благодарности. – Это самое невероятное, что когда-либо чувствовал в жизни …»

— «Очень рада милый, что смогла доставить тебе удовольствие», — нотки искренности звучали в женском голосе, а из правого уголка губ, вытекала тоненькая струйка спермы, перемешенная с её слюной.

— «Счастлива, что тебе понравилось …», — тихо добавила она, вставая с колен и вытирая ладонью губы.

Только сейчас Сергей смог увидит, что на ней надето, и у него от нахлынувших чувств закружилась голова, с новой силой заныло в паху, член медленно, но уверенно начинал набирать силу.

Женщина была в одном нижнем белье, но в таком, что он не мог найти слов восхищения …

— «Мама, — немного оправившись от шока, задрожал его голос, — ты выглядишь просто …»

Он, как рыба, вытащенная из воды, безмолвно то открывал, то закрывал рот, не зная, что сказать дальше.

— «Ты выглядишь …», — и снова остановился, не в состоянии найти подходящего слова.

— «Спасибо милый, я знала, что тебе оно понравится, — сексуально замурлыкала женщина. – Я специально его купила для тебя …»

— «Ну, как оно тебе? – какие-то стыдливые искорки стеснения блеснули в бездонных глазках. – Не слишком откровенное? Может что-то другое, надо было надеть?»

Сергей не мог оторвать взгляда от стоящей перед ним матери. Если бы даже на ней было надето обыкновенное нижнее бельё или она была бы совершенно голой, он умер бы от восторга, а это …

Он смотрел в недоумении, перед ним стояла самая сексуальная женщина на свете в чёрном эротическом белье.

Чёрные чулочки, держащиеся на подвязках ажурного узкого пояска, совершенно не скрывали белизну женских бёдер. А полупрозрачные трусики, слегка прикрывающие низ животика, не только не прятали треугольник аккуратно подбритой лужайки лобка, но и после бантика из красной тесёмочки обнажали гладко выбритые валики половых губок, с хорошо просматривающейся расщелиной между ними.

Разрезы посередине чашечек бюстгальтера, с такими же красными бантиками вверху, как и на трусиках, словно напоказ бесстыдно выставляли изумительные сосцы, окружённые светло-коричневыми ореолами сморщенной кожицы. Конечно, чашечки не могли удержать столь мощную грудь, и она слегка опустилась вниз под своей тяжестью, придавая ей особый шарм. На женщине вроде бы было надето нижнее бельё, но все интимные части тела открыты, предоставлены для ласк любимому мужчине.

Оно было таким откровенным и бесстыдным, что Сергей не мог найти слов, выразить своё восхищение. Не каждая развратная и падшая женщина согласилась бы надеть такое на себя и в таком виде предстать перед взором мужчины. Лучше выйти совсем голой на улицу, с анальной пробкой в заднем проходе и жужжащим вибратором во влагалище, чем оказаться в роли покорной сексуальной рабыни, готовой на всё.

— «Мама …, — проглотил он комок, подкативший к горлу, — … ты выглядишь …»

Но он не смог договорить, спазм сковавший горло не позволял вымолвить слова.

— «Мама, … ты выглядишь …», — вновь попытался Сергей выразить своё восхищение, но не нашёл подходящих слов.

Ему никогда не приходило в голову даже в самых смелых эротических фантазиях, что она может быть такой! Сексуальней и желанней женщины на свете не было!

Не только одеяние, но и то, что она полностью доверяла ему, хотела показать все свои прелести, стать послушной игрушкой, приводило его в состояние сексуального безумия, лишало последних остатков разума.

И мать поняла это, ласково улыбнувшись сыну:

— «Я знаю милый, что ты хочешь сказать. Спасибо детка. Мой вид лишил тебя дара речи, а это лучший комплимент, красноречивей всяких слов!»

— «Не слишком я откровенно оделась, мой мальчик? – голосок стал более соблазнительным и сексуальным. – Нравится тебе тело мамочки?»

Подняв руки вверх, она провела растопыренными пальцами по волосам, словно расчёской и, сделав шаг, вперёд, соблазнительно похотливо вильнув попкой, села Сергею на колени. Его ладонь сразу опустилась на женское бедро, ощущая нежную ткань чулочка.

— «Милый, — посмотрела она ему в глаза, — ты хочешь поближе изучить тело своей мамочки?»

— «Хочешь поцеловать мои сосочки …, — эротично выдохнула мать, — …попробовать на вкус сладенькую киску?»

