Инцест – любовь богов

Да, что за ёбанный страус??? Я прожил тридцать шесть лет своей жизни, имея смутное представление, что такое инцест. Не то, что бы совсем не знал, ну, самую малость – что это грех кровосмешения и общественное табу. Ну, не хотел я никогда трахнуть мать, или сестёр. А теперь влип в любовь с дочерью.
Перед самой армией у меня был роман с девушкой Катей. Мы трахнулись раз пять, меня постригли и обули в сапоги, она обещала ждать. Не дождалась – через полгода мне сестра сообщила, что Катя вышла замуж. В армии предательство переживается очень больно. Я помню, как стоял в карауле — на территории я один, на плече железяка с двумя магазинами, и мысли, дятлом выносящие мозг. Тогда меня спас взводный – поговорил по душам, как мужик с мужиком. Я на всю жизнь запомнил его фразу – «если невеста уходит к другому, то неизвестно, кому повезло».


Ещё через пару месяцев сеструха сообщила, что Катя родила девочку. Я прикинул сроки – получилось, что у меня теперь есть дочь. Но Катька замужем и моя биологическая дочь Маша, официально записана на папу Гену.
Дальше был дембель и разговор с Екатериной. Порядочная она всё же девка – не стала чесать по ушам. «Полюбила другого, прости, если сможешь. У нас семья, Геннадий считает Машку своей дочерью. Пожалуйста, не разрушай семью. Не порть жизнь мне и Маше»! Что тут не понять, права она была по своему. Я тогда психанул, и уехал с концами из своего городка в соседний областной центр.
Шестнадцать лет я не лез в эту историю – ни разу не поинтересовался, как там моя дочь? Окончил ВУЗ, помотался по Европе, купил трёхкомнатную квартиру – на вырост. Обставился, устроился на приличную работу. Вот только со своей семьёй не получилось. Дам сердца было много, но не зацепился, ни за одну. Я про Катьку и дочь забыл, а вот те ребята, что реально рулят миром, всё помнили.
В июне на мобилке высветился звонок с неизвестного телефона. Я телефон забыл дома, когда убегал на работу. Обычно я не перезваниваю, а тут, как кто-то толкнул – «перезвони»! Набираю номер – бляха-муха, это Екатерина. Номер узнала у сестры. Оказывается, Мария окончила школу и собралась поступать в институт в моём городе. С квартирами проблема – дорого, с общагой – непонятки. В общем, может ли Маша пожить у меня, пока поступит и они ей не найдут жильё для нескольких однокурсниц, что бы не дорого было. «Долги наши тяжкие» — я согласился на эту авантюру.
На вокзал, встречать дочь, я приехал весь в волнении – как оно произойдёт? Что ей сказала мать обо мне? Чтобы не разминуться, нарисовал на картонке – «МАРИЯ» и стоял на остановке автобуса. Хрен его знает – можно было попросить фотки, обменяться мобилками. Ну, не хотелось мне общаться с Катькой. Наверное, давняя обида зашевелилась.
Из автобуса выпорхнули с десяток молоденьких девушек – хорошо, что догадался нарисовать табличку – не узнал бы. Подруливает ко мне юная дива:
— А вы Максим Леонидович?
— Да, а ты Мария?
Она радостно кивает. Стройненькая, высокенькая, симпотненькая, волосы, длинные, прямые, русые с мелировкой. Бейсболка, футболка, шортики, шлёпки. На мой вкус — красатуля. Идём на такси. Своей бибики у меня нет – не хочу проблем, которые она несёт. Приезжаем, показываю квартиру, комнату Маши, выдаю ключи. Садимся обедать, я сварил к приезду дочери суп с брюшками лосося. Машке нравится, говорит, что никогда такого не ела. Я так понимаю, что они сторонники диетического питания. Ну, что же буду баловать дочь.
Я пытаюсь тихонько вывести дочь на разговор – кто я для неё? Катька же, как то должна была объяснить ей, что за мужик, у которого она будет жить? Оказывается, я материн хороший друг детства. Ну, может пока оно и лучше. К отцу, которого никогда не видела, могла бы и не поехать.

Мне надо, как-то определить границы нашего общения:
— Маша, у меня к тебе просьба – называй меня Максимом, или Максом. Мне так будет приятно.
Она смотрит внимательно, видимо прикидывает расклады. Но куда она денется:
— Хорошо, Макс…
— Вау!


Дальше надо договориться о друзьях и подругах:
— Маш, у меня просьба не водить домой большие компании с бухлом. Подруг можно. Если я, когда тебе буду помехой, позвони. Ну, ты понимаешь, я про мальчика.
— У меня нет парня…
Мне хочется пококетничать, построить глазки, залезть на её территорию. А нельзя, я ведь теперь отец.
— Маша, я мужчинка свободный, иногда дам привожу. Не часто, ни чё? Я буду предупреждать, закроешься в своей комнате.
— Ладно…
Мне показалось, что ей это не очень понравилось. Ну, ладно, как то оно будет. Началась наша совместная житуха под одной крышей. Машка оказалась хорошей хозяйкой – квартира заблестела чистотой, готовка полностью легла на неё. Прихожу с работы, а меня уже встречают с ужином. Я не беру с неё деньги – квартира, продукты и всякие мелочи на мне.
Когда дочь поступила в ВУЗ, я потащил её в отдел парфумов и попросил продавщицу подобрать духи из топовых брендов. Машка светилась от счастья, брызгала на запястья эту магию ночи, протягивала мне руки понюхать, чуть рот от улыбки не порвала. Купили, и видимо в знак благодарности, она на выходе из магазина взяла меня под руку. Ой, как мне это понравилсь!!!
Но я таки прокололся – вел, то я себя, как отец. А Маша оказалась внимательной и умненькой девочкой. Пришли домой и мне прилетело:
— Максим, а ты не похож на просто друга детства мамы. У вас был роман, да?
Скользкая это тема, она сидит рядом, глаза в глаза. И как уйти?
— Маша, а давай мы не будем трогать историю. Прошлое может нагадить в настоящее.

