Беременность Олеси

— Понимаешь, он какой-то не такой, как все.

Подруга с сомнением покачала головой:

— Ты так же говорила про Саню. А он даже с контрацепцией не дружил.

Олеся поморщилась:

— Зачем ты его вспомнила? Надеюсь больше никогда не увижу этого негодяя. А у моего ребёнка будет нормальный отец.

— Такой, как твой новый Владимир?

— Не, ну я его не рассматриваю, как кандидата. Хотя…

— Где хоть ты его взяла?

— Я же и рассказываю, — терпеливо проговорила Олеся, — я как раз выходила из консультации, а он на этом своём дурацком самокате ехал. И врезался в меня. Я чуть не упала.

— Чудесное начало, — Вера саркастически задрала брови. – И ты сразу поняла, насколько он замечательный.

— Не, ну сначала я, конечно, обматерила. Но он был очень милым. Собрал пакет, постоянно извинялся. И, в конце концов, вызвал такси, чтобы проводить меня домой.

— И вот в такси-то…

— Тьфу, Верка. Не буду вообще ничего говорить. Ничего там не было. Он, знаешь, как джентельмен из старых фильмов. Дверь открыл мне, ручку подал…

Олеся замедлилась и мечтательно закатила глаза.

— У меня таких никогда не было…

— Так что ты теряешься? Он тебя никуда не позвал? Телефончик не попросил? Свой не оставил?

— Сколько вопросов, — Олеся досадливо поморщилась. – У меня не просил. Свой оставил. Сказал, позвонить, если что.

— Так звони.

— Ой, отстань. Что я ему скажу? Здрасьте, это я, та самая перееханная девушка? Не хочешь-ли стать отцом чужому, не родившемуся ребёнку?

Вера заливисто рассмеялась, высоко запрокинув голову.

— Вот прямо так и скажи.

Они сидели в кафе и Владимир бархатистым голосом рассказывал историю из времён своей учёбы в университете. Олеся млела. За всё время она не услышала от своего нового знакомого ни одного матерка или пошлой шуточки. При встрече он подарил ей букет прекрасных лилий в окружении мелких беленьких цветочков. И обращался на «Вы». Это её особенно поражало. Ведь они почти ровесники! Впрочем, он не просто говорил, он именно был с ней на «Вы». Это искреннее уважение чувствовалось во всём. Владимир, открывал перед ней двери, пропускал вперёд, не садился, пока Олеся не устроится на своём стуле. При выходе из такси, он умудрился выскочить первым и успел подать ей руку. Причём это выходило совершенно естественно, не отвлекаясь от беседы, словно бы мимоходом. И от этого Олеся чувствовала себя приобщённой к какой-то высшей жизни, словно заглянула на миг в дорогущий бутик.

Однако ж, одет Владимир был весьма демократично. Кроссовки, джинсы и рубашка поло. С виду обычный парень. А, ну ещё Айфон последней модели, хотя сейчас это вовсе не показатель. Такую игрушку взял в кредит даже бригадир их грузчиков.

— Но что это я. Вы, наверное, Олесенька, уже утомились от моей болтовни. Расскажите что-нибудь о себе.

— О нет-нет. Вы очень интересно говорите. А мне особо и нечего рассказывать. После школы я училась только на бухгалтера.

Она не стала уточнять, что не осилила даже и эти курсы, ограничившись базовыми навыками во владении компьютером. С таким багажом знаний её взяли на работу только кладовщицей.


— Подлость не красит мужчину, — серьёзно произнёс Владимир, после того, как девушка рассказала ему свою историю. — Видимо это был не Ваш человек. Уверен, Вы найдёт себе настоящего спутника. Ведь отцом малышке может стать любой, кто вас полюбит.

От этих слов у Олеси стали увлажняться глаза. Владимир буквально озвучил то, что она сама чувствовала, но не могла сформулировать. Конечно, всё именно так!

— Олесенька, не поймите меня превратно, — нерешительно начал парень, — но, может быть, мы перейдём на «ты»?

— Конечно, Володь, — развязно ответила, девушка, но быстро спохватившись, поправилась: — Да, пожалуй, так будет удобнее.


Первое время Олесю беспокоило лишь одно обстоятельство. Владимир мог просто сыпать комплиментами, но при этом оставался холоден. Он не сделал ни одной попытки, даже намёка на то, чтобы затащить девушку в постель.