У Сергея не было слов, чтобы выразить восторг своего согласия, и он только глупо улыбнувшись, кивнул головой.

— «Вот и хорошо мой любимый …», — еле слышно слетело с женских губ, и она наклонилась к нему, целуя желанные уста.

Она нежно поцеловала его, но уже через несколько секунд их языки переплелись, как в последнем страстном экстазе. Ладонь Сергея ласкала увесистую грудь, чувствуя, как сосочек стал большим и твёрдым, словно резиновый.

— «Поцелуй её …, — неожиданно она отстранилась от его уст, — …пососи, … как в детстве …»

И Сергей наклонился, взял сосок в рот, сразу почувствовал на затылке ладонь матери. Она ухватилась за его волосы и с силой голову прижала к увесистой груди.

Его губы, язык, зубы лизали, сосали, покусывали нежную плоть. И когда он в порыве страсти неожиданно сильно прикусил торчащий сосочек, женщина вскрикнула, задрожала всем телом. Вспыхнула, как спичка.

— «Ой, как хорошо!», — громко вскрикнула она, ещё сильнее прижимая голову к себе.

А он продолжал бешеную пляску на правой груди, затем перейдя на вторую, яростно покусывал сосочек, вырывая из женского горла громкие стоны наслаждения.

— «Серёженька, милый …, — вдруг, как-то излишне стыдливо зашептали пухленькие губки, — …если хочешь, … может поласкать меня и там …»

— «Ты мужчина …, — сделав небольшую паузу, добавила она, — … и должен брать на себя ответственность …»

— «Я не могу об этом даже думать, а тем более тебя просить. Это выше моих сил. Решай сам …»

И Сергей сразу же положил мать на спину, продолжая неистово целовать грудь, опускаясь всё ниже. Облизав животик, он остановился на пупке, нежно лаская его язычком, вырывая из горла женщины сладострастные вздохи.

Добравшись до ажурных трусиков, он слегка развёл стройные, немножко полноватые, ножки в стороны и удивился изобретателям женского нижнего белья – после красного бантика находился вырез, полностью открывающий женскую промежность. Узенькие полоски чёрной материи словно обступали выпуклые, гладко выбритые половые губы, предоставляя их в его полное распоряжение.

Пробежавшись язычком по внутренним сторонам бёдер, он нежно прикоснулся к алой расщелине, с трудом веря, что перед ним находиться влагалище матери.

На секунду остановившись, он подул на разбухший клитор, пока она не заскулила и не посмотрела на него.

— «Скажи мне мамочка, что ты хочешь, чтобы я тебе сделал?», — произнёс он очень близко к киске, обдавая её горячим дыханием.

— «Съешь меня детка, … почувствуй вкус своей мамочки …», — чуть не прокричала она, закрывая глаза и откидывая голову назад.

И Сергей сразу набросился на желанную плоть, языком и губами, скользнув в ущелье между пухлыми валиками половых губок.

Мать от неожиданности вскрикнула и протяжно завыла, как волчица в период течки. На протяжении нескольких минут он, то интенсивно, то вроде бы потеряв всякий интерес, словно собираясь прекратить ласки, терзал влагалище бедной женщины, вырывая из груди сладострастные стоны, пока не прикоснулся язычком к разбухшему, словно спелой вишенке, клитору. Оббежав его острым язычком вокруг, он нежно взял созревший плод губками и слегка сжал.

Судороги побежали по телу женщины и она, обхватив его голову обеими руками, сильно прижала лицо к промежности.

— «Ой, как хорошо …, — застонала мать, — … какой ты умница …»

От осознания того, что ей с ним необычайно хорошо, Сергей заработал с удвоенной силой. Он не только начал посасывать спелую вишенку, но и засунул два пальца в податливое, доступное влагалище, прижал их к верхней стенке, почувствовав мочками слегка ребристую поверхность. Они начали нежно ласкать её, и женщина ещё громче застонала, совершенно теряя контроль над собой.

— «Ой, какой ты извращенец! – вскрикнула она. – До чего доводишь свою мамочку!»

Больше не в силах сдерживаться женщина начала выкрикивать грязные слова в свой адрес и адрес сына. В любой другой ситуации они бы резали слух, вызывая обиду и отторжение, но сейчас …, не было ласковей и приятней слов, ещё сильнее возбуждающих их.

