Интересная игра. Без тормозов

ЧАСТЬ 3
1

Утро следующего дня опять выдалось солнечным. Проспал я долго, часы показывали половину двенадцатого. Сквозь плотно зашторенные окна в комнату пытался пробраться день. Прослушивалось жужжание шальной мухи, безуспешно таранившей стекло в поисках выхода который, как всегда, был на пару сантиметров в стороне от нее. Вчера я долго не мог заснуть, прокручивая события дня, так и не решив, как теперь вести себя с Викой. Скорее всего, надо делать вид, что ничего не произошло, вдруг она переживает, что переспала со мной. Вот и сейчас проснувшись, я вспомнил вчерашний вечер, задавая себе всё тот же вопрос.

Меня смущало, что Вика старше меня, да ещё и моя двоюродная сестра, поэтому секс между нами, как я уже понимал, это не хорошо, хотя угрызений совести совсем не чувствовал, даже наоборот хотелось повторить сексуальные эксперименты со своей старшей сестрицей. Только наверное она будет против этого. Помнится, она ещё про инцест упоминала, но явно саму Вику это тогда не беспокоило, иначе бы не трахалась со мной.

Ну ладно, наконец решил я, хватит накручивать самого себя и переживать. Главное фотографии то у меня всё равно остались. Эх, хорошо однако я придумал скопировать их!

По отсутствию посторонних шумов стало ясно, что дом пуст. Потягиваясь и всячески еще продлевая утреннее валяние в постели, я наконец встал, заглянул в комнату Вики и на кухню, после чего окончательно убедившись, что никого нет, вынул телефон и стал рассматривать вчерашние фотки. На всех снимках Вика демонстрировала себя во всей красе. Жаль конечно я не делал видео. Мечтательно просмотрев фотографии, мне безумно захотелось продолжения.

Понимание, что Вики нет и во дворе, пришло как-то неожиданно, подойдя к окну, я обнаружил отсутствие её машины. Сначала был испуг, что она обиделась и уехала домой, но быстро пришло уразумение, что если вещи на месте, то скорее всего она просто куда-то отъехала. Поразмыслив ещё, я понял, что не станет она уезжать домой из-за вчерашнего, не в её интересах выносить сор из избы. Да и дуться на меня было не за что. Я же её не неволил, она сама мне вчера всё позволяла, включая и секс.

Пришлось позвонить ей, чтобы прояснить, что происходит. Вика сразу взяла трубку, бодро сообщив мне, что едет назад из магазина. Голос её был дружелюбен, и мне стало понятно, что она не обижена, значит всё в порядке. От души отлегло.
Получается у меня есть ещё минут десять, пока Вика будет в пути. Надо перекачать вчерашние фотки в нетбук, как раз успею. Сделав это, я опять внимательно, уже на большом экране, просмотрел снимки. Замечательно! Несколько темновато, но видно всё хорошо.

— В магазин съездила, чего-то проснулась рано. Ну и дыра тут у вас, даже аптеки обычной нет. На том берегу сказали ближайшая, так туда ехать хрен знает как в объезд, — выкладывая из сумки продукты негодовала она, когда приехала. – Словно в деревне глухой живём. Презики, когда в магазине покупала, продавщица меня за прошмандовку наверное приняла, так смотрела подозрительно, как будто кроме меня здесь никто гандоны не покупает.

На кухонный стол легла прямоугольная пачка презервативов. Поймав мой вопросительный взгляд, она заулыбалась и в обычной своей манере съязвила:

— На чужой каравай рот не раскрывай. Это в автомобильную аптечку. Запас.

День пролетел незаметно. Мы сходили в лес, а после обеда опять купались и загорали. Вика с наслаждением рассказывала всевозможные анекдоты и с усмешкой наблюдая за мной, при этом делая вид, что вчера ничего не было. Мне жутко хотелось опять потрогать её груди и аппетитную попку, когда она загорала, но Вика сегодня была неприступной, пресекая любую попытку приобнять себя. Она специально, поигрывая со мной, как кошка с мышкой, пользовалась любым предлогом, чтобы показать свою стройную фигуру в открытом купальнике, принимая эротичные позы, но предложение поиграть в какую-нибудь карточную игру не поддержала, высокомерно сказав:

— Опять на желания, и всё такое прочее, не хочу, а просто так не интересно.

— Ага, испугалась! — попытался раззадорить я её.

— Чем же ты сегодня меня испугать-то можешь? – насмешливо откликнулась кузина. – Вчера вроде уже пробовал. И что?

— Ах да, у тебя же теперь презервативы есть, — на ходу импровизировал я. – Ты поэтому смелая?

Она небрежно пожала плечами, и возмущённо стрельнув глазами в мою сторону, отрезала:

— Не говори ерунду.

Потом замолчала, словно что-то обдумывая, но уже через мгновение её словно прорвало:

  • Презервативы совсем ни при чём. Вчера же их не оказалось, но от половой близости я не увиливала. Ты ведь пользовался мной, как хотел, верно? Вернее пользовался, как умел, так пожалуй точнее будет. Кстати, мог бы и поинтересней придумывать желания, я бы выполнила, уж поверь, но это теперь не важно. Так вот, заметь, я не отказывалась трахаться без резинки и противозачаточных, хотя в последнее время стараюсь так не делать. А знаешь ли, трахаться совершенно не предохраняясь, в самый залётный период между месячными, не самое разумное занятие, только ещё от тебя не хватало забеременеть. Второй аборт мне сейчас совсем не нужен…

Вика резко замолчала, понимая, что переборщила с откровениями, но видимо она сильно на меня разозлилась, поэтому уже перейдя на повышенный тон, продолжила:

  • Мне, между прочим, уже приходилось исполнять чужие прихоти, и терпеливо подчиняться… После того как узнала, что муж изменяет с шалавой какой-то, неделю на взводе была, а потом решила наставить тоже ему большущие рога. Нашла slave-клуб и почти каждую неделю туда ходила. Глупая была, мстила так ему. Потом вошла во вкус и стала участвовать в экстриме… В итоге беременность и поздний аборт… Так, что поверь, вчера ты не придумал ничего нового. Все это я уже не один раз проходила.

И не надо сейчас выдумывать, что отсутствие презервативов как-то заметно повлияло на моё поведение! — Вика с превосходством победительницы посмотрела на меня. – Конечно, я немного переживала, когда твоя сперма оказалась во мне, и ты это видимо заметил, но я же извинилась, хоть и не была обязана свои эмоции полностью скрывать, ты мне таких условий не ставил. Мне надо было просто не стесняясь выполнять твои желания, и я с этим легко справилась. Разве не так?

— Откуда мне знать насколько легко это для тебя было, — вывернулся я, ошеломлённый Викиной тирадой.

— А тут и знать нечего. Легко и без проблем, — произнесла она раздражённо, словно бахвалясь. Потом немного подумав, и видно мне в отместку, заносчиво сообщила:

— Я почему-то думала ты от меня будешь требовать что-нибудь посерьёзней банального траха. А ведь игра на желания даёт столько возможностей сделать из женщины послушную марионетку для сексуальных забав… Ты, милый, много интересного упустил. Мы ведь, на самом деле, совсем неправильно играли, ты просто не спросил, как можно развлекаться с женщиной в таких играх, и какие желания можно заставлять при этом выполнять, а я не стала углубляться в правила. Ведь ты… Короче неправильно всё было.

— Что значит неправильно? – удивился я столь резкому интригующему признанию. – А как тогда надо правильно?

Ответила Вика не сразу. Словно всё ещё не простив меня за реплику про презервативы, она презрительно хмыкнула и долго молчала, поджав губы, а потом, как будто делая мне одолжение медленно нехотя заговорила:

— Только если играть по строгим правилам, то можно максимально использовать возможности такой игры. Правила простые – чётко, без лишних эмоций, разговоров и пререканий выполнять, что говорят, а за неподчинение назначаются штрафные наказания. Иными словами за любое нарушение можно и нужно наказывать и это самое главное. Женщину это подстегивает быть терпеливой и очень услужливой.

Тебе, дорогой, надо было вчера, с самого начала, специально придумывать такие желания, которые принуждали бы меня к постоянной интимной близости. Отказаться я бы не смогла. Значит, была бы вынуждена подчиняться и помалкивать. Только одно дело просто трахаться для удовольствия, и совсем другое, трахаться почти насильно, когда тебя имеют во все дыры и обращаются как с блядью. Такое долго не стерпишь, гордость не позволит. И это ты бы тоже мог использовать. У любой женщины есть границы допустимого в сексе, — Вика, на секунду замялась. — Я вот анал ненавижу, и всегда на этом попадаю. Ну короче, по правилам нельзя проявлять свой стыд или замешательство, даже если больно или неприятно, а отказ от секса это вообще очень серьёзное нарушение, влекущее неизбежное наказание. Понимаешь?

— Понимаю, но не очень. Зачем вообще нужны эти наказания, если ты и так была обязана мои желания выполнять? – тихо спросил я, представив себе голую Вику, исполняющую самые мои похабные желания.

— Наказания очень даже нужны и они совсем не безобидны. С их помощью можно полностью управлять своей партнёршей, заставляя её делать такое, на что при обычном интиме она никогда бы не решилась. А ещё наказания увеличивают время игры… В общем, игру можно сильно затянуть, если исполнительница желаний попадётся не слишком услужливой и покладистой. Вот и ты мог бы надолго затянуть нашу игру и не спеша пользоваться мной, получив намного больше, в сексуальном плане, чем пару вчерашних простеньких перепихов, — с нескрываемой самодовольной иронией сообщила сестрица, и подленько скривила губы.

2

У меня буквально пересохло во рту. Викины слова заставили вообразить, как бы я использовал вчерашние желания, если бы знал всё, что узнал сейчас.

— Получается за нарушения, не только наказывают, но и время прибавляют? — догадался я.

— Именно так. Ты бы вчера так быстро соображал. Как ты уже наверное понял, все желания, которые надо исполнять должны быть только из области секса. А вот при наказаниях можно заставлять делать, что угодно. Вот и получается, что за всякое смущение, лишние разговоры и другие нарушения прибавляют дополнительно время, и наказывают, причём очень обидно и больно. Могут влагалище растягивать бутылкой.

Могут засос на видном месте оставить или длинную свечку затолкать сам понимаешь куда… — сестра запнулась, словно проговорилась и поморщилась. — Поначалу, после таких наказаний, ощущения мерзкие, чувствуешь себя использованной… Потом привыкаешь и уже не думаешь про это, стараясь делать без рассуждений, что тебе приказывают. Вообще в плане секса, в такой игре, с женщиной можно проделывать, что угодно, запретов вообще нет. Это основное правило. Например, если играющих много, то я бы была обязана по первому требованию, быстро и молча, отдаваться всякому желающему или обслуживать сразу нескольких партнёров, никаких ограничений не существует.