— Ты мой отец, да?
Да, твою же мать, довыкобенивался я таки.
— Твой отец, кажется Геннадий, отчества не знаю.
— Да, он мой отец. Но однажды в детстве мы с мамой в магазине встретили женщину, и она сказала, что мама должна сказать мне о моём настоящем отце и позволить нам увидеться. Мама сказала мн

Да, что за ёбанный страус??? Я прожил тридцать шесть лет своей жизни, имея смутное представление, что такое инцест. Не то, что бы совсем не знал, ну, самую малость – что это грех кровосмешения и общественное табу. Ну, не хотел я никогда трахнуть мать, или сестёр. А теперь влип в любовь с дочерью.
Перед самой армией у меня был роман с девушкой Катей. Мы трахнулись раз пять, меня постригли и обули в сапоги, она обещала ждать. Не дождалась – через полгода мне сестра сообщила, что Катя вышла замуж. В армии предательство переживается очень больно. Я помню, как стоял в карауле — на территории я один, на плече железяка с двумя магазинами, и мысли, дятлом выносящие мозг. Тогда меня спас взводный – поговорил по душам, как мужик с мужиком. Я на всю жизнь запомнил его фразу – «если невеста уходит к другому, то неизвестно, кому повезло».
Ещё через пару месяцев сеструха сообщила, что Катя родила девочку. Я прикинул сроки – получилось, что у меня теперь есть дочь. Но Катька замужем и моя биологическая дочь Маша, официально записана на папу Гену.
Дальше был дембель и разговор с Екатериной. Порядочная она всё же девка – не стала чесать по ушам. «Полюбила другого, прости, если сможешь. У нас семья, Геннадий считает Машку своей дочерью. Пожалуйста, не разрушай семью. Не порть жизнь мне и Маше»! Что тут не понять, права она была по своему. Я тогда психанул, и уехал с концами из своего городка в соседний областной центр.
Шестнадцать лет я не лез в эту историю – ни разу не поинтересовался, как там моя дочь? Окончил ВУЗ, помотался по Европе, купил трёхкомнатную квартиру – на вырост. Обставился, устроился на приличную работу. Вот только со своей семьёй не получилось. Дам сердца было много, но не зацепился, ни за одну. Я про Катьку и дочь забыл, а вот те ребята, что реально рулят миром, всё помнили.
В июне на мобилке высветился звонок с неизвестного телефона. Я телефон забыл дома, когда убегал на работу. Обычно я не перезваниваю, а тут, как кто-то толкнул – «перезвони»! Набираю номер – бляха-муха, это Екатерина. Номер узнала у сестры. Оказывается, Мария окончила школу и собралась поступать в институт в моём городе. С квартирами проблема – дорого, с общагой – непонятки. В общем, может ли Маша пожить у меня, пока поступит и они ей не найдут жильё для нескольких однокурсниц, что бы не дорого было. «Долги наши тяжкие» — я согласился на эту авантюру.
На вокзал, встречать дочь, я приехал весь в волнении – как оно произойдёт? Что ей сказала мать обо мне? Чтобы не разминуться, нарисовал на картонке – «МАРИЯ» и стоял на остановке автобуса. Хрен его знает – можно было попросить фотки, обменяться мобилками. Ну, не хотелось мне общаться с Катькой. Наверное, давняя обида зашевелилась.
Из автобуса выпорхнули с десяток молоденьких девушек – хорошо, что догадался нарисовать табличку – не узнал бы. Подруливает ко мне юная дива:
— А вы Максим Леонидович?
— Да, а ты Мария?
Она радостно кивает. Стройненькая, высокенькая, симпотненькая, волосы, длинные, прямые, русые с мелировкой. Бейсболка, футболка, шортики, шлёпки. На мой вкус — красатуля. Идём на такси. Своей бибики у меня нет – не хочу проблем, которые она несёт. Приезжаем, показываю квартиру, комнату Маши, выдаю ключи. Садимся обедать, я сварил к приезду дочери суп с брюшками лосося. Машке нравится, говорит, что никогда такого не ела. Я так понимаю, что они сторонники диетического питания. Ну, что же буду баловать дочь.
Я пытаюсь тихонько вывести дочь на разговор – кто я для неё? Катька же, как то должна была объяснить ей, что за мужик, у которого она будет жить? Оказывается, я материн хороший друг детства. Ну, может пока оно и лучше. К отцу, которого никогда не видела, могла бы и не поехать.
Мне надо, как-то определить границы нашего общения:
— Маша, у меня к тебе просьба – называй меня Максимом, или Максом. Мне так будет приятно.
Она смотрит внимательно, видимо прикидывает расклады. Но куда она денется:
— Хорошо, Макс…
— Вау!
Дальше надо договориться о друзьях и подругах:
— Маш, у меня просьба не водить домой большие компании с бухлом. Подруг можно. Если я, когда тебе буду помехой, позвони. Ну, ты понимаешь, я про мальчика.
— У меня нет парня…
Мне хочется пококетничать, построить глазки, залезть на её территорию. А нельзя, я ведь теперь отец.
— Маша, я мужчинка свободный, иногда дам привожу. Не часто, ни чё? Я буду предупреждать, закроешься в своей комнате.
— Ладно…
Мне показалось, что ей это не очень понравилось. Ну, ладно, как то оно будет. Началась наша совместная житуха под одной крышей. Машка оказалась хорошей хозяйкой – квартира заблестела чистотой, готовка полностью легла на неё. Прихожу с работы, а меня уже встречают с ужином. Я не беру с неё деньги – квартира, продукты и всякие мелочи на мне.