«Может он гей? – мучилась она в догадках. – Или я не в его вкусе?» Она не привыкла к столь долгим платоническим знакомствам.

Впервые они переспали через месяц. Парень был просто великолепен. Правда в конце обронил фразу.

— Я слышал, что классический секс может навредить плоду. Так что в следующий раз, опробуем твою попку. Ну а потом перейдём исключительно на анал.

Тогда, ещё подёргивающаяся от оргазменных волн Олеся не решилась возразить, а потом было уже как-то не до того. К тому-же, попробовать то можно.

Всем своим предыдущим парням, Олеся категорически отказывала в этом. Но Владимир… Чтобы удержать этого парня нужно было чем-то пожертвовать.

Не сказать, что всё прошло гладко, но и не так страшно, как представлялось сначала. Боль была, от неё никуда не деться, но вполне терпимая и Владимир хорошо чувствовал Олесины эмоции. Он был нежен и ласков. Когда нужно он останавливался вовсе, давая девушке отдышаться. После отдыха – начинал снова, сначала медленно, потом постепенно ускоряясь. И не молчал. Постоянно пытал Олеську о её ощущениях. И она в меру своих способностей пыталась это описать.

Не толстый, но длинный, и когда он наваливался на Олесю, она чувствовала, как в животе сдавливаются кишки. В такие моменты её лицо жалобно морщилось, а бровки, словно в удивлении изгибались вверх.

— Осторожней, пожалуйста, — просила она, придерживая ладошками уже весьма округлившийся живот.

Но он и так был осторожен и никогда не забывал о специфическом положении своей партнёрши. Владимир никогда не давил на Олесю сверху, всегда позволял отдохнуть, а если и вертел её тело, то делал это аккуратно и нежно.

С этого дня так и повелось. Если раньше Олеся подозревала своего парня в какой-то излишне возвышенной вежливости, граничащей даже со стеснительностью, то сейчас он превратился в очень настойчивого и горячего любовника. Вот только секс в их отношениях остался лишь анальным. Зато ежедневным. Девушка просто диву давалась его желанию. И радостно обмирала внутри, чувствуя, что причиной и объектом этой страсти является именно она.

Теперь Владимир частенько оставался у неё на ночь. Может быть его поначалу и смущали обшарпанные стены подъезда, но Олесе хотелось думать, что на фоне их любви это были незначительные мелочи. Всё-таки она встретила своего принца. Девушка теперь уже не морщилась от боли, когда принц укладывал её на бок, и загонял член в смазанный зад. Ей было приятно хотя бы от того, что она может доставить ему удовольствие. А остальное… «Многие девушки согласились бы со мной, — думала она, дёргаясь от равномерных толчков в попе, — это небольшая расплата за счастье».

Живот уже не просто выпячивался, он опустился вниз. Время родов было близко.

— Я хочу тебя снять, — заявил Владимир. – Ты скоро родишь и мне хотелось бы иногда смотреть и вспоминать, какой ты была.

— Я уродливая, — смутилась Олеся.

— Глупая. Ты прекрасна. Прекрасна, истинно женской красотой. Не может девушка быть более красивой, чем во время беременности.

Она долго отнекивалась, стесняясь. Он настаивал. В итоге Олеся сдалась. Он всегда добивался своего. Медленно и неуклюже снимая одежду, девушка ощущала себя не в своей тарелке. Нет, перед Владимиром она не стыдилась, её беспокоило, что он запечатлит её на мобильник. Всё-таки своё состояние Олеся не считала красивым или даже привлекательным. Даже снять с себя штаны было затруднительно. Безобразно огромный живот перевешивал вперёд, отчего спина постоянно изгибалась, как знак вопроса. Её аккуратная упругая грудка, хоть и стала больше на полтора размера, утратила свою красивую форму. Сиськи немного опустились, превратились в тяжёлые и мягкие даже на вид. Через утончившуюся кожу просвечивали голубые жилки. Соски потемнели, увеличились в размерах и стали менее чувствительными. Конечно, Олеся понимала, что её тело готовится к родам и последующему кормлению, но смотреть на себя в зеркало было неприятно. Лишь неизменное восхищение Владимира поддерживали её душевное равновесие. Вот и сейчас, он сразу же шепнул ей пару нежных, ничего не значащих слов, а ей уже было приятно.

Девушка расстегнула крючки спереди бюстгальтера – в последнее время она носила только такие модели – и кинула лифчик на диван. Теперь она стояла перед парнем в чём мать родила и смущённо прятала глаза, поглаживая выпирающий живот с вывернутым наружу пупком.