— Ты хочешь сказать, что даже со мной смогла бы без ограничений… — робко спросил я.

— Почему нет? — вопросом на вопрос хитро ответила Вика.

— Ну ты же старше и всё такое… — сконфуженно уточнил я, намекая на родство.

— И что из этого? — Кузина сухо улыбнулась, словно вспомнив, что-то интересное. Томно вздохнула и заговорила снова:

  • Я была свидетельницей, как одна моя знакомая, была вынуждена трахаться со своим младшим братом. Да, да, и не надо морализировать на эту тему. Так, можно сказать, случайно вышло. Все знали, что у неё есть сводный брат и живут они как кошка с собакой, в постоянной ругани. Случайно, поймав братца на подсматривании за собой, она оттаскала того за волосы, а братец за это вскрыл на её компе переписку, понял что она посещает тематический секс-клуб, и потом пытался мелко шантажировать её этим. Она буквально ненавидела своего сводного младшего брата.

Вот поэтому, когда девка, сославшись на молочницу, пропустила обязательный субботний групповой секс, я решила позвонить её брату и без труда выяснила, что прогульщица вчера ушла на свидание и осталась на ночь у своего парня. Это была серьёзная провинность, ведь личная жизнь была под запретом.

Припёртая фактами, наша красотка созналась, что влюбилась, вступила в половую связь, и всё к свадьбе идёт. Не понимаю на что она надеялась. Конечно ей запретили даже думать о замужестве. Она должна была порвать все любовные отношения. Заодно мы придумали ей отличное наказание. Я снова позвонила её братцу, и надеясь, что он клюнет на наживку, предложила приехать посмотреть эротические фотографии своей взрослой сестры, в конце разговора намекнув, что если он поторопится, то сможет увидеть не только фото.

А смотреть реально было на что. Копия Anita Blond, порноактрисса такая была, видел небось. Не шучу, реально очень похожа. Мужики от таких длинноногих баб тащатся. Деваха стройная, красивая, тело подтянутое… Короче смазливенькая высокая блондинка с роскошным крепким бюстом. У нас ведь в клубе был строгий отбор. Принимались только нерожавшие девушки модельной внешности, не состоящие в браке или, как я, разведённые.

Приехал этот любитель эротики скоренько, и мы прошли в смотровую комнату, куда затем привели его старшую сестру. Она конечно увидев братца изумлённо округлила глаза, забеспокоилась но взбрыкивать не стала, понимала, что выбора нет, разделась молча и не показывая стыда, встала перед ним в выдрессированной позе «ноги врозь, руки за голову». А когда тот достаточно возбудился от зрелища, ему в шутку предложили трахнуть эту голую куклу. Только обязательно с одним условием – кончать в неё. И если он так сделает, то старшую сестру отдадут ему в длительное пользование. По братику было видно, что он совсем не против, а вот его сестра, вообще-то девица без комплексов и тормозов, услышав, что предстоит трахнуться со своим младшим братом, сильно напряглась и занервничала, а уж когда поняла, что мстительный братец вероятно станет её новым хозяином и сможет пялить её в любое время, то вовсе приуныла.

Представляешь, каково это – отдаваться по чужой прихоти собственному брату старшекласснику. А ведь до этого, сама же его гоняла за подглядывание. Уж я хорошо понимаю состояние молодой незамужней женщины, которую обстоятельства вынуждают согласиться на такое. И надо ведь не просто лечь под жаждущего секса юнца, а ещё молча стерпеть, когда он оставит в истраханном влагалище изрядную порцию залётной спермы. Я конечно тогда немного офигела, видя, как братец горит желанием перепихнуться со сводной сестрой, а обнаженная сестра даже не делает попыток избежать инцеста. Короче, всё получилось само собой, а ведь мы же не собирались по настоящему их спаривать, просто припугнуть немного хотели, взбодрить.

Но девка оказалась такой дисциплинированной, что безотказно отдалась своему же брату предателю, изображая, что ебётся совершенно добровольно и это её ни капельки не напрягает. Охала и стонала она тоже правдоподобно, и даже где-то с середины старательно подмахивала, делая непринуждённый вид. Но я то видела, как эта покладистая сучка испуганно замерла, когда её младший братец спускал глубоко в неё.

Почти каждую неделю устраивались такие весёлые свидания. Она конечно бесилась, это было видно, но сделать ничего не могла, поэтому секс между ними походил на борьбу. Ирина, так её звали, брезгливо поджав губы демонстрировала своё презрение, а Андрей, так звали его, в отместку наказывал её из-за малейшей мелочи и нарочно старался кончить в неё. А потом, по Иркиной переписке, братец понял, что сестра продолжает встречаться с парнем из своего института. Любовь типа у них, серьёзные отношения…

Вика поморщилась, словно от кислятины и замолчала. Молчал и я, ошалев от услышанного. Но моя сестрица, ничуть не смущаясь продолжила:

— В результате, от всего одного звонка, вся эта любовь-морковь накрылась медным тазом. И за лето братик вымуштровал сестру так, что хоть на панель выводи, идеальная получилась бы проститутка, а главное послушная. Мне всегда было интересно, как они общаться будут в дальнейшем, как в глаза друг другу будут смотреть, как Ирка сможет забыть, что вытворял с ней младший братик, как она простит ему, что потеряла жениха которого вроде любила, как заставит себя не вспоминать про всё остальное… Хотя это конечно дело не моё…

Всё время, когда я слушал этот монолог, меня не покидало непонятное возбуждение. Вика безучастно разглядывала облака, лёжа на покрывале, оставив меня в полном непонимании, как воспринимать эту пошловатую историю. Что она хотела мне этим сказать? Неужели и с ней можно было так вчера? Сама Вика вроде как восхищалась выдержкой девицы, но в то же время осуждала, что сестра спала с братом. Или наоборот не осуждала… Непонятно… А мне то как реагировать?

— Она же забеременеть от собственного брата могла! – осторожно проговорил я, нейтральным тоном, чтобы было не понятно моё отношение к инцесту.

— И что? Она ведь знала на что шла. Залёт ни к чему не обязывает, это только её проблема, — Раздраженно отшила меня Вика.

— А таблетки? Помнишь ты про какие-то хитрые таблетки говорила?

— Ого, смотрю ты озаботился женскими заморочками. Не переживай, Ирку эти таблетки бы не спасли. Она ведь долгое время регулярно трахалась с братом. Постинор же, для случаев разовых, типа как мы вчера, трам-пам-пам без презика и разбежались. Нельзя постинором каждую неделю пользоваться. Понимаешь?

Я отрицательно помотал головой. Честно говоря такие сальные подробности меня немного смущали. Но Вика, как нарочно, продолжала ковыряться в этой щекотливой теме.

— Это таблетки исключительно для медикаментозного аборта. Ну типа экстренная контрацепция. Даже если оплодотворение произошло, то оплодотворенная яйцеклетка не закрепиться на стенке матки. Но есть одно очень существенное ограничение применения этого средства. Нельзя такую отраву глотать после каждого полового контакта, – Сестрица хитро улыбнулась и мазанув по мне взглядом, слащаво прощебетала: — Что-то слишком много тебе рассказываю, как ты считаешь? Тебе хоть интересно?

Я кивнул, стараясь не смотреть на Вику, а она поигрывая сорванной травинкой, увлечённо произнесла:

  • Конечно лучше не рисковать и пользоваться всегда резинкой или уж хоть вагинальными контрацептивами, тут я с тобой полностью согласна. Тем более в случае инцеста, — она сделала паузу и выразительно покачала головой, встретившись со мной взглядом. – Только это не всегда возможно. Мне вот вчера, по моей же глупости, предохраняться было нечем. А трахаться с тобой я была должна в любом случае, никаких отговорок ты бы не принял, ведь так? Поэтому пришлось подавить в себе сомнения и не думать про всякую ерунду. Кстати, будь вчера у нас презервативы, ты бы всё равно мог ими не пользоваться, я бы не имела права протестовать. Ты даже мог бы специально запретить мне использовать любые противозачаточные средства, если бы конечно они у меня были.

— Это ещё зачем? – ошалело удивился я.

— Женщина в такой игре, как вещь, как живая кукла для секса… Она как бы не принадлежит себе собой и следовательно не имеет права возражать… — Вика на секунду запнулась. — Ну я ведь уже тебе про это говорила… А если кукла боится забеременеть, то это только её проблемы… Вот и придумывают такие желания, которые способны спровоцировать возмущение, испуг… И…

Кузина как-то пристыжено замолчала, артистично делая вид, что ей неприятно это рассказывать. Наш разговор всё больше и больше уходил в пошловатые тонкости игры на желания. И уводила его туда сама Вика, каждый раз, словно случайно вспоминая какой-нибудь пикантный эпизод игры, тем самым разжигая интерес всё новыми и новыми щекотливыми возможностями, которые предоставлялись бы мне, знай я вчера эти чёртовы правила. Причём, в какой-то момент, мне уже начало казаться, что сестра выдумывает некоторые правила по ходу нашего разговора, чтобы специально продемонстрировать шокирующую степень своей сексуальной раскрепощённости. Вика целенаправленно пыжилась внушить, что в игре на желания всегда есть риск залететь, но правила одинаковы для всех — испытуемая женщина не имеет права отказаться от незащищенного секса даже в случае инцеста. И её рассказ, как заставляли трахаться взрослую смазливую девку с собственным братом, похоже должен был убедить меня в этом. Особенно она почему-то муссировала тему случайной беременности. Но больше всего меня поразило, что Вика не ставила под сомнение моё право запретить ей предохраняться.

Было очень похоже, что сестрица всё никак не может простить себе, что я заметил вчера её нервозный испуг, когда презервативов не оказалось в пустой пачке, и последующую её панику, когда кончил в неё. Вот, скорее всего поэтому, моя амбициозная кузина, теперь упрямо пыжилась доказать мне, что смогла бы вчера сколько угодно заниматься сексом, не препятствуя возможности забеременеть от меня, хоть это и крайне нежелательно в её положении. Звучало это дико, но говорить сейчас она могла, что угодно. Проверить реально, на что бы моя раскрасавица сестрица решилась вчера вечером, было сейчас невозможно. Да и вообще теперь ничего уже не проверить. Сестра явно больше не собиралась повторно оказаться в роли исполнительницы желаний и особо не заботилась правдивостью своих заверений.

— Поэтому, частенько, при групповых играх, с провинившейся женщиной особо не церемонятся, — застенчиво прошептала Вика. – И попробуй без разрешения вскочить или соскользнуть с члена в момент семяизвержения, сразу за такое неподчинение особым способом накажут. Страх такого наказания знаешь как дисциплинирует, и в то же время делает незащищённой и уязвимой. Это изощрённое издевательство, поверь. К мысле, что залетишь непонятно от кого, нельзя привыкнуть… Начинаешь мандражировать и совершаешь глупые мелкие ошибки, за которые тоже наказывают. И так по кругу до бесконечности. Обидно до слёз, но нужно терпеть…

Сестрица как-то загадочно скривила губы. Меня же опять сильно удивило, что она совсем не стесняется рассказывать мне подробности игр, в которых возможно участвовала, словно пытаясь вызвать во мне ревность.