Когда дочь поступила в ВУЗ, я потащил её в отдел парфумов и попросил продавщицу подобрать духи из топовых брендов. Машка светилась от счастья, брызгала на запястья эту магию ночи, протягивала мне руки понюхать, чуть рот от улыбки не порвала. Купили, и видимо в знак благодарности, она на выходе из магазина взяла меня под руку. Ой, как мне это понравилсь!!!
Но я таки прокололся – вел, то я себя, как отец. А Маша оказалась внимательной и умненькой девочкой. Пришли домой и мне прилетело:
— Максим, а ты не похож на просто друга детства мамы. У вас был роман, да?
Скользкая это тема, она сидит рядом, глаза в глаза. И как уйти?
— Маша, а давай мы не будем трогать историю. Прошлое может нагадить в настоящее.
— Ты мой отец, да?
Да, твою же мать, довыкобенивался я таки.
— Твой отец, кажется Геннадий, отчества не знаю.
— Да, он мой отец. Но однажды в детстве мы с мамой в магазине встретили женщину, и она сказала, что мама должна сказать мне о моём настоящем отце и позволить нам увидеться. Мама сказала мне, что тётя нас с кем-то спутала.
Ну, что мне оставалось делать – я рассказал дочери нашу дурную историю.
— Максим, а ты сейчас один потому, что тогда с мамой так вышло?
— Маша, на фик историю, на фик маму, что дальше? Ты уйдёшь? Я хочу, что бы ты осталась!
— Нет, мне с тобой хорошо. Два отца это же лучше, чем ни одного?
Странное это новое поколение. Я весь в сомнениях, а она так легко развела педали. Жизнь опять покатилась по будням. В октябре я вдруг понял, что у меня к этой девочке любовь-любовь. Понял и утонул в рефлексии – это любовь к дочери, или к женщине? Легко отцам, живущим с дочерьми от рождения – они подрываются к ним по ночам в младенчестве, читают сказки, водят с детский сад, в первый класс. Это понятная любовь к дочери. У меня этого не было, а теперь есть. И что это за чувство? Я начал шарить по интернету с вопросом – «чем отличается любовь к дочери от любви к женщине»? И хрен понял, получилось, что только сексуальным влечением. Есть и такое, называют инцестом. А я всё отчётливее соскальзывал в этом направлении – Машуня очень меня волновала, как мужчину. А это в нашей культуре – табу.
Интернет это чудо, я полез лохматить тему инцеста. Оказывается, половина богов были в связи с кровными родственниками, или плодами такой связи. Короли и цезари, фараоны и библейские персонажи – кто только не трахался со своими отцами, матерями, сёстрами и братьями. Главный сюжет библии – у Адама и Евы было 10-ть сыновей и 18-ть дочерей. А они ведь были первыми и единственными людьми. От кого рожали дочери? От духа святого, от орангутанга? Выходит, что покрывали дочерей либо сам Адам, либо братья сестёр. Во, бля!!!
Ну, ладно – «богу богово», а мне, простому смертному, что делать? С Машей я, понятно, на эту тему не мог говорить. Я решил, что пусть оно само как-то вырулит. И оно вырулило.
Всё это время у меня бывали бабы. Сейчас моим уделом были дамы на перепихон. Муж на вахте, или в командировке, девочке скучно, идёт в бар – побухать и подъебаться. Я их домой не водил.
А в ноябре я таки влетел. В пятницу решили с руководством фирмы посидеть с коньячком. Я Машке позвонил, предупредил, что это дело нужное для командного духа в коллективе, и что приду поздно, что бы не ждала. После коньячка в кабинете генерального, компания захотела в кабак. Там хорошо закинулись, и я по пьяне снял, какую-то блонду. Светку, что ли? С дурру притащил её к себе. Машка уже спала, мы оттянулись в моей комнате. А утром меня разбудил дикий бабий ор в моей квартире. Я подорвался с кровати, естественно совершенно голый.
В коридоре такая картинка – Светка голая, скулит и пытается закрыться руками. А Машка в ночнушке с солдатским ремнём, пытается перепоясать блонду с криком:
— Это я, что ли должна уёбывать? Это ты сейчас уебёшь, пока не переебала! Это мой дом, это мой муж, а ты пиздуй!
Ремень с латунной бляхой, со звездой, оказывается, не зря висел на гвоздике, на стене. Он достался мне от прежних хозяев квартиры. Там кто-то служил в армии, и ремень потом повесили на стену в воспитательных целях. Я его оставил для колорита. Теперь я сгрёб Машку. Отобрал ремень, и затолкал дочь в её комнату. Оделся, блонду собрал. Одел и вызвал ей такси.
— Что это за конченная у тебя???
— Дочь.
— Где ты её такую, ёбнутую выковырял?
— Свет, ехай уже, не доводи…
Я оделся, заправил постель, сходил в ванную. Холодная вода – самое, что нужно. Поставил чайник и постучался к Маше:
— Маш, иди чай пить, надо поговорить.
Дочь вышла – в глазах укор и контра. Ну, да я виноват — нужно разгребать проблему.
— Маш, это моя вина…
— Почему ты не предупредил?
— Получилось так, бухой был. Что у вас произошло?
Оказывается, Машка спала, когда мы завалились. Утром, ни чего не подозревая, она выскочила по-тёмному в туалет. Дверь на щеколду не закрыла, придерживая рукой. Блонда тоже искала туалет в темноте. Дёрнула дверь, увидела Машку, «заорала, как ёбн