Владимир достал свой Эппл. Подошёл ближе. Погладил Олесю по щеке, нежно провёл пальцем по губам. Потом просунул палец в рот и Олеся шутливо прикусила его крепкими зубками. Это была их недавняя игра. Но сейчас парень не стал продолжать, а вновь погладил Олесю. Потом скользнул рукой к груди, взялся за одну и покачал, словно взвешивая. Проделал то же со второй.

— Не отворачивайся. Посмотри в камеру.

Олеся скованно подняла голову и с упрёком взглянула в объектив.

— Хватит уже.

— Да ты что! Мы только начали.

Он отошёл на шаг назад и присел на корточки.

— Повернись немного.

Олеся сделала так, как он просил.

— Какая ж ты, Олеська, красивая.

Его комплименты, порой смущали поболее камеры.

— Отпусти свой живот, пусть его будет видно. Вот так. Теперь положи руки на грудь.

Он провёл камерой снизу вверх.

— Обопрись на стенку.

Олеся с облегчением отвернулась и положила обе руки на дверной косяк. Владимир провёл рукой ей по спине, потом видимо опять присел. Он гладил её расставленные для лучшей опоры ноги снизу верх. С наружной стороны. С внутренней. Потом его ладонь оказалась на попе и оттянула ягодицу в сторону.

— Вот она, какая дырочка у моей Олеськи, — прошептал Владимир. И добавил: — Хочешь?

Олеся промычала что-то невнятное. В ответ Владимир отложил наконец свой телефон и быстро спустил брюки.

« Ребёнок, — подумала Олеся, ощущая, как твёрдая головка настойчиво пытается проникнуть в её кишку, — у моего ребёнка будет полноценная семья. И мать, и отец». Она расслабила сфинктер и застонала – плохо смазанный член ворвался внутрь. Сегодня Владимир был активен как никогда. К тому же Олесиной малышке явно не нравились толчки и теперь, кроме тиранящего её зад Владимира, девушка ощущала пинки изнутри. А парень разошёлся как никогда. Он на пару секунд вышел, чтобы поплевать свой возбуждённый инструмент и навалился на Олесю с новой силой. Она перестала поддерживать живот и теперь стояла уперевшись обеими руками в стену и максимально оттопырев зад навстречу, а парень настойчиво терзал её расслабленный анус, порой почти выходя и снова резко врываясь на всю свою длину. Сначала он просто держал девушку за талию, потом перенёс руки выше, и, будто объятиями, сильно сжал Олесину грудь.

— Подожди, дай передохнуть, — наконец взмолилась она.

Он остановился, готовый в любой момент продолжить вновь.

— Какой ты сегодня бурный, — задыхаясь проговорила Олеся.

— Это всё потому, что ты сводишь меня с ума. Слушай, — он плавно подался назад, с лёгким чпоканьем вышел наружу и девушка с облегчением почувствовала, как анус сомкнулся вновь. – Я давно тебе хотел сказать. Давай поженимся?

Она на секунду замешкалась, потом счастливо рассмеялась.

— Конечно. Конечно! Но ты не мог подобрать другой момент?

— Не мог.

Он подтолкнул девушку к дивану и она послушна легла на спину, привычно раскинув ноги в стороны. Владимир наклонился и погладил её между ног. За полгода их знакомства Олеся изменилась. Во первых, чтобы там не говорили, но постоянно анального траха её анус стал мягче, легче раскрывался, кожа вокруг потемнела, словно была натёрта. К тому же последние два месяца, девушка не имея такой возможности, перестала выбривать промежность и выглядела в этом месте довольно неухоженной. Впрочем, Владимир не уставал успокаивать Олесю, твердя, что естественность её только красит. Сейчас он погладил колючие волоски, в который уже раз поплевал на свою головку и с размаху засадил в очко до самого упора. От резкого сдавливания внутри Олеся охнула, напряглась, хотела уже остановить бесцеремонное вторжение, но смогла сдержаться. «Пусть. Потерплю. В последний раз, » — думала она, пытаясь подстроить сбитое дыхание под равномерные толчки Владимира. Он не стал долго тянуть и очень быстро разрядился внутрь. Разрядился, очевидно, очень обильно, потому что Олесе на миг показалось, что ей поставили клизму. Она наконец-то смогла опустить ноги и облегчённо расслабиться.