— Что ты имела в виду, когда говорила про наказание особым способом? — небрежно спросил я.

— Не важно… У тебя вчера всё равно не было повода проделать это со мной, — поспешно и путано начала она. — Обычно так поступают с женщиной, если она не хочет… Эээ… Если в неё… Ну, скажем так, недовольна что в неё кончили…

— Так ты вчера вроде сильно недовольна была, когда…

— Неправда, — раздраженно перебила Вика. – Это только первый раз… И то сразу извинилась, за своё поведение. Потом я молчала… Хватит уже про это…

— Ага, помню, помню, как ты сразу извинилась, — съязвил я, довольный, что могу её позлить.

— Ладно, признаю, что вела себя неправильно, как я ещё должна перед тобой повиниться, что бы больше ты об этом не вспоминал? – повысила голос сестрица. – Любая бы, на моём месте, занервничала.

— Ага, вот ты опять призналась, что нервничала и была недовольна, — не унимался я.

— Всё. Хватит. Замолчи. Ты не видел, как другие психуют… Особенно когда ни разу не залетали до этого, — истерично взорвалась Вика. – Да и потом это всё мелочи. Ну сколько можно одно и тоже перемалывать? Ведь сто раз уже повторила, что играй мы вчера как положено, по серьёзному, я бы так себя не вела. Я бы ни за что не рискнула просить не кончать в меня, а уж тем более предлагать презервативы. Ты даже не представляешь, что делают с провинившейся женщиной если она не даёт кончать в себя…

Вика резко замолчала, недовольно глядя на меня. Но пар она видимо выпустила не полностью, поэтому неприязненно заговорила опять.

— Да что там презервативы… Мне вообще ничем предохраняться без разрешения было бы нельзя. По правилам женщина не может отказаться от открытого сексуального контакта и не может самостоятельно применять противозачаточные средства. А наказания для того и придуманы, что бы не возникало соблазна нарушать правила. Так что не надо постоянно намекать, что вчера я вела себя как-то не так. Ты про правила только сейчас узнал и про наказания тоже. Так чего ты теперь пытаешься права качать, надо вчера было это делать, когда я голой твои желания выполняла.

— А ещё за что наказывают? – перевёл разговор я, видя что сестра не на шутку завелась.

— За всё! Например, за то, что сжала ноги, или за то, что вскрикнула, ну или за то, что сперму не проглотила, — чопорно перечислила Вика, постепенно успокаиваясь. – За поцелуи…

— Это чего, целоваться что ли нельзя? – искренне удивился я.

— В губы нельзя. Вернее, ты меня целовать можешь если захочешь конечно, а вот мне отвечать запрещено, а уж тем более нельзя самой целовать партнёра в лицо или губы. Ты разве не понимаешь почему?

Что бы не ляпнуть чего лишнего, я предпочёл неопределённо хмыкнуть и пожать плечами, на что сестрица нехотя пояснила:

— Вот представь. Девка обслуживает нескольких партнёров, её пользуют во все места, в том числе и в рот, а потом она лезет целоваться… Тебе бы приятно было?

Вопрос меня озадачил и смутил. Получалось, что она сама, прекрасно понимает, что участвуя в таких играх, опускается до уровня бляди, которую даже целовать противно. Чтобы не обидеть Вику, я тактично не стал высказывать своего мнения по этому поводу, а только констатировал:

  • Вот значит причина почему, ты вчера не целовалась, когда мы… Ну это самое…

Я недоговорил, а сестра улыбнулась, как будто услышала, что-то весёлое.

– Ну типа того. Такие вот правила, но ты ими не воспользовался… Кто не успел, тот опоздал… Проехали.

3

Сестра старалась говорить уверенно и спокойно, но присутствовало ощущение, что она взболтнула лишнее и теперь пытается достойно выкрутиться.

  • Жалко, что вчера ты про это не рассказывала… — начал было я, но осёкся поймав на себе пронзительный взгляд кузины.

— Вот потому и не рассказывала, чтобы у тебя соблазна придумывать всякую хрень, типа грузиков на половые губы, или инсеминации, не возникло. Все вы одинаковые, вам только дай волю, сразу измываться начинаете, — ответила Вика снисходительно и показала мне язык.

Это получилось так смешно, что мы засмеялись.

— Что ещё за инсеминация? — Ухватился я за новое слово.

— Вот ты любопытный, где не надо, — она наигранно погрозила мне пальчиком, и смущенно примолкла, потом махнула рукой, мол, всё равно уже всё разболтала, чего теперь скрывать, принялась растолковывать, — Это когда сперму прямо в матку вводят для искусственного оплодотворения. Можешь сам набрать в поиске ютуба это слово, и увидишь наглядно, что и как. Только там показано, будто это сложная процедура, на самом деле всё гораздо проще и быстрее. Вот таким нестандартным способом у нас наказывали строптивую девицу, если при половом акте, она предохраняется самовольно или паникует, когда во влагалище кончают. Как говориться, боязнь залететь не освобождает от исполнения обязанностей. Клин клином вышибают. А уж после такого живодёрского наказания залететь больше вероятности, поэтому лучше не нарываться. Кстати, забыла сказать, после секса, когда из влагалища вытекает сперма, женщину можно заставлять собирать, то что вытечет… Есть такое правило.

Вика взглядом показала себе между ног и холодно улыбнувшись, проимитировала, как подставив ладонь к лону, собирает вытекающие соки, а потом сливает это себе в рот и слизывает остатки с пальцев. Вышло реалистично и изысканно пошло.

— Ой, что-то отвлеклась, — она встрепенулась, кокетливо вскинув брови. — Так о чём я? Ага, про искусственное осеменение… Берут шприц, набирают сперму, надевают, например, тонкую катетерную трубочку, потом вводят её через цервикальный канал поглубже в матку и всю сперму из шприца туда выдавливают. Понятно излагаю?

— Если честно, то ни фига не понятно, через чего куда, что вводят, — отозвался я, зная Викину страсть строить из себя учительницу.

— Надо было вчера, прежде чем тащить меня в койку совокупляться, взять вагинальное зеркало и рассмотреть моё женское естество, времени было предостаточно. Тебе бы только трахаться, — надменно съязвила она, а потом заученными фразами объяснила: — Цервикальным каналом называется участок шейки матки, соединяющий маточную полость с влагалищем.

Этот канал, по сути, отверстие такое, его еще называют зевом иногда. Не слышал? Ну вот именно через него во время менструации выделяется кровь, а во время незащищенного полового акта он становится воротами для сперматозоидов. Вот ты спускал в меня вчера, моё влагалище долгое время было заполнено твоей спермой, а через цервикальный канал сперматозоиды проникали в матку, и если бы у меня была овуляция, могло произойти оплодотворение…

— Да что ты говоришь, — передразнил я её, хотя конечно понимал, что будущий врач, уж наверное знает, что говорит.

— Кстати если бы ты посмотрел этот канал у меня, то увидел ровное круглое отверстие, это говорит, что я ещё не рожала. А если бы рожала, то он был в виде растянутой полосочки, — продолжила Вика, не замечая мою реплику. – Так вот когда сперму искусственно вводят в матку против воли женщины, то для неё это как изнасилование, даже ещё обиднее. Очень эффективное наказание, рекомендую.

— Так для этого наверное специальный инструмент нужен, — продолжал допытываться я.

— Ничего там специального не надо, — отмахнулась Вика, — шприц да тонкая трубка от катетера длиной сантиметров тридцать. Делов то. Даже у меня в аптечке всё это есть. Нет, конечно надо ещё влагалище вагинальным зеркалом раскрыть, как можно шире, и лечь правильно, но это уже детали…

— Прикольное наказание, — ответил я, чтобы разговор не затух.

— Чего прикольного то? – завелась неожиданно она. – Ты представляешь что при этом чувствует женщина? Даже не в том дело, что необработанная сперма, при неудачном введении, может раздражение спровоцировать, а когда её вводят очень много, может и лёгкие болевые спазмы вызвать. Самое главное, вообще-то в том, что очень реально оказаться беременной или воспаление в матке получить. Это прикольно для тебя? Да?

Вика возмущённо передёрнула плечами, как будто я только что проделал с ней то, о чём она мне рассказывала, потом, немного успокоившись, заговорила снова.

— Не поймёшь ты… И зачем я тебе это всё рассказываю…

Я и сам чувствовал себя очень неуютно от Викиной тирады, понимая, что взболтнул глупость.

— Какой смысл так наказывать? — поинтересовался я, заглаживая свой промах. – Слишком мудрёно…

— Смысл очень простой, помучить, и заставить переживать. Ведь при овуляции вероятность зачатия очень велика…Чего не понятного? Такое издевательство над собой, не каждая выдержит…

— А ты бы выдержала если бы вчера тебя так… — начал было я, но остановился, проклиная себя за нелепый вопрос.

— Мне двадцать шесть лет, я же не девственница семнадцатилетняя, которая не знает, что при залёте делать, — язвительно ответила Вика, а потом словно поняв смысл моего вопроса, возмущённо встрепенулась. – Ты что, во мне сомневаешься?

Кузина, как мне показалось, специально упомянула про свой возраст, подчеркнув, в очередной раз, свою опытность и взрослость. А фраза про девственницу семнадцатилетнюю, был явный намёк на меня. Я даже за это немного обиделся на Вику. Снова захотелось уколоть её или подразнить.

— Хорошо, буду знать, какие возможности упустил, — подковырнул я сестрицу. – Ты меня должна благодарить, что легко отделалась.

— Вот уж, спасибо дорогой… Только повода я не давала себя наказывать. Мы и так без презерватива трахались, — на полном серьёзе ответила она. – Ты вчера получил от меня всё, что хотел. Я же не возражала против полового акта, не сопротивлялась и не мешала кончать мне во влагалище, и даже не предохранялась. Кстати тоже могла залететь от тебя, чего очень надеюсь, не произошло, тьфу-тьфу-тьфу… И вообще, хватит об этом. Надоело! Ты бы лучше про контрацептивы спрашивал и про то, как мне не забеременеть во время секса. Вот знаешь, что такое календарный метод контрацепции?

Дальше Вика, назвав меня неучем, с надменностью учителя, прочитала мне целую лекцию, рассказывая, про какую-то овуляцию и менструальном цикле, из чего я только понял, что наибольшая вероятность залететь у среднестатистической женщины это период в десять дней, если отсчитать их первый день за двадцать дней до начала следующей менструации. Короче целая наука с формулами и графиками.