Да, что за ёбанный страус??? Я прожил тридцать шесть лет своей жизни, имея смутное представление, что такое инцест. Не то, что бы совсем не знал, ну, самую малость – что это грех кровосмешения и общественное табу. Ну, не хотел я никогда трахнуть мать, или сестёр. А теперь влип в любовь с дочерью.
Перед самой армией у меня был роман с девушкой Катей. Мы трахнулись раз пять, меня постригли и обули в сапоги, она обещала ждать. Не дождалась – через полгода мне сестра сообщила, что Катя вышла замуж. В армии предательство переживается очень больно. Я помню, как стоял в карауле — на территории я один, на плече железяка с двумя магазинами, и мысли, дятлом выносящие мозг. Тогда меня спас взводный – поговорил по душам, как мужик с мужиком. Я на всю жизнь запомнил его фразу – «если невеста уходит к другому, то неизвестно, кому повезло».
Ещё через пару месяцев сеструха сообщила, что Катя родила девочку. Я прикинул сроки – получилось, что у меня теперь есть дочь. Но Катька замужем и моя биологическая дочь Маша, официально записана на папу Гену.
Дальше был дембель и разговор с Екатериной. Порядочная она всё же девка – не стала чесать по ушам. «Полюбила другого, прости, если сможешь. У нас семья, Геннадий считает Машку своей дочерью. Пожалуйста, не разрушай семью. Не порть жизнь мне и Маше»! Что тут не понять, права она была по своему. Я тогда психанул, и уехал с концами из своего городка в соседний областной центр.
Шестнадцать лет я не лез в эту историю – ни разу не поинтересовался, как там моя дочь? Окончил ВУЗ, помотался по Европе, купил трёхкомнатную квартиру – на вырост. Обставился, устроился на приличную работу. Вот только со своей семьёй не получилось. Дам сердца было много, но не зацепился, ни за одну. Я про Катьку и дочь забыл, а вот те ребята, что реально рулят миром, всё помнили.
В июне на мобилке высветился звонок с неизвестного телефона. Я телефон забыл дома, когда убегал на работу. Обычно я не перезваниваю, а тут, как кто-то толкнул – «перезвони»! Набираю номер – бляха-муха, это Екатерина. Номер узнала у сестры. Оказывается, Мария окончила школу и собралась поступать в институт в моём городе. С квартирами проблема – дорого, с общагой – непонятки. В общем, может ли Маша пожить у меня, пока поступит и они ей не найдут жильё для нескольких однокурсниц, что бы не дорого было. «Долги наши тяжкие» — я согласился на эту авантюру.
На вокзал, встречать дочь, я приехал весь в волнении – как оно произойдёт? Что ей сказала мать обо мне? Чтобы не разминуться, нарисовал на картонке – «МАРИЯ» и стоял на остановке автобуса. Хрен его знает – можно было попросить фотки, обменяться мобилками. Ну, не хотелось мне общаться с Катькой. Наверное, давняя обида зашевелилась.
Из автобуса выпорхнули с десяток молоденьких девушек – хорошо, что догадался нарисовать табличку – не узнал бы. Подруливает ко мне юная дива:
— А вы Максим Леонидович?
— Да, а ты Мария?
Она радостно кивает. Стройненькая, высокенькая, симпотненькая, волосы, длинные, прямые, русые с мелировкой. Бейсболка, футболка, шортики, шлёпки. На мой вкус — красатуля. Идём на такси. Своей бибики у меня нет – не хочу проблем, которые она несёт. Приезжаем, показываю квартиру, комнату Маши, выдаю ключи. Садимся обедать, я сварил к приезду дочери суп с брюшками лосося. Машке нравится, говорит, что никогда такого не ела. Я так понимаю, что они сторонники диетического питания. Ну, что же буду баловать дочь.
Я пытаюсь тихонько вывести дочь на разговор – кто я для неё? Катька же, как то должна была объяснить ей, что за мужик, у которого она будет жить? Оказывается, я материн хороший друг детства. Ну, может пока оно и лучше. К отцу, которого никогда не видела, могла бы и не поехать.
Мне надо, как-то определить границы нашего общения:
— Маша, у меня к тебе просьба – называй меня Максимом, или Максом. Мне так будет приятно.
Она смотрит внимательно, видимо прикидывает расклады. Но куда она денется:
— Хорошо, Макс…
— Вау!
Дальше надо договориться о друзьях и подругах:
— Маш, у меня просьба не водить домой большие компании с бухлом. Подруг можно. Если я, когда тебе буду помехой, позвони. Ну, ты понимаешь, я про мальчика.
— У меня нет парня…
Мне хочется пококетничать, построить глазки, залезть на её территорию. А нельзя, я ведь теперь отец.
— Маша, я мужчинка свободный, иногда дам привожу. Не часто, ни чё? Я буду предупреждать, закроешься в своей комнате.
— Ладно…
Мне показалось, что ей это не очень понравилось. Ну, ладно, как то оно будет. Началась наша совместная житуха под одной крышей. Машка оказалась хорошей хозяйкой – квартира заблестела чистотой, готовка полностью легла на неё. Прихожу с работы, а меня уже встречают с ужином. Я не беру с неё деньги – квартира, продукты и всякие мелочи на мне.
Когда дочь поступила в ВУЗ, я потащил её в отдел парфумов и попросил продавщицу подобрать духи из топовых брендов. Машка светилась от счастья, брызгала на запястья эту магию ночи, протягивала мне руки понюхать, чуть рот от улыбки не порвала. Купили, и видимо в знак благодарности, она на выходе из магазина взяла меня под руку. Ой, как мне это понравилсь!!!
Но я таки прокололся – вел, то я себя, как отец. А Маша оказалась внимательной и умненькой девочкой. Пришли домой и мне прилетело:
— Максим, а ты не похож на просто друга детства мамы. У вас был роман, да?
Скользкая это тема, она сидит рядом, глаза в глаза. И как уйти?
— Маша, а давай мы не будем трогать историю. Прошлое может нагадить в настоящее.
— Ты мой отец, да?
Да, твою же мать, довыкобенивался я таки.
— Твой отец, кажется Геннадий, отчества не знаю.
— Да, он мой отец. Но однажды в детстве мы с мамой в магазине встретили женщину, и она сказала, что мама должна сказать мне о моём настоящем отце и позволить нам увидеться. Мама сказала мне, что тётя нас с кем-то спутала.
Ну, что мне оставалось делать – я рассказал дочери нашу дурную историю.
— Максим, а ты сейчас один потому, что тогда с мамой так вышло?
— Маша, на фик историю, на фик маму, что дальше? Ты уйдёшь? Я хочу, что бы ты осталась!
— Нет, мне с тобой хорошо. Два отца это же лучше, чем ни одного?
Странное это новое поколение. Я весь в сомнениях, а она так легко развела педали. Жизнь опять покатилась по будням. В октябре я вдруг понял, что у меня к этой девочке любовь-любовь. Понял и утонул в рефлексии – это любовь к дочери, или к женщине? Легко отцам, живущим с дочерьми от рождения – они подрываются к ним по ночам в младенчестве, читают сказки, водят с детский сад, в первый класс. Это понятная любовь к дочери. У меня этого не было, а теперь есть. И что это за чувство? Я начал шарить по интернету с вопросом – «чем отличается любовь к дочери от любви к женщине»? И хрен понял, получилось, что только сексуальным влечением. Есть и такое, называют инцестом. А я всё отчётливее соскальзывал в этом направлении – Машуня очень меня волновала, как мужчину. А это в нашей культуре – табу.
Интернет это чудо, я полез лохматить тему инцеста. Оказывается, половина богов были в связи с кровными родственниками, или плодами такой связи. Короли и цезари, фараоны и библейские персонажи – кто только не трахался со своими отцами, матерями, сёстрами и братьями. Главный сюжет библии – у Адама и Евы было 10-ть сыновей и 18-ть дочерей. А они ведь были первыми и единственными людьми. От кого рожали дочери? От духа святого, от орангутанга? Выходит, что покрывали дочерей либо сам Адам, либо братья сестёр. Во, бля!!!