Неожиданно она замолчала, резко выпрямила ноги, сильно сжимая его голову, и затряслась всем телом, словно женщину поразил разряд электрического тока, а из влагалища хлынул поток тёплой жидкости ему в лицо. Она лилась и лилась, расплывалась на диване огромной лужей

От недоумения он чуть не отпрянул от женской промежности, но во время спохватился и продолжил бешеную пляску на алтаре любви, а она всё извивалась в сладострастных муках.

Дрожь медленно, как бы нехотя покидала женское тело и через несколько минут, когда дыхание стало ровным, мать неожиданно засмеялась, не открывая глаз:

— «Ой, Серёжка, ты меня прости. Слышала о таком, но думала, что это ложь и женские сказки …»

— «Это первый раз. Даже не думала, что такое может быть со мной …»

— «Спасибо тебе мой любимый!»

Сергей недоумённо поднял голову и посмотрел на мать.

— «Иди сюда, — открыла она глаза и посмотрела на мокрое лицо сына, — дай я тебя оближу, как мама-кошка облизывает своего котёнка …»

Но взгляд её опустился ниже, и женщина похотливо усмехнулась, увидев торчащий член:

— «А может, хочешь мамин ротик?»

И через секунду Сергей сидел на пышной женской груди, а она ласкала, распирающие похотью и желанием, мужские гениталии. Умелые язычок и губки быстро сделали своё дело и уже через минуту, он выплёскивал в такой податливый и доступный ротик потоки горячей спермы.


Обессиленные, они ещё долго в обнимку, прижавшись, друг к другу, лежали на узком диване, пока она тихо не произнесла:

— «Ну, что Серёжка, надо вставать и принять душ …, а то вдруг кто-нибудь придёт …»

— «А мы дверь не откроем!», — усмехнулся сын.

— «Ладно, не балуйся, вставай!»

— «Мама, а можно я тебя помою?», — неожиданно спросил он.

— «Сильно хочешь?», — улыбнулась в ответ.

— «Сколько себя помню, об этом только и мечтал!»

— «Ну, если так сильно и давно хочешь, пойдём …, — похотливо улыбнулась она. – Только без всяких приставаний. Я уже старенькая, да и спермой ты меня накормил на неделю вперёд …»

— «Какая ты старенькая! – засмеялся он. – Ты женщина в самом рассвете сил!»

— «В рассвете, не в рассвете, но пообещай, что не будешь пытаться меня соблазнить! – хохотнула она и какие-то похотливые искорки блеснули в её глазах. – А то я женщина добродушная …, не смогу отказать любимому мужчине …»

— «Мама, конечно, не буду, у меня и в мыслях нет …»

Вдруг она о чём-то задумалась и тихо произнесла, целуя его в щёку:

— «Нет, милый, давай не сегодня. Я очень устала, мне ведь не двадцать лет. Мы всё можем испортить …»

— «Не надо спешить. Курочка по зёрнышку клюёт», — вздохнула она и опять о чём-то задумалась.

— «Мама, но я только посмотрю, как ты моешься …, вообще не буду к тебе прикасаться», — взмолился Сергей.

— «А ты никогда не видел, как мамочка моется?», — лукавые искорки блеснули в её глазах.

— «Нет», — соврал сын.

— «Не обманывай меня, — усмехнулась она. – А когда я утром пришла, принимала ванную? Помнишь? Или уже забыл? — посмотрела она ему прямо в глаза. – Ой, какая у тебя короткая память …»

Сергей стеснительно опустил взгляд, ему стало стыдно, что мать поймала на лжи.

— «Прости, — подходящие слова давались сыну с трудом. – Это случайно получилось. Ты не закрыла дверь …»

— «Я не думал, … что ты заметишь …»

— «А я и не сразу обратила на это внимание, только когда в ванную залезла, поэтому и задёрнула шторку»

— «Не хорошо мамочку обманывать, — встала она с дивана. – Но я прощаю, и забудем об этом …», — серьёзно произнесла она, и он понял, что сегодня никакого продолжения не будет.

Трусики сзади совершенно не прикрывали пухленькие, белоснежные ягодицы, скрывшись в расщелине между ними. Половинки соблазнительной попки ритмично задвигались, словно что-то перемалывая между собой, и у Сергея сжалось сердце, волна возбуждения с новой силой набросилась, закрутила в водовороте страсти. Как хотелось броситься к матери, обнять, целовать, ласкать любимое тело …

Но уже через несколько секунд он услышал, как в ванной комнате зашумела вода.

— «Может она и права, — тяжело вздохнул Сергей, — курочка по зёрнышку клюёт …»

Конец третьей части