Потом она, видя мою скучающую физиономию, на примере себя рассчитала свои опасные дни. Выходило, что вчера у неё был как раз последний безопасный день, и чем дальше, тем больше вероятность зачатия. Ну а самый благоприятный в этом плане у неё выходил конец недели.

— Но это ещё не значит, что в конце недели, если в меня сперма попадёт то стопроцентно наступит беременность, нет конечно, но вероятность большая, эдак процентов тридцать, — прокомментировала расчёт сестра. – Я по привычке регулярно свои залётные дни отслеживаю.

— Отличная привычка, а главное полезная. Достаточно сказать «у меня залётная неделя» и все члены сразу становятся аккуратными, – не упустил возможности вставить шпильку я.

Вика раздраженно фыркнула, по её лицу было заметно, что она опять начинает заводиться.

— Это ты на мой аборт намекаешь? – голос её дрогнул, но она справилась с собой и натянуто улыбнулась лишь кончиками плотно сжатых губ. — Да вы, молодой человек, нахал.

Я неопределённо хмыкнул, давая понять, что она правильно догадалась. Вику похоже задела моя реплика, и её опять понесло.

— Мне тогда вообще на всё насрать было. Тебе не понять… Очень хотела, чтобы до бывшего мужа слухи дошли, что я без него не скучаю. Месть. Глупо конечно… — Вика виновато запнулась.

— И что? — притворно заинтересовался я, хотя на самом деле хотел лишь разговорить сестрицу.

— Ничего. Когда поняла, что реально могу дотрахаться до беременности, поздно было выходить из игры. У меня накопилась куча непогашенных наказаний, которые приходилось отрабатывать натурой. Я конечно старалась быть осторожней. Без презерватива, в опасные дни, по возможности ни под кого не ложилась, вела себя примерно, чтобы придраться не к чему было, — Кузина опять замялась и уточнила: — Только от меня почти ничего не зависело.

— А от кого? — напирал я.

4

Сестра отвернулась обдумывая ответ. Чувствовалось её раздражение.

— От моего… Назовём так, владельца. Только этот козёл решал когда и с кем я обязана перепихнуться. Я же тебе говорила о правилах. Иногда приходилось оказывать эскорт услуги с обязательным интимом. В общем от обычной «девушки по вызову» я отличалась лишь тем, что занималась сексом бесплатно и не имела право не исполнить желание клиента, — Вика дерзко посмотрела прямо мне в глаза и не отрывая взгляда медленно произнесла: — За малейшую оплошность меня привязывали к кровати и часами устраивали коллективное перевоспитание. Ты ведь представляешь, что со мной делали?

— Догадываюсь… — не выдержав пристального взгляда сестры, пробубнил я. — Почему же терпела, разве уйти не могла?

— Потому, что сама в аукционе согласилась участвовать и как дурочка подписала фиктивный договор займа, который сковал по рукам и ногам. Да и компромата порнушного накопилось на меня горы. Вот и приходилось быть очень, очень послушной.

Про аукцион я ничего не понял, поэтому спросил: — На аукционах вещи покупают, а ты что там делала?

— Я и была той вещью которую покупали, — скептически усмехнулась она. — Стояла совершенно раздетой, с завязанными глазами, а меня ощупывали, лазили во влагалище, сжимали груди, шлёпали по попе и раздвигали ягодицы. Иногда водили в комнату с гинекологическим креслом осматривать рожала я или нет. Многих интересовало были ли аборты и почему я развелась. Но в основном был востребован большой кожаный диван, на котором… Ну сам понимаешь…

— Забеременеть на кожаной диване, это так романтично, — опять съязвил я, уже начиная привыкать к бесстыжим откровениям моей взрослой сестрицы.

— К моей беременности этот диван отношения не имел. Тебе обязательно надо знать где и с кем я залетела?

— Это тайна?

— Нет конечно. Просто неприятно вспоминать. Пообещай, что не разболтаешь.

— Понятное дело. Ты прямо как девочка… — начал было я, но сестра перебила.

— А я и играла роль девочки. Да-да именно непорочной девушки. Смешно? Ты хоть примерно знаешь, что происходит при первом половом сношении? — спросила неожиданно Вика, но увидев мою улыбочку не стала ждать ответа, сразу продолжила, — Когда девушка становится женщиной, её девственная плева разрывается. Это называется дефлорация.

— Какая нафиг дефлорация? Ты уже давно, мягко говоря, не девственница, к чему был нужен этот цирк?

— Много ты понимаешь, — усмехнулась она, — сейчас полно косметических клиник где любой потаскухе, за один час, могут вернуть невинность. Девственную плеву сшивают и новоиспечённая девушка опять готова к употреблению. Процедура скромно называется гименопластика или рефлорация.

— И сколько раз можно искусственно возвращать девственность?

— Да хоть каждый месяц. Лишь бы было что сшивать. Я после развода уже три раза рефлорацию делала, — скромно призналась сестрица. — Не по своей воле конечно. Заставляли… Мой владелец любил удивить гостей… Ладно, чёрт с ним, даже вспоминать противно.

— Ты же про другое начала рассказывать, — напомнил я.

— Сам про восстановление девственности спросил, — возмутилась Вика, — я просто хотела сказать, что последнюю гименопластику сделала, как раз перед залётом, когда была отдана во временное пользование племяннику моего владельца. Дефлорация во время первого секса, была пожалуй главным условием этого испытания. Юноша закончил девятый класс и мне предстояло стать живым подарком, эдакой легкодоступной девушкой, которую он сделает женщиной.

От меня обязательно требовалось достоверно потерять невинность и выполнить все последующие эротические фантазии паренька. Для верности его конечно проинструктировали, что со мной церемониться не надо, а в случае если я буду плохо исполнять обязанности любовницы, меня надо обязательно наказывать. Малолетнего ловеласа совершенно не смущало, что любовница старше его на семь лет. Когда мы начали трахаться, ощущения были действительно как в первый раз, даже вскрикнула от боли и кровью измазала простыню.

Образно говоря, наверное неделю я не вылезала из его постели. Ещё ни с кем так не уставала, даже похудела. В медовый месяц мы трахались почти каждый день. Естественно он не пользовался презервативами, а я побоялась просить не кончать в меня… В общем через полтора месяца поняла, что беременна. Для меня конечно это был шок. Я, красивая молодая женщина, залетела от неопытного подростка и теперь должна просить его разрешение на аборт… Не удивляйся, так положено. Аборт только с разрешения…

Узнав о моей проблеме, этот шалопай, наприглашал таких же юнцов и их сопливых подружек и эффектно вывел меня только в чулках и на высоких шпильках. Я стояла голой и не знала, какую гадость ещё ожидать. А этот урод стал гордо хвастаться, что рвал мне целку, и сделал взрослую сучку беременной. Девчонки шептались и громко хихикали, а парни, судя по восхищенным взглядам, откровенно завидовали и пускали слюни. Потом я при всех делала струйный тест на беременность, а когда проступили полоски, меня, привыкшую кажется ко всему, решили наказать за медлительность, как будто скорость теста зависела от моей расторопности.

Но спорить было бесполезно, поэтому молча подмылась и не одеваясь прошла в спальню. Сначала меня тупо лапали и совали шаловливые пальцы глубоко во влагалище, потом больно оттягивали соски и щипали сиськи. Особенно девицы изгалялись, видимо в отместку, что на меня заглядывались их ухажеры. Я терпела сколько могла, но не выдержала, завертела попой, когда эти стервы стали впихивать туда горлышко бутылки из под шампанского. За это дерзкое неповиновения меня долго трахали этой бутылкой во все места.

Только почему-то настоящего секса не было, наверное парни своих девиц стеснялись. Больше всего я боялась, что не выдержу и на меня пожалуются. А ведь мне пообещали свободу, если проебусь без замечаний два летних месяца у этого юнца. Малейшая оплошность и всё придётся начинать сначала. Беременность не служила смягчающим обстоятельством. Скорее наоборот. Поэтому ждать поблажек было глупо. Только вот если мне, из-за мелких придирок, прибавят время, то про аборт на поздних сроках лучше забыть. Рожать что ли от школьника??? Мрак!

Все эти мысли мозговыносительным роем проносились в голове и я была готова терпеть любую пытку. Когда наконец наказания закончились, меня била мелкая дрожь. Ноги сжать было больно. Уж лучше бы насиловали по-настоящему, к этому я была привычной.

— Ты два месяца спала с девятиклассником? — не поверил я сестре.

— Да, а что тут такого? Нам сняли квартиру и трахались мы всегда там — спокойно ответила она.

Похоже сестрица всё же смогла разжечь во мне ревность. Мой член стоял и она наверняка видела это.

— Чего же ты ему не рассказала о своих залётных днях, — поддел я сестру. — Так уставала от секса, что не было возможности посчитать? Или не хотела портить настроение своему милому любовничку. А может просто он не догадывался, что женщины имеют свойство неожиданно беременеть?

— Ты очень догадлив, я действительно вовремя не напомнила, — процедила Вика и холодно скривила губы.

Улыбка получилась издевательски высокомерной. Сестрица, как будто придумывала ответную колкость, но видимо решила пойти другим путём. Ласковым противным голоском, растягивая слова, она вдруг спросила:

— Как сам думаешь, расчётливый хозяин разве станет просто так портить свою вещь, зная что она ему ещё много раз понадобится?

— Это ты к чему? – насторожился я, догадываясь, что вопрос задан с явно с провокационным намерением, и скорее всего сейчас мне будет опять неловко за свою глупую реплику.

— Вот представь, что с сегодняшнего дня, я обязана полгода отдаваться тебе по первому требованию. Ну проиграла себя в карты например, или ещё по какой причине. Не важно. Просто случилось так, что я оказалась в полном твоём распоряжении на длительный срок. Ты можешь меня трахать по своему усмотрению, хоть целыми днями подряд, можешь заставлять участвовать в групповухах, можешь даже отдать меня во временное пользование другому парню. Со мной можно проделывать что угодно, запретов нет. Ну ты же смотрел наверное фильмы категории slave, небось весь комп порнушкой забит? Ведь так?

Я попытался робко возразить, но Вика жестом остановила мои оправдательные потуги.

— Просто представь и послушай, не перебивай, — и видя как я виновато опустил взгляд, тихо и вкрадчиво продолжила. – В общем я превращаюсь в безотказную сексуальную игрушку, забавляясь с которой не надо задумываться о последствиях. Да, забыла сказать, мне конечно строго-настрого запрещено применять противозачаточные и уклоняться от попадания спермы во влагалище. Даже во время самых залётных дней м

не нельзя избегать открытого секса, если ты так захотел.