Ну, ладно – «богу богово», а мне, простому смертному, что делать? С Машей я, понятно, на эту тему не мог говорить. Я решил, что пусть оно само как-то вырулит. И оно вырулило.
Всё это время у меня бывали бабы. Сейчас моим уделом были дамы на перепихон. Муж на вахте, или в командировке, девочке скучно, идёт в бар – побухать и подъебаться. Я их домой не водил.
А в ноябре я таки влетел. В пятницу решили с руководством фирмы посидеть с коньячком. Я Машке позвонил, предупредил, что это дело нужное для командного духа в коллективе, и что приду поздно, что бы не ждала. После коньячка в кабинете генерального, компания захотела в кабак. Там хорошо закинулись, и я по пьяне снял, какую-то блонду. Светку, что ли? С дурру притащил её к себе. Машка уже спала, мы оттянулись в моей комнате. А утром меня разбудил дикий бабий ор в моей квартире. Я подорвался с кровати, естественно совершенно голый.
В коридоре такая картинка – Светка голая, скулит и пытается закрыться руками. А Машка в ночнушке с солдатским ремнём, пытается перепоясать блонду с криком:
— Это я, что ли должна уёбывать? Это ты сейчас уебёшь, пока не переебала! Это мой дом, это мой муж, а ты пиздуй!
Ремень с латунной бляхой, со звездой, оказывается, не зря висел на гвоздике, на стене. Он достался мне от прежних хозяев квартиры. Там кто-то служил в армии, и ремень потом повесили на стену в воспитательных целях. Я его оставил для колорита. Теперь я сгрёб Машку. Отобрал ремень, и затолкал дочь в её комнату. Оделся, блонду собрал. Одел и вызвал ей такси.
— Что это за конченная у тебя???
— Дочь.
— Где ты её такую, ёбнутую выковырял?
— Свет, ехай уже, не доводи…
Я оделся, заправил постель, сходил в ванную. Холодная вода – самое, что нужно. Поставил чайник и постучался к Маше:
— Маш, иди чай пить, надо поговорить.
Дочь вышла – в глазах укор и контра. Ну, да я виноват — нужно разгребать проблему.
— Маш, это моя вина…
— Почему ты не предупредил?
— Получилось так, бухой был. Что у вас произошло?
Оказывается, Машка спала, когда мы завалились. Утром, ни чего не подозревая, она выскочила по-тёмному в туалет. Дверь на щеколду не закрыла, придерживая рукой. Блонда тоже искала туалет в темноте. Дёрнула дверь, увидела Машку, «заорала, как ёбнутая». Машка с перепугу тоже. Блонда обозвала дочь ночным гоблином и хотела выгнать. Ну, Машуня и с тормозов.
— Ладно, Маш, не сердись…
— Мне не нравится, что ты с блядями трахаешься! Ещё заразу принесёшь в дом!
— Маш, стоп! С дамами я разберусь. Ты лучше скажи – что значит – «это мой муж»?
Машка глаза в пол, лицо в краску.
— Маш, давай эту штуку вытаскивать на свет. Ты мне не безразлична, как женщина. Я походу тебе тоже. Что будем дальше делать?
Машка помолчала, но решилась:
— Давай будем жить, как мужчина с женщиной…
— Это называется инцестом и осуждается в обществе.
— Я знаю. Мне было интересно, что ты смотришь в сети, и я полистала историю посещений на твоём компе. А там много про инцест. Это любовь богов. Проблема только с детьми, можно предохраняться.
Думаю – «ну дебил — историю надо было чистить». Но, как бы там ни было, Машка свой шаг сделала, моя очередь:
— Маш, а ты девственница?
— Нет, у меня был роман в школе…
Так получилось, что мы оба готовы к грехопадению и оба этого хотим. Муки морали теперь позади:
— Маша, пошли в душ.
Она дарит мне улыбку и протягивает руку. Я веду дочь в душ для прелюбодеяния. Для меня это серьёзно и ответственно. Это, пожалуй, первая моя такая женщина, когда я в ответе за её чувства. Кончилась плейбойская халява.
Мы раздеваемся – Машка не стесняется. Заходим под тёплую струю. Я обнимаю дочь и касаюсь губами её губ. Маша больше не «дочь», она моя «женщина». Мы переходим от касания губ к сосанию ртами. Её тело в моих руках, её рот и язык, тёплая вода – мы уносимся в пропасть греха.
Я мну её ягодицы. Её рука захватывает мой член и начинает поддрачивать. Она поворачивается ко мне спиной и тянет мои руки на свои грудки. Девичьи груди – такой кайф. Я балдею от её стоячих сосков в своих пальцах. Вау-вау!!! Она передвигает мою руку в низ:
— Возьми меня за письку!
А там бархатная чистая кожа, севеже выбритой пилоточки:
— Маш, ты её вчера побрила?
— Да, я давно её брею, я должна была быть готовой, когда мы трахнемся.
— Ты чудо богов!!!
Она смещается в бок и рукой дрочит мой член. Что, блядь, за поколение???
— Маша, я хочу узнать вкус твоей письки, подними ногу.
Я делал куни только двум своим дамам. Тогда мне казалось – любимым. И вот теперь я уверен, что Маша моя любимая женщина. Ей можно, вернее нужно. Она поднимает ногу, я становлюсь на колени и всласть лижу клитор и губки этой чертовки. Машка нежится, тяжело дышит, тихонько стонет и кончает с криками. Господи – у неё оргазм!!? С её матерью у нас такого не было – стеснялись оба сильно. А с дочерью оргазм, как награда. Я закрываю воду, обтираю дочь полотенцем и тащу в кровать. Я хочу в её письку, валю на спину и вхожу в вагинку. Она помогает проникновению рукой. Не сразу, не на всю длину, потихоньку. Я вспоминаю про предохранение, ищу презик в тумбочке, руки дрожат, Машка помогает мне его одеть. Он в смазке. И я назад в норку. Её ноги у меня на плечах, в норке плотно и я не могу сдержать свою сперму. Кончаю в презик. Обессилев, ложусь рядом. Мы смотрим глаза в глаза. Машка присасывается к моим губам. Её рука на моём члене и он опять встаёт. «Раздрочила сучка». Теперь она хочет ртом. Перекатывается вниз, разглядывает моего пацана, поддрачивает рукой и берёт в ротик. Так осторожно, только головку. Понравилось и член уходит до горла. Я не знаю, умело ли она сосёт? Мне сейчас важно, что она мне делает самое желанное, близкое и откровенное. Я любимый мужчина??? Ну, если любимый, надо поощрить девочку – я отрываю её от члена и целую в губы, облизывая с них вкус своего члена.
— Трахни меня, как сучку – рачком.
Я опять натягиваю уже второй презик. Моя девочка стоит на коленках, выпятив попу вверх. Я пристраиваюсь и вхожу. Рачком так приятно!!! Медленно вглубь, назад, почти до выхода, и опять до упора. Второй раз уже можно довести девочку до её оргазма. И я трахаю. Вот это я умею.
— Макс, давай быстрее, я сейчас кончу!!!
Мне это очень приятно и я уже ебу, не сдерживая себя. Машка стонет на члене и с ором, валится вперёд, на живот. Я не вынимаю и доёбываю свой оргазм.
Мы лежим в обнимку. Я вдыхаю еле уловимый аромат духов с её волос. Мне так приятно тепло её тела, я натягиваю одеяло, и мы засыпаем.
Просыпаемся уже в полдень. Идём обедать, Машка вчера сварила борщ.
— Маш, а ты правда хочешь, что бы мы жили, как муж и жена?
— Да, хочу…
— Тогда нам надо пойти в ювелирку и купить колечки…
— Пойдём, и постельное надо новое купить. Не спать же на том, где были твои тёлки. Всё, блядей больше не будет!
Блин, в моей жизни наконец то появилась хозяйка и любовь.
— Маш, а давай купим маме Кате дорогие духи? Типа в благодарность!
— Она хочет шубку…
— Я не против, только шубка это дорого, поймёт она всё. Давай пока только духи на новый год – ты типа сэкономила.
Мы покупаем колечки, а у меня мысль – а мы ведь по бумагам чистые, можно и официальный брак вступить. Только, как потом с Екатериной и Геннадием объясняться? Да, «чудны дела твои господи».

утая». Машка с перепугу тоже. Блонда обозвала дочь ночным гоблином и хотела выгнать. Ну, Машуня и с тормозов.
— Ладно, Маш, не сердись…
— Мне не нравится, что ты с блядями трахаешься! Ещё заразу принесёшь в дом!
— Маш, стоп! С дамами я разберусь. Ты лучше скажи – что значит – «это мой муж»?
Машка глаза в пол, лицо в краску.
— Маш, давай эту штуку вытаскивать на свет. Ты мне не безразлична, как женщина. Я походу тебе тоже. Что будем дальше делать?
Машка помолчала, но решилась:
— Давай будем жить, как мужчина с женщиной…
— Это называется инцестом и осуждается в обществе.
— Я знаю. Мне было интересно, что ты смотришь в сети, и я полистала историю посещений на твоём компе. А там много про инцест. Это любовь богов. Проблема только с детьми, можно предохраняться.
Думаю – «ну дебил — историю надо было чистить». Но, как бы там ни было, Машка свой шаг сделала, моя очередь:
— Маш, а ты девственница?
— Нет, у меня был роман в школе…
Так получилось, что мы оба готовы к грехопадению и оба этого хотим. Муки морали теперь позади:
— Маша, пошли в душ.
Она дарит мне улыбку и протягивает руку. Я веду дочь в душ для прелюбодеяния. Для меня это серьёзно и ответственно. Это, пожалуй, первая моя такая женщина, когда я в ответе за её чувства. Кончилась плейбойская халява.
Мы раздеваемся – Машка не стесняется. Заходим под тёплую струю. Я обнимаю дочь и касаюсь губами её губ. Маша больше не «дочь», она моя «женщина». Мы переходим от касания губ к сосанию ртами. Её тело в моих руках, её рот и язык, тёплая вода – мы уносимся в пропасть греха.
Я мну её ягодицы. Её рука захватывает мой член и начинает поддрачивать. Она поворачивается ко мне спиной и тянет мои руки на свои грудки. Девичьи груди – такой кайф. Я балдею от её стоячих сосков в своих пальцах. Вау-вау!!! Она передвигает мою руку в низ:
— Возьми меня за письку!
А там бархатная чистая кожа, севеже выбритой пилоточки:
— Маш, ты её вчера побрила?
— Да, я давно её брею, я должна была быть готовой, когда мы трахнемся.
— Ты чудо богов!!!
Она смещается в бок и рукой дрочит мой член. Что, блядь, за поколение???
— Маша, я хочу узнать вкус твоей письки, подними ногу.
Я делал куни только двум своим дамам. Тогда мне казалось – любимым. И вот теперь я уверен, что Маша моя любимая женщина. Ей можно, вернее нужно. Она поднимает ногу, я становлюсь на колени и всласть лижу клитор и губки этой чертовки. Машка нежится, тяжело дышит, тихонько стонет и кончает с криками. Господи – у неё оргазм!!? С её матерью у нас такого не было – стеснялись оба сильно. А с дочерью оргазм, как награда. Я закрываю воду, обтираю дочь полотенцем и тащу в кровать. Я хочу в её письку, валю на спину и вхожу в вагинку. Она помогает проникновению рукой. Не сразу, не на всю длину, потихоньку. Я вспоминаю про предохранение, ищу презик в тумбочке, руки дрожат, Машка помогает мне его одеть. Он в смазке. И я назад в норку. Её ноги у меня на плечах, в норке плотно и я не могу сдержать свою сперму. Кончаю в презик. Обессилев, ложусь рядом. Мы смотрим глаза в глаза. Машка присасывается к моим губам. Её рука на моём члене и он опять встаёт. «Раздрочила сучка». Теперь она хочет ртом. Перекатывается вниз, разглядывает моего пацана, поддрачивает рукой и берёт в ротик. Так осторожно, только головку. Понравилось и член уходит до горла. Я не знаю, умело ли она сосёт? Мне сейчас важно, что она мне делает самое желанное, близкое и откровенное. Я любимый мужчина??? Ну, если любимый, надо поощрить девочку – я отрываю её от члена и целую в губы, облизывая с них вкус своего члена.
— Трахни меня, как сучку – рачком.
Я опять натягиваю уже второй презик. Моя девочка стоит на коленках, выпятив попу вверх. Я пристраиваюсь и вхожу. Рачком так приятно!!! Медленно вглубь, назад, почти до выхода, и опять до упора. Второй раз уже можно довести девочку до её оргазма. И я трахаю. Вот это я умею.
— Макс, давай быстрее, я сейчас кончу!!!
Мне это очень приятно и я уже ебу, не сдерживая себя. Машка стонет на члене и с ором, валится вперёд, на живот. Я не вынимаю и доёбываю свой оргазм.
Мы лежим в обнимку. Я вдыхаю еле уловимый аромат духов с её волос. Мне так приятно тепло её тела, я натягиваю одеяло, и мы засыпаем.
Просыпаемся уже в полдень. Идём обедать, Машка вчера сварила борщ.
— Маш, а ты правда хочешь, что бы мы жили, как муж и жена?
— Да, хочу…
— Тогда нам надо пойти в ювелирку и купить колечки…
— Пойдём, и постельное надо новое купить. Не спать же на том, где были твои тёлки. Всё, блядей больше не будет!
Блин, в моей жизни наконец то появилась хозяйка и любовь.
— Маш, а давай купим маме Кате дорогие духи? Типа в благодарность!
— Она хочет шубку…
— Я не против, только шубка это дорого, поймёт она всё. Давай пока только духи на новый год – ты типа сэкономила.
Мы покупаем колечки, а у меня мысль – а мы ведь по бумагам чистые, можно и официальный брак вступить. Только, как потом с Екатериной и Геннадием объясняться? Да, «чудны дела твои господи».