Считается, что это приучает к сексуальной дисциплине и служит отличным методом подавления излишней строптивости. Ну и в случае малейшего неповиновения сразу наказание, вплоть до инсеминации. Короче никаких презервативов, контрацептивов и иных средств защиты от беременности. Также мне естественно нельзя самой выбирать партнёра для секса — трахаться обязательно нужно с тем с кем мне укажут. Ты вправе вызвать меня в любое время, я должна сразу приехать куда ты скажешь. А когда мы трахаемся у меня дома то ты можешь остаться на ночь, если вдруг после интимной близости захочешь поспать в обнимку с привлекательной взрослой девкой, со мной то есть.

Ну как тебе такой расклад? Нравится? Тогда продолжим, только потерпи задавать вопросы.

Вика задумалась, коварно хмыкнула, словно ей в голову пришла интересная идея и опять обольстительно замурлыкала: — Итак, допустим я вся твоя и мне положено быть максимально услужливой и не задавать лишних вопросов. Вставать с постели без твоего разрешения мне нельзя даже когда ты уже кончил в меня. Сперма должна оставаться во мне до твоего ухода, только тогда я имею право бежать подмываться и приводить своё влагалище в порядок.

Ясное дело, что мне запрещено носить трусики, бюстгальтеры, удлиненные юбки и брюки. Только мини юбки и дорогие, обтягивающие, коротенькие платья с глубоким декольте, чтобы мои стройные ноги, плоский живот и натуральные сиськи сразу привлекали внимание, а отсутствие лифчика и трусов сигналило о доступности. Тебе наверняка будет приятно видеть как восхищенно разглядывают меня другие парни, завидуя обладателю такой породистой тёлочки. Ведь для посторонних людей я твоя старшая сестра с эффектной, запоминающейся внешностью, а для тебя и твоих самых близких друзей — всего лишь смазливая, длинноногая шлюха с отличной фигурой и большими буферами. Поэтому дома в твоём присутствии я обязана быть абсолютно обнаженной, а из одежды могу носить только босоножки на высоком каблуке и тонкие чулки. Что ещё забыла?

5

Я не сразу понял, что обращается она ко мне. Слишком уж реалистично она описывала своё положение. Мой член уже предательски выпирал в плавках и поэтому, чтобы сестра ничего не заметила, я старательно делал вид, что эта пустая болтовня мне по барабану. Её вопрос застал меня врасплох.

— Почему обязательно чулки? – только и нашёлся, что ответить я.

— Хорошо, чулки тоже запрещены, чтобы не мешали всем желающим облапывать мои бёдра, когда я стою рядом раздетой, — Вика опять чуть скривила губы в фальшивой улыбке. — Так нормально будет или есть ещё запреты? Можно много чего ещё напридумывать, например обязать меня постоянно ходить с вставленным анальным плагом, это такое своеобразное украшение в попе женщины. Видел такое? У меня дома где-то подобный плаг с кристаллом лежит, и есть ещё прикольная анальная пробка в виде лисьего хвоста. Но я отвлеклась… Давай не стесняйся, придумай, что бы ещё ты от меня потребовал.

— Да откуда я знаю, — пробурчал я, но слова сестры уже посеяли во мне азарт фантазировать всякие эротические дерзости и примерять это на Вике, отчего возбуждение только росло, вместе с бугром на плавках, а моя старшая сестричка видя это продолжила подзуживать.

— Ты только недавно обвинял меня в излишней стеснительности, а теперь сам застеснялся, как девственник. Попробуй изобрести такие правила, которые давили бы на моё женское самолюбие. Ведь я должна постоянно находиться на грани срыва, чтобы ты имел возможность применять наказания за допущенные мною промахи и нарушения, иначе тебе будет сложно мною управлять.

А поскольку для любой женщины оскорбительно чувствовать себя шлюхой и выполнять унизительные правила, то рано или поздно она сорвётся или даже попытается отказаться трахаться. И такое поведение значит одно из двух, либо женщина намеренно разыгрывает истерику, считая что этим она показывает свою внутреннюю чистоту, либо ей действительно безумно стыдно или она чего-то очень боится ну или ей больно. В любом случае надо обязательно жёстко пресекать неподчинение. Наказание должно быть обидным и желательно болезненным, чтобы женщина почувствовала себя морально и физически изнасилованной. Например для начала грубо взять её в попу, причём без смазки и предварительной растяжки, а после анального секса заставить вылизывать член. Ведь для некоторых девиц само анальное сношение уже оскорбительно, а уж грязный член вылизывать или глотать сперму вытекшую из задницы это совсем противно.

Я уж про групповуху не говорю… В общем нужно добиться чтобы стыд от того что с ней вытворяли в процессе наказания, блокировал в дальнейшем все нравственные табу и глупые сексуальные комплексы. В результате женщина начинает привыкать без рассуждений отдаваться и безоговорочно подчиняться. Половой акт должен восприниматься примерно так же обыденно, как питьё кофе с хорошим знакомым. Никаких видимых недовольств или обид. Пришла, разделась, легко и непринуждённо перепихнулась, столько раз сколько потребуется, и спросив разрешение ушла. Всё! Негативных эмоций женщина проявлять не имеет права. Вот тебе краткий курс воспитания хорошей сексуальной рабыни в домашних условиях, — сестра жеманно придвинулась ко мне и как бы случайно коснулась губами моего уха, многозначительно прошептав: — Примерно так ты бы мог вчера со мной развлекаться, я девушка не стыдливая…

Она резко отстранилась, чтобы видеть моё удивлённое лицо, и неприятно засмеялась. Стало понятно, что моя взбалмошная старшая сестрица просто издевалась надо мной. Но она опять придала лицу серьёзность и продолжила:

— Теперь давай опять представим что ты сумел правильно воспользоваться правилами игры и, как я уже говорила, превратил меня в первоклассную услужливую блядь. Я обязана подчиняться, а ты придумываешь всевозможные запреты и ограничения, ну это мы уже обсуждали… Короче ты только-только начинаешь входить во вкус. Я без возражений, опасаясь наказаний, трахаюсь с тобой, а если надо то, с твоими друзьями. Вы частенько практикуете со мной жёсткий групповой секс и естественно всем наплевать, что я не предохраняюсь. Ты получаешь удовольствие от пользования своей сестрой.

Тебе нравится ощупывать моё гибкое тело и по хозяйски оставлять лёгкие засосы на бёдрах и грудях во время любовных игр. Я старательно сдерживаюсь и не показываю вида, что очень бешусь, когда в самый залётный период, на очередной групповушке, в меня кончают все кому не лень. Иногда со мной трахаются по очереди, и ты даже ревнуешь свою взрослую сестру к приятелю, который специально грубо меня насилует чуть не доведя до слёз, а потом нежно целует и успокаивает. Но плакать, а тем более отвечать на поцелуи я не имею права, поэтому сдерживаюсь и поднимаю раздвинутые ноги для следующего…

И нет ничего удивительного, что в первый же месяц такой активной половой жизни я залетаю. Ты сначала не веришь, но то что я беременна становится понятно по задержке месячных, ну а тест подтверждает мой залёт. Ты злишься. Конечно я не знаю точно от кого беременна, и это ещё сильнее тебя раздражает, потому что считаешь меня своей собственностью. Но затягивать нельзя, верно? Итак мне нужно как-то решать эту незапланированную проблему. Что ты думаешь по этому поводу? Какие предложения?

— Ну наверное тебе нужно делать аборт, — неуверенно предположил я.

— Что значит наверное? — сестра покрутила пальцем у виска, — разве у меня есть другие варианты? Или ты намекаешь, что мне надо рожать, а кто был последний, тот и отец? Только я вообще-то не готова становиться мамой непонятно от кого. Мне ещё замуж надо выйти для начала. Нет, я конечно не оспариваю право хозяина довести секс-рабыню до беременности, это стандартная ситуация. Даже когда рабыня залетает от собственного брата это тоже не имеет значения. Какая разница, в конечном итоге, от кого делать аборт, от брата или от парня с улицы. Но заставлять женщину рожать можно только если есть уверенность, что беременность не от инцеста. А у нас такой уверенности нет. Поэтому если я не сделаю вовремя аборт, то ты нарушишь правила, надеюсь хоть это ты понимаешь.

— Вик, ну чего ты хочешь от меня услышать, — забубнил я, сбитый с толку.

— Хочу услышать вразумительный ответ, стал бы ты специально заставлять меня трахаться с кем попало не предохраняясь, если бы знал самые мои залётные дни? А?

— С кем попало не стал бы наверное… — я начал наконец понимать куда она клонит.

— Опять наверное… Значит ни под кого бы не подкладывал, а просто трахал во все дыры свою старшую сестру сам. Это конечно мне лестно услышать от тебя, но на главный вопрос ты так и не ответил.

— Опять чтоль про безопасный… — сообразил я, но Вика уже меня перебила.

— Да опять про безопасный трах, и не притворяйся простачком, всё ты прекрасно понял. Получается ты знаешь в какие дни я попадаю, но никаких действий не предпримешь? И тебе не будет жалко портить свою живую игрушку?

Сестрица очень выразительно облизала губы, продолжая смотреть в мою сторону.

— К тому же не забывай, я твоя сестра и беременность от тебя может осложнить наши дальнейшие отношения, и уж точно не пойдёт мне на пользу. Я понимаю, что для тебя это не аргумент, но подумай сколько ты не сможешь пользоваться мной в случае если аборт пройдёт не гладко или возникнут осложнения – как минимум, месяц без секса и пастельных развлечений с безотказной, молодой женщиной. Не проще ли не спускать в меня в самые залётные дни. А? Врубился?

Вот для этого я всегда знаю свой менструальный цикл и ненавязчиво могу тебя предупредить, когда надо соблюдать элементарные требования безопасности. Заметь, всего лишь предупрежу, а уж решать тебе – я же не могу отказаться от интимной близости. Дошло?

Чего ответить я не нашёлся, но уже зная как Вика любит поговорить на всякие пикантные темы, показывая мне степень своего бесстыдства, решил подзадорить её.

— Я недавно про внутриматочную спираль читал… Почему себе не хочешь поставить? Тогда бы тебе предупреждать не нужно было.

Вика глянула удивлённо.

— Браво, в правильном направлении мыслишь. Только есть кое какие нюансики… — произнесла она сухо. — Спираль, если бы я только с тобой спала, конечно не даст забеременеть, но когда партнёров много, то из-за неё я рискую воспаление получить. Из матки во влагалище выходит нить от спирали, за неё спираль извлекают. Так вот из-за нити вход в матку открыт для бактерий, а бактерии могут быть разные. Помнишь мы говорили, что по правилам со мной возможен любой вид секса. Вот и представь сколько всякой инфекции может попасть напрямую в матку, когда сразу после анального секса следует вагинальный… При групповухе, сам понимаешь, это неизбежно. Рот, попа, влагалище, опять в рот… И так по кругу много-много раз.