е, что тётя нас с кем-то спутала.
Ну, что мне оставалось делать – я рассказал дочери нашу дурную историю.
— Максим, а ты сейчас один потому, что тогда с мамой так вышло?
— Маша, на фик историю, на фик маму, что дальше? Ты уйдёшь? Я хочу, что бы ты осталась!


— Нет, мне с тобой хорошо. Два отца это же лучше, чем ни одного?
Странное это новое поколение. Я весь в сомнениях, а она так легко развела педали. Жизнь опять покатилась по будням. В октябре я вдруг понял, что у меня к этой девочке любовь-любовь. Понял и утонул в рефлексии – это любовь к дочери, или к женщине? Легко отцам, живущим с дочерьми от рождения – они подрываются к ним по ночам в младенчестве, читают сказки, водят с детский сад, в первый класс. Это понятная любовь к дочери. У меня этого не было, а теперь есть. И что это за чувство? Я начал шарить по интернету с вопросом – «чем отличается любовь к дочери от любви к женщине»? И хрен понял, получилось, что только сексуальным влечением. Есть и такое, называют инцестом. А я всё отчётливее соскальзывал в этом направлении – Машуня очень меня волновала, как мужчину. А это в нашей культуре – табу.
Интернет это чудо, я полез лохматить тему инцеста. Оказывается, половина богов были в связи с кровными родственниками, или плодами такой связи. Короли и цезари, фараоны и библейские персонажи – кто только не трахался со своими отцами, матерями, сёстрами и братьями. Главный сюжет библии – у Адама и Евы было 10-ть сыновей и 18-ть дочерей. А они ведь были первыми и единственными людьми. От кого рожали дочери? От духа святого, от орангутанга? Выходит, что покрывали дочерей либо сам Адам, либо братья сестёр. Во, бля!!!
Ну, ладно – «богу богово», а мне, простому смертному, что делать? С Машей я, понятно, на эту тему не мог говорить. Я решил, что пусть оно само как-то вырулит. И оно вырулило.
Всё это время у меня бывали бабы. Сейчас моим уделом были дамы на перепихон. Муж на вахте, или в командировке, девочке скучно, идёт в бар – побухать и подъебаться. Я их домой не водил.
А в ноябре я таки влетел. В пятницу решили с руководством фирмы посидеть с коньячком. Я Машке позвонил, предупредил, что это дело нужное для командного духа в коллективе, и что приду поздно, что бы не ждала. После коньячка в кабинете генерального, компания захотела в кабак. Там хорошо закинулись, и я по пьяне снял, какую-то блонду. Светку, что ли? С дурру притащил её к себе. Машка уже спала, мы оттянулись в моей комнате. А утром меня разбудил дикий бабий ор в моей квартире. Я подорвался с кровати, естественно совершенно голый.
В коридоре такая картинка – Светка голая, скулит и пытается закрыться руками. А Машка в ночнушке с солдатским ремнём, пытается перепоясать блонду с криком:
— Это я, что ли должна уёбывать? Это ты сейчас уебёшь, пока не переебала! Это мой дом, это мой муж, а ты пиздуй!
Ремень с латунной бляхой, со звездой, оказывается, не зря висел на гвоздике, на стене. Он достался мне от прежних хозяев квартиры. Там кто-то служил в армии, и ремень потом повесили на стену в воспитательных целях. Я его оставил для колорита. Теперь я сгрёб Машку. Отобрал ремень, и затолкал дочь в её комнату. Оделся, блонду собрал. Одел и вызвал ей такси.
— Что это за конченная у тебя???
— Дочь.
— Где ты её такую, ёбнутую выковырял?
— Свет, ехай уже, не доводи…
Я оделся, заправил постель, сходил в ванную. Холодная вода – самое, что нужно. Поставил чайник и постучался к Маше:
— Маш, иди чай пить, надо поговорить.
Дочь вышла – в глазах укор и контра. Ну, да я виноват — нужно разгребать проблему.
— Маш, это моя вина…
— Почему ты не предупредил?
— Получилось так, бухой был. Что у вас произошло?
Оказывается, Машка спала, когда мы завалились. Утром, ни чего не подозревая, она выскочила по-тёмному в туалет. Дверь на щеколду не закрыла, придерживая рукой. Блонда тоже искала туалет в темноте. Дёрнула дверь, увидела Машку, «заорала, как ёбнутая». Машка с перепугу тоже. Блонда обозвала дочь ночным гоблином и хотела выгнать. Ну, Машуня и с тормозов.
— Ладно, Маш, не сердись…
— Мне не нравится, что ты с блядями трахаешься! Ещё заразу принесёшь в дом!
— Маш, стоп! С дамами я разберусь. Ты лучше скажи – что значит – «это мой муж»?
Машка глаза в пол, лицо в краску.
— Маш, давай эту штуку вытаскивать на свет. Ты мне не безразлична, как женщина. Я походу тебе тоже. Что будем дальше делать?

Машка помолчала, но решилась:
— Давай будем жить, как мужчина с женщиной…
— Это называется инцестом и осуждается в обществе.
— Я знаю. Мне было интересно, что ты смотришь в сети, и я полистала историю посещений на твоём компе. А там много про инцест. Это любовь богов. Проблема только с детьми, можно предохраняться.
Думаю – «ну дебил — историю надо было чистить». Но, как бы там ни было, Машка свой шаг сделала, моя очередь:
— Маш, а ты девственница?
— Нет, у меня был роман в школе…


Так получилось, что мы оба готовы к грехопадению и оба этого хотим. Муки морали теперь позади:
— Маша, пошли в душ.


Она дарит мне улыбку и протягивает руку. Я веду дочь в душ для прелюбодеяния. Для меня это серьёзно и ответственно. Это, пожалуй, первая моя такая женщина, когда я в ответе за её чувства. Кончилась плейбойская халява.


Мы раздеваемся – Машка не стесняется. Заходим под тёплую струю. Я обнимаю дочь и касаюсь губами её губ. Маша больше не «дочь», она моя «женщина». Мы переходим от касания губ к сосанию ртами. Её тело в моих руках, её рот и язык, тёплая вода – мы уносимся в пропасть греха.
Я мну её ягодицы. Её рука захватывает мой член и начинает поддрачивать. Она поворачивается ко мне спиной и тянет мои руки на свои грудки. Девичьи груди – такой кайф. Я балдею от её стоячих сосков в своих пальцах. Вау-вау!!! Она передвигает мою руку в низ:
— Возьми меня за письку!


А там бархатная чистая кожа, севеже выбритой пилоточки:
— Маш, ты её вчера побрила?
— Да, я давно её брею, я должна была быть готовой, когда мы трахнемся.
— Ты чудо богов!!!
Она смещается в бок и рукой дрочит мой член. Что, блядь, за поколение???
— Маша, я хочу узнать вкус твоей письки, подними ногу.
Я делал куни только двум своим дамам. Тогда мне казалось – любимым. И вот теперь я уверен, что Маша моя любимая женщина. Ей можно, вернее нужно. Она поднимает ногу, я становлюсь на колени и всласть лижу клитор и губки этой чертовки. Машка нежится, тяжело дышит, тихонько стонет и кончает с криками. Господи – у неё оргазм!!? С её матерью у нас такого не было – стеснялись оба сильно. А с дочерью оргазм, как награда. Я закрываю воду, обтираю дочь полотенцем и тащу в кровать. Я хочу в её письку, валю на спину и вхожу в вагинку. Она помогает проникновению рукой. Не сразу, не на всю длину, потихоньку. Я вспоминаю про предохранение, ищу презик в тумбочке, руки дрожат, Машка помогает мне его одеть. Он в смазке. И я назад в норку. Её ноги у меня на плечах, в норке плотно и я не могу сдержать свою сперму. Кончаю в презик. Обессилев, ложусь рядом. Мы смотрим глаза в глаза. Машка присасывается к моим губам. Её рука на моём члене и он опять встаёт. «Раздрочила сучка». Теперь она хочет ртом. Перекатывается вниз, разглядывает моего пацана, поддрачивает рукой и берёт в ротик. Так осторожно, только головку. Понравилось и член уходит до горла. Я не знаю, умело ли она сосёт? Мне сейчас важно, что она мне делает самое желанное, близкое и откровенное. Я любимый мужчина??? Ну, если любимый, надо поощрить девочку – я отрываю её от члена и целую в губы, облизывая с них вкус своего члена.
— Трахни меня, как сучку – рачком.
Я опять натягиваю уже второй презик. Моя девочка стоит на коленках, выпятив попу вверх. Я пристраиваюсь и вхожу. Рачком так приятно!!! Медленно вглубь, назад, почти до выхода, и опять до упора. Второй раз уже можно довести девочку до её оргазма. И я трахаю. Вот это я умею.
— Макс, давай быстрее, я сейчас кончу!!!
Мне это очень приятно и я уже ебу, не сдерживая себя. Машка стонет на члене и с ором, валится вперёд, на живот. Я не вынимаю и доёбываю свой оргазм.
Мы лежим в обнимку. Я вдыхаю еле уловимый аромат духов с её волос. Мне так приятно тепло её тела, я натягиваю одеяло, и мы засыпаем.
Просыпаемся уже в полдень. Идём обедать, Машка вчера сварила борщ.
— Маш, а ты правда хочешь, что бы мы жили, как муж и жена?


— Да, хочу…
— Тогда нам надо пойти в ювелирку и купить колечки…
— Пойдём, и постельное надо новое купить. Не спать же на том, где были твои тёлки. Всё, блядей больше не будет!
Блин, в моей жизни наконец то появилась хозяйка и любовь.
— Маш, а давай купим маме Кате дорогие духи? Типа в благодарность!
— Она хочет шубку…
— Я не против, только шубка это дорого, поймёт она всё. Давай пока только духи на новый год – ты типа сэкономила.


Мы покупаем колечки, а у меня мысль – а мы ведь по бумагам чистые, можно и официальный брак вступить. Только, как потом с Екатериной и Геннадием объясняться? Да, «чудны дела твои господи».