Ты же не откажешь себе в удовольствии попользоваться мной по самой полной программе, пока есть такая возможность, и будешь прав. Так что внутриматочная спираль, как средство защиты, к сожалению, отпадает. Остаются ещё гормональные препараты, но они требуют каждодневного приёма, да и пить бы их пришлось тайком, ведь предохраняться без разрешения мне категорически запрещено, ты хорошо знаешь про это обязательное правило. Я же не дура на инсеминацию нарываться… Остаётся только предупреждать о днях когда кончать в меня нежелательно. Я тебя убедила?

Кузина откинулась на спину давая понять, что разговор закончен. А я молча, с увеличивающимся наслаждением разглядывал её очаровательные кремовые бёдра и ровный плоский живот, жадно прокручивая в голове услышанное. Меня не покидало дурное влечение к моей обольстительной старшей сестре, словно всё о чём мы только что говорили, произошло по-настоящему между нами. Реалистичности добавлял тот факт, что Вика сознательно приводила примеры на самой себе, а не абстрактно. Я даже почувствовал настоящую вину за мифическую беременность сестры. Ловко она меня прогрузила всей этой порнографической фигнёй. Выходило, что вполне возможно Вика вчера была готова играть, как она выражалась, по правилам, но я как дурак упустил момент, хотя с таким же успехом, все эти скабрезные разговоры ничего не означали.

Сестрица возможно уже не знала чем ещё доказать свою взрослость и как заставить меня не вспоминать её вчерашнее проколы, поэтому отчаянно строила из себя смиренную супер давалку. А может просто так хитроумно развлекалась, сначала настойчиво заигрывая со мной, а потом резко загоняя в тупик своим медицинским цинизмом. Причём в рассуждениях на скользкие порнографические темы, Вика никогда не ставила под сомнение саму возможность подвергать женщину сексуальному насилию. Совершенно не осуждались наказания и издевательские запреты. Даже невозможность предохраняться преподносилась, как обычное правило не подлежащее обсуждению.

Скорее всего Вика действительно получала удовольствие наблюдая как я возбуждаюсь, краснею и смущаюсь слушая этот порнографический бред. Смакуя подробности, она всякий раз незаметно наблюдала за моей реакцией и если видела, как украдкой я шарю взглядом по её грудям, животу и бёдрам, то демонстративно принимала очень эротичные позы. Кузине явно нравилось шокировать меня своими распутным вольномыслием. Иначе я не мог объяснить поведение сестры. Сравнивая себя с вещью, которую довели до беременности, кузина постаралась максимально сгустить краски, чтобы было понятно почему живую игрушку надо оберегать от аборта. Возразить мне было нечем, да и не нужны были никакие возражения, ведь проверить, как Вика поведёт себя в реальности, возможности не предоставлялось.

Словно поняв о чём я думаю, она приподнялась и спокойно произнесла:

— Вчера я тоже знала, что в самом конце недели у меня будет наиболее опасный период. При этом, пару дней в запасе у меня оставалось. Прости конечно, что назойливо призывала тебя к осторожности, но лучше перебдеть чем недобдеть. Ты согласен? Правда ты всё равно меня не послушал…

— Получается ты по любому не могла залететь, – констатировал разозлившись я. Мне уже порядком поднадоели Викины заумные перестраховки, многозначительные недомолвки и затейливые рассуждения. – Зачем тогда эти долгие разговоры про дурацкую беременность?

— Ух, ну как же по-простому объяснить… Вот смотри. – Вика подняла длинный прутик, — Если я его буду перегибать, где он сломается?

— Посередине, наверное, — предположил я.

— Верно, — кивнула она, — там возможно и должен. А возможно и нет. Вот сейчас посмотрим, как будет на самом деле.

Прутик сломался прямо около её руки. Кузина выразительно посмотрела на меня.

— Все эти расчёты очень условны. На самом деле, если овуляция будет, например в воскресенье, то можно не предохраняться до четверга. Просто всегда берётся с запасом, на всякий случай. Понял?

— Не совсем, — не вникая ответил я. – Тогда чего ты боялась, если столько времени в запасе до воскресенья есть.

— Сколько уже можно… Повторяю ещё раз. Я ничего не боялась, не придумывай, хватит каждый раз меня этим подковыривать, — с нотками лёгкого негодования воскликнула она, — просто рисковать не хотела. Совсем точно рассчитать овуляцию нельзя, вдруг раньше наступит. А твой сперматозоид может прожить во мне, вернее в моих маточных трубах, несколько дней. А потом хренак, и я беременна. Тебе то конечно пофигу, а мне аборт… Ты знаешь, что такое аборт? Чего молчишь? Думаешь всё так безобидно… На ранних стадиях это таблетками можно сделать, а на поздней только вакуум-аспирация или выскабливание, очень неприятно знаешь ли… И обидно… И…

Вика ещё, что-то запальчиво пыталась мне объяснить, но я её уже не слушал. Всё это время я возбужденно обдумывал идею, как заставить Вику опять выполнять мои желания, уж я при этом вдоволь поразвлекался бы с ней. Как будто мне в насмешку, она опять, показушно снисходительно повздыхав, сказала, что таким необученным мальчикам, это она про меня так, вообще бы надо запретить о сексе помышлять, чем сильно меня уколола, подтолкнув ещё раз помечтать, как бы я поиздевался над ней, окажись сейчас она в моей власти. Потом я представил, какие унизительные желания заставил бы её выполнять, чтобы сбить эту высокомерную спесь, присущую обворожительным и амбициозным стервам, к которым уже причислил свою сестру.

ЧАСТЬ 4
1

Словно в насмешку над моими мыслями, моя заносчивая сестрица, продолжая тему прерывания беременности, ни с того ни с сего, опять переключилась на свою знакомую по клубным играм Иру и её младшего брата.

— Вот Ирку направили на вакуумный аборт, потому что дотянула до шестой недели. У неё перед этим цикл сбился, видать поздно поняла… А ведь я предупреждала Андрея, что при частом открытом сексе, нужно заставлять свою сестру каждую неделю делать тест на беременность,

— Так это она от младшего брата? Ну ни фига себе! — воскликнул я удивлённо, не дослушав. — Ты ничего про это не говорила.

— Ты, что маленький мальчик? Конечно от Андрея, они же не предохранялись. Или после всего что ты узнал про правила slave-игр, тебя сильно удивило, что подневольная сестра беременна от брата? — Вика пристально впёрлась в меня хищным взглядом.

— Ну это как-то неправильно, — вяло запротестовал я.

— Какая разница от кого беременность? Ирке я тоже это долго втолковывала. Не с ним, так с кем-то другим. Как будто был выбор. Она была обязана пройти через полное сексуальное подчинение и не имела право трахаться по любви. Винить нужно только саму себя, что нарушила кодекс рабыни и посмела иметь личную жизнь, встречаясь с любовником, брат тут ни при чём. Не смогла вовремя унять свой гонор поэтому была наказана. И пусть считает, что ей очень повезло.

— Но она встречалась с серьёзными намерениями, ты помню сама так сказала, — робко возразил я.

— Ты что дурак? Не отработав под братом, кто бы ей разрешил замуж выходить. Бабу извините насилуют, чуть ли не через день, а ей подавай высокой и чистой любви? Ага щас! Сперва, как все, через субботники пройди, послушной секс-куклой побудь, несколько абортов сделай, привыкни к растраханной вагине и постоянному вкусу спермы во рту, а уж потом про счастливое замужество думай, если к тому времени на чувства будешь способна, — зло закричала Вика, словно я сказал, что-то совершенно глупое и вульгарное. Кузина похоже в этот момент думала о своём, поэтому не сдержалась.

Увидев моё изумление, Вика почувствовала, что прокололась, и опять напустив на себя притворное спокойствие, проговорила:

— Все их серьёзные намерения легко зарубили на корню. Прямо во время очередной ебли, Андрей заставил позвонить плачущую Ирку своему парню и та, задыхаясь от секса, слёз и обиды, заученно сообщила, что любит другого, хочет от него ребёнка, и сейчас замечательно трахается с ним. Простое и правильное решение. Брат просто красавец, отлично придумал. С Иркой истерика конечно, ноги сжимает, вырывается, кончать в себя не даёт. Как нашло на неё. Словно не понимает, что только, что подписала себе приговор. От неё такой глупости никто не ожидал. На ровном месте нарвалась на наказание инсеминацией, и до кучи автоматически на три месяца продлила свою зависимость от прихотей братца.

Не помню говорила или нет, наш клуб и женская клиника плотно сотрудничали. Каждой девке выдавалась специальная клубная карта на бесплатное обслуживание. По ней записывали к гинекологу, делали гименопластику, консультировали при возникновении всевозможных проблем, брали анализы, проводили аборты. По коду карты, владелец женщины, мог войти в базу и почитать отзывы о ней оставленные членами клуба бравшими эту женщину напрокат, или узнать всю медицинскую информацию, включая перенесённые заболевания, беременности, рефлорации, и тому подобные интимные сведения. Также там велось полное досье, в которое заносились провинности, наказания, примерное количество секс-часов и даже менструальный цикл. Были там конечно и фотографии во всех ракурсах, пополняемые по мере желания хозяина женщины. Андрей любил устроить сестре встряску и многие фотосессии проводил прямо на дому. Это я к тому, что женщина даже дома не могла просто так соскочить с темы.

Долгое время Ирка вела себя чересчур послушно, безропотно предаваясь сексуальному разврату с младшим братом в самых изощренных формах, пока она не попалась на противозачаточных. Братец застукал дома, как она по утрам тайком пьёт марвелон. Это гормональные контрацептивные таблетки. Сразу стала понятна причина спокойствия этой хитрой шлюхи. И опять всё кончилось для неё слезами и истерикой после инсеминации. А спустя полтора месяца она сделала свой первый аборт. Это окончательно сломало внутренний стержень Ирки. Она сама уже была готова трахаться с утра до вечера лишь бы не было наказаний. Потом, как ты знаешь, я тоже была в некотором роде занята, а недавно узнала, что за время, которое Ирина была вынуждена оказывать секс услуги Андрею, она два раза залетала. Причём после второго аборта, у неё был сильнейший нервный срыв и она сбежала…

Оборвав свой рассказ, Вика деловито сказала, что больше мне знать пока не обязательно. Передавая свои ощущения, сестра смаковала, подробно расписывая каждый эпизод. Она прямо сделала из Ирины супер рабыню секса какую-то. Уж не знаю, придумала кузина всё, или на самом деле с этой Ириной так подло поступили, но откровенность рассказа будоражила воображение и поднимала бугор на моих плавках. А Вика, опять видя это, специально принялась натирать кремом свои длиннющие стройные ноги, подливая масла в огонь моего вожделения. У меня даже сложилось впечатление, что она специально накаляет обстановку, наслаждаясь оказываемым воздействием. Сестрица, словно в отместку за вчерашнее, заводила меня до кипения своими накрученными рассказами и эротическими позами, но не давала выхода моему возбуждению.

Эта неоднозначная история добавила мне желания на полную катушку раскрутить Вику. И одноразовым сексом она бы уже не отделалась. Вот тут я и вспомнил про Викины фотографии.

Вот оно — средство сделать её сговорчивее. У меня почти сразу возник план. Оставалось найти подходящий момент, и он наступил довольно скоро.

Уже собираясь идти домой, Вика вдруг попросила сфотографировать её на фоне реки. Вид и впрямь был отличный. Она в купальнике прислонилась к берёзе, а на заднем плане изгибалась река и зеленел заросший высокой травой, луг.

— Оставь эту фотку на память, хоть и не голая, но хорошо здесь получилась, — весело пошутила она, просматривая фотографию на телефоне. – Конечно совсем раздетой я бы более соблазнительнее выглядела… Или ты так не считаешь?

Я не стал вступать с ней в дискуссию, пусть издевается. Самомнения ей не занимать.

— Бдительность превыше всего, поэтому уж извини, фотографироваться без купальника не буду, я же порядочная незамужняя женщина, — пафосно продолжала паясничать Вика, — которую дома ждёт ревнивый жених.

— Вот незадача, — невинным голоском пропел я, — а у меня остались фотографии где порядочная женщина лежит голая и раздвигает поднятые ноги… И что же теперь делать если жених это увидит?

— Что-то не поняла про, что ты? — Вика даже сняла тёмные очки, пытливо глядя на меня.

2

Потянув паузу, я рассказал про оставшиеся копии тех самых снимков, которые она считает стёртыми. А ещё намекнул ей, что могу их в интернете разместить, где фотки разбегутся так, что может и женишок увидеть. В её глазах отчетливо стало проглядывать беспокойство.

— Замечательно ты там получилась, все подробности видно, — съязвил теперь уже я, — кому показать, рты разинут.
Ну а чтобы окончательно добить, вмиг погрустневшую, сестрицу, пришлось показать ей на экране телефона несколько вчерашних фотографий.

— Только давай без глупостей, у меня ещё копии есть, — добавил я, видя, её намерение выхватить у меня телефон. – Ну и как ведут себя порядочные незамужние женщины в такой ситуации? — скабрезно намекнул я.

Вика молчала, сосредоточенно что-то обдумывая. Лицо её выражало то озабоченность, то злость, то растерянность. Наконец она натянуто улыбнулась и устало вздохнув, словно отгоняя прочь сомнения, произнесла преувеличенно развязно:

— Готова отработать, так сказать, натурой.

— Это как? – не показывая заинтересованности, отозвался я.

— Переспим как вчера… — смутилась она.

— Маловато будет, за такие шикарные снимки, — начал набивать цену я.

Сестрица изумлённо подняла брови, явно не зная, как реагировать на мою дерзость. Да я и сам запаниковал, от своей поспешной смелости.

— Опять посмотреть тебя голой и быстро перепихнуться, уже не интересно, — добавил я изображая скуку.
На самом деле я, с замиранием сердца ждал, что ответит мне сестра, и уже был готов принять её условия, но Вика пожала плечами и понимающе закивала, после чего, стараясь не показать волнение и свести в случае чего все к шутке, робко предложила:

— Давай придумай сам, что бы ты от меня хотел. Я выполню, а ты снимки уничтожишь, такой вариант устраивает?

— А если не сможешь выполнить? – мне очень хотелось уколоть её самолюбие.

— Постараюсь не разочаровать тебя, — парировала она, и тут же строгим тоном женщины знающей себе цену уточнила. – Только сразу говорю, бегать голой по улице или опять фотографироваться я точно не буду.

Я ответил, что вечером видно будет, переведя разговор на другую тему. Мой план явно удался, кузина была на крючке. Теперь она обязательно вернется к этому разговору, поэтому можно было не спешить.

3

Вечером, после нескольких попыток правильно закрепить телевизионную антенну на крыше дома, мне удалось наконец настроить телевизор. Теперь хоть было чем заняться, когда совсем стемнеет. Хоть солнце клонилось к закату, на улице было достаточно светло и жарко. Я выволок из сарая старый велосипед, решив немного привести его в рабочее состояние. Рабочее — это сказано сильно конечно. Казалось, он был живой и обладал шкодливым характером.

Разобрав и смазав заднюю втулку, я никак не мог устранить появляющийся после каждой затяжки люфт. Простое занятие вызывало кучу эмоций. Велосипед сдаваться не хотел, так же как и я. Сражение с механикой прервала темнота и её лучшие друзья комары. Эти маленькие сволочи так усердно находили бреши в одежде, что порой казалось, кто-то руководит ими, специально выбирая самые ответственные моменты. Плюнув на разобранный велосипед, мне пришлось ретироваться от ненасытных маленьких кровососов, в дом.

В комнате кузина расположилась на диване с чашкой чая, смотря телек. Я тоже наскоро сварганил пару бутербродов и наполнив кружку, сел рядом. Вика никак не отреагировала на мое присутствие. На экране две головы дискутировали о вечной жизни, обсыпая друг друга непонятными химическими названиями, ну в общем меня это не захватило. Лайфньюс меня интересовал гораздо больше, и я уселся с компом в кресло читать, краем глаза иногда поглядывая в сторону кузины. Странное дело, через некоторое время Вика сама попыталась привлечь мое внимание.

— Душно-то как у нас. Надо было на это окно тоже сетку повесить, чтобы открывать.

Теперь уже я старательно делал вид, что все мое внимание поглощено чтением и ничего происходящее вокруг не замечаю. Еще немного посидев, Вика сняла футболку, пару раз обмахнувшись ей. На ней остались красивый черный бюстгальтер и шорты. Очень возбуждающее получилось зрелище. Я ждал продолжения нашего разговора.

— Придумал, как мне расплачиваться за фотки? — наконец не выдержав, спросила она.

Отложив нетбук, я сделал вид, что задумался, разглядывая при этом ошеломительно стройные ноги кузины. Вика перехватила мой взгляд и встав, сняла шорты. Теперь она была только в вызывающих черных кружевных трусиках и подстать им бюстгальтере. Она всячески намекала о своем согласии к любым условиям.

  • Да, есть одна смелая идея, но даже не знаю, как ты её воспримешь. Вдруг тебе не понравится, — начал я нарочито предупредительно.

— Ой-ой-ой, какой заботливый, — завелась Вика. – Давай, не тяни.

— Помнишь ты мне про правила игры на желания долго рассказывала, а ещё про себя и про всякое такое, за что можно наказывать, и от чего женщине нельзя отказаться… — начал было я, но сестра сразу зло перебила.

— Всё понятно, можешь даже не продолжать. Так и знала, что захочешь помимо пастельных развлечений, ещё и поиздеваться. Значит будешь мной командовать по полной программе, а я, будь добра, терпи и ноги раздвигай, как кукла для секса? – спросила она так презрительно спокойно, словно догадавшись обо всём наперёд. – Дура, что про наказания тебе рассказывала, ох дура.

— Совершенно верно, — подтвердил я её худшие опасения, — хочу до конца недели попользоваться тобой. Если ты выдержишь, то снимки удалю, если нет, то извини. Как тебе такое?

— Ты сомневаешься, что я выдержу? — воскликнула кузина эмоционально.

— А ты готова ходить голой и трахаться в задницу? — удивляясь своей наглости выдал я.

— И всего лишь! Мог бы придумать что-нибудь более экзотичное! Мне даже теперь самой интересно, что ты сможешь от меня потребовать, чего я откажусь сделать, – самоуверенно заключила она, хотя получилось немного неубедительно. Вика откровенно блефовала.

— Это еще не все. Давай сразу условимся, что если ты чем-то недовольна, то это твои личные проблемы, которые меня не касаются. Ты же сама рассказывала…

— Мог бы не уточнять, я же не девочка, всё понимаю, — сразу раздраженно оборвала она меня. — Тебе нужен беспроблемный секс с услужливой женщиной и ты его получишь. Останешься довольным, обслужу в лучшем виде.

— Очень хорошо. Значит согласна и никаких возражений нет? – я даже сам не поверил, что сестра так быстро согласилась с довольно кабальными условиями её испытания, хотя я бы назвал это добровольно-принудительным изнасилованием.

Видимо кузина была готова к подобному и прекрасно понимала, что дёшево не отделается, но её самолюбие и высокомерие не позволили показать испуг и отступить.

  • Можно подумать у меня есть выбор. Начнём хоть сейчас, – сама предложила она, стараясь не выглядеть подавленной, — я согласна.

Я всё ещё удивляясь, как же мне так повезло, сально разглядывал полураздетую Вику. Она перехватила мой взгляд и гордо выпрямилась.

— Можешь сколько угодно смотреть на меня как на проститутку, ты вряд ли меня этим проймешь, — как бы доказывая свою выдержку, с вызовом отчеканила она.

Не дожидаясь моего ответа, Вика расстегнула бюстгальтер. Я заворожено наблюдал, как она раздевается.

  • Пойдем в твою комнату на кровать, — сказал я ей.

Кузина, демонстративно давая понять, что подчиняется только телом и то не по своей воле, вызывающе виляя изумительными бедрами, направилась к двери. У себя в комнате она взяла из, неубранной после вчерашнего, аптечки, купленные утром презервативы и быстро положила их под подушку. Я с удовольствием оглядел точёную фигуру обнаженной Вики. Встав около кровати, она ждала дальнейших указаний.

— Ложись.

Немного помедлив, она легла поверх накидки на спину. Возбужденно я начал легонькие и нежные поглаживания груди, то по отдельности, то обеих сразу а затем сосредоточился на соске теребя его сперва пальцами, затем лаская губами и языком. Мне показалось, что от этого роскошная грудь набухла и стала полнее. Помня, как это происходило в порнушных фильмах, я, слегка полизывая, ласкал верхушку и ареолу своим языком, потом, не выдержав, полностью вобрал в рот тугой сосок. Вика задышала глубже. Посасывая его я восторженно ласкал расслабленное женское тело, постепенно от упругих сосочков спускаясь вниз.

Достигнув манящего влажного лона, легонько коснулся головки клитора. Вика вздрогнула, задвигала бедрами и попкой, чуть приподнимая её, дыхание начало меняться. А когда я провел ладонью по гладкой промежности Вика неожиданно, плотно прижимаясь горячей раскрытой вульвой к ладони, задергала низом живота. Её возбуждение передалось мне. Совсем потеряв контроль над собой, я раскрыл лепестки губ, а языком проник в теплую раскрытую пещеру влагалища, производя круговые движения. Пещерка имела приятный сладковато-кислый привкус. Свободной рукой я поглаживал груди, живот, бедра, а пальцами другой руки продолжал поглаживать вокруг клитора, не прекращая вращать языком внутри наполненного влагой влагалища.

Вика еще интенсивнее заерзала задом. Стало понятно, что я на верном пути и у кузины приближается оргазм. Мое возбуждение достигло апогея, член просто разрывал штаны. Не отрываясь я начал кончиком языка, очень нежно, водить вокруг клитора, чувствуя как он твердеет и растет, высовываясь все больше и больше между потемневших губ вагины, затем полным языком накрыв его стал хорошенько вылизывать, увеличивая нажим. Вика застонала. Тело её напряглось а дыхание сделалось сбивчивым и частым. Нет, все ж не зря прочитал технику секса в интернете! Потом опять кончиком языка провел по напрягающемуся бугру клитора.

Теперь я видел, как полностью возбуждена и остальная вульва — набухли и напряглись большие губы, сильнее разошлись в стороны и между ними появились выросшие мокрые лепесточки малых губ. Вика еще более интенсивно задвигала попкой и бедрами, а её лоно увлажнилось. Не останавливаясь, интенсивно обрабатывая клитор кузины языком и губами, я легонько всунул в вагину большой палец. Вика прогнулась, задергалась постанывая.

Влагалище, ритмично сокращаясь, выдавливало тягучую смазку, которая медленно потекла к анальной дырочке и ниже. Вика всё ещё дрожа всем телом схватила мою руку. Оргазм, как взрыв потряс её тело, покрыв поясницу и шикарные бедра поблескивающей испариной. Восхитительное зрелище женского оргазма все снова и снова прокручивались в мозгу. Затихши, кузина неподвижно с приоткрытым ртом распласталась на кровати.

4

Через некоторое время Вика потянулась и села, поджав колени. В отличие от меня она выглядела спокойно и расслаблено. Мой же член просто пульсировал от возбуждения. Мне захотелось, чтобы Вика проделала то же самое со мной.

— Теперь твоя очередь доставлять мне удовольствие. Давай ротиком для начала, — произнес я, стаскивая с себя одежду.
Она, с готовностью вскочила, стараясь показать, что ничуть не смущена обращением с ней как с игрушкой для секс-забав.

— Как скажешь, — с притворной готовностью отозвалась она, зная, что возражать нельзя.

Встав рядом, кузина легко повалила меня на постель, расположившись в ногах. Мой член торчал, как ракета подготовленная к старту! Вика взяла его рукой, а у меня по телу от удовольствия поползли мурашки. Склонившись, она медленно облизала головку и прошлась языком по стволу вверх-вниз, вверх-вниз спускаясь до яиц, вылизывая и их. Я весь трепетал от наслаждения. Игриво и очень нежно Вика рукой стала ласкать яйца. Видимо ощупывание их доставляло и ей удовольствие. Образовав губами крепкое гладкое кольцо, она, взяв головку в рот, медленно опустилась к основанию, затем обратно.

Я уже приготовился кончить, но она неожиданно прекратила движения. Посасывая верхушку напряженно стоящего ствола, она втянула его на половину в себя и потом быстро вынула изо рта, не ослабляя сжатия губ. Проделав это несколько раз, она опять начала медленно вылизывать член от головки до яиц. Это было подобно сладкой пытке, она доводила меня до верхней точки блаженства и отпускала, не давая кончить. Пропустив мою ногу между своих, Вика при этом еще и терлась грудями по ней.

Опять взяв в рот полностью весь ствол, она, то увеличивая, то уменьшая темп, стала водить губами от головки до основания члена, держа руки у меня под ягодицами. Я задыхался от наслаждения, но и на этот раз она не дала мне выстрелить переполняющей яйца спермой. Очень медленно, с причмокиванием облизывая член, кузина остановилась на нежной складочке под коронкой головки. Водя по ней вверх-вниз, она довела меня до состояния, когда мой член готов был разорваться от притока крови, но спустить при этом невозможно.

Помучив меня таким образом еще немного, она сделала перерыв, продолжая рукой ласкать меня. Затем, снова плотно обхватив губами головку, Вика, увеличив глубину заглатывания и ускоряя движения, заработала ртом. Когда у меня уже начали дрожать ноги и в такт ее движениям подниматься зад, она ослабила темп и затем совсем отпустила меня. Тут я почувствовал, что член обтягивается чем-то прохладным. В полумраке было видно, как Вика умело натянула на него презерватив.

Встав надо мной на четвереньки, она направила ствол себе в пещерку и медленно-медленно насадилась на него, совершая движения вверх-вниз лишь чуть-чуть, а я в такт ей поднимал зад. При этом кузина пожимала член влагалищем, усиливая трение головки о стенки. Наши движения становились резче и чаще. Я уже целиком входил в Вику. И тут у меня в мозгу словно произошла вспышка. По телу прошла судорога и рыча, не сдерживая себя, я начал кончать, заполняя презерватив спермой. Блаженство волной накрыло меня. Я лежал без сил, ничего не осознавая.

Ощущение реальности скоро вернулось, и я с наслаждением обнял лежащую рядом обнаженную Вику. Предчувствие возможности воплотить с такой роскошной женщиной все свои сексуальные фантазии приятно возбуждало. Использованный презерватив Вика брезгливо, двумя пальчиками, положила на тумбочку и накрыла газетой. Наблюдая за действиями сестры, я невольно перехватил её виноватый взгляд. Она поправила волосы и неуверенно проговорила:

— Не под подушку же я его положить должна.

Тут мне неожиданно пришла идея, как можно позлить эту брезгливую красотку.

— Оближи, — сказал я, выразительно переведя взгляд вниз.

Вика возмущенно уставилась на меня, а потом, не проронив ни слова, наклонилась и нехотя взяла в рот мой член, который от этого начал вставать. Обсосав, недовольная сестра вытерла рукой губы и насупившись села напротив меня, ожидая, чего я ещё придумаю.

Меня буквально распирало от ощущения власти над моей взрослой кузиной. А чтобы поиграть у неё на нервах и заодно посмотреть её реакцию, я объявил:

— В следующий раз трахаться будем без презерватива.

Вика удивлённо вскинула брови.

— Почему? — её лицо выражало растерянность.

— Мне нравиться в тебя кончать, — назло ей ответил я. – Разве ты против?

Сестра злилась, и это не получалось скрыть.

— Но в меня не желательно, ты же знаешь… тебе объясняла, — нервно и отрывисто заговорила она, и вдруг спохватившись, несвязно залепетала, словно оправдываясь, – Нет, я конечно не против если в меня… Да и не мне решать… Ну, просто может хватит того раза… Короче я конечно согласна, только лучше с противозачаточными… Можно купить вагинальные… А пока давай не в меня…

Она опять запнулась. Воцарилась тишина.

— Значит ты отказываешься? – с издёвкой спросил я выждав время.

— Я не отказываюсь, с чего ты взял? — с нотками сдерживаемой истерики, затравленно процедила Вика. — Хорошо… Делай, как хочешь.

Было ясно, что она сломалась и у неё просто не оставалось другого варианта, кроме как подчиниться. Я же чувствовал себя хозяином положения, хотелось ещё и ещё заставлять её делать то, что совсем ей не нравится, поэтому тут же вытащил презервативы из-под подушки и закинул обратно в аптечку.

Уже сама пикантность ситуации меня воодушевляла. Особо не церемонясь, я уложил Вику на спину и расположившись между стройных ног, уперся головкой вздыбленной плоти во влажные полураскрытые губки вагины. Плоский животик Вики напрягся, а пальцы сжали в кулаках простыню, как будто она боялась непроизвольно отстраниться. Когда мой член, без борьбы, легко проник в нее, стало понятно, что кузина сопротивляться не будет. Наслаждаясь своей вседозволенностью, я целовал её чувственные губы и шею, одновременно вгоняя в неё свой ствол. Мне доставляло огромное удовольствие самому задавать темп этой скачки.

Вика охала и постанывала, обхватив меня своими длинными загорелыми ногами. Она извивалась, в экстазе царапая ногтями мою спину. Наращивая скорость, я почувствовал приближение оргазма и еще несколько раз, со всего размаха воткнув кузине своим орудием, разрядился полностью в нее. На Вику это подействовало как сигнал, она судорожно впившись в меня ногтями, прижалась всем телом и прерывисто выдыхая затихла, конвульсивно сжимая член влагалищем.

Ленивая нега разлилась по всему телу. Не хотелось даже шевелиться. Я так и продолжал лежать, обняв Вику, всё ещё оставаясь в ней. Первой очухалась она, сразу же попросившись в душ. Получив разрешение, она упорхнула, даже ничего на себя не накинув, лишь схватив по дороге полотенце. А я, в хорошем расположении духа, пошёл в кухню, набрал баранок и уселся смотреть телевизор в большой комнате, попивая остывший чай. Скоро вернулась обмотанная полотенцем, мокрая и злющая, Вика.

— Тебе, что обязательно в меня надо кончать? Да? – визгливо заголосила она. – Я же залететь от тебя могу… Это не шуточки. Сейчас мне нельзя…

— Да ладно тебе, — лениво обронил я, — ты ведь можешь купить свои таблетки для экстренных случаев.

— Что в них толку, если ты продолжишь накачивать меня спермой, — сердито огрызнулась она. – Да и нельзя их часто глотать. Очень вредно. Я тебе это уже говорила.

— Сама же считала опасные дни и сказала, что до четверга время есть, – находясь в прекрасном настроении, умничал я.

— Ты значит ни черта не понял, – не унималась Вика. – Я тебе сказала, что…
У меня совсем не было желания спорить, поэтому даже не дослушал.

— Можешь в любой момент сдаться, дело твое, — отмахнулся от неё я. – А твои фотки мне нравятся, я их на память оставлю.

— Щас! Вот уж фигу, не дождешься, — пошла на попятную она, резко сникнув.

— Ладно, завтра продолжим. Будь готова.

— Испугал… Да без проблем, всегда готова… — гордо, но без прежнего энтузиазма ответила она.

— Как проститутка или как пионер? – я специально уколол её.

Вика зарделась от обиды, и ответила с достоинством:

— Нет, как незамужняя девушка без глупых сексуальных предрассудков. Понятно?

— Ага, это ты то девушка! Ещё скажи что девственница, — опять поддел я её.

Вика буквально вспыхнула, пронзив меня презрительным взглядом.

— Если ты спишь со мной, то это ещё ничего не значит. Здесь не публичный дом, а я не… — она осеклась и отвернулась.

— А кто же ты тогда? — мне уже стало интересно доводить её.

— Временная любовница. Так, надеюсь, устроит? – не глядя на меня, желчно выдавила из себя сестра.

— Ещё скажи, что ты временная сожительница, — опять поддел я сестрицу.

— Хорошо… Я твоя личная проститутка… Ты это хотел услышать? Доволен? — еле сдерживаясь, ответила Вика. — И вообще, я больше с тобой не разговариваю.

На этот вечер впечатлений было хоть отбавляй, и я не стал больше испытывать терпение сестры. Еще немного посмотрев кино, мы молча разошлись по своим комнатам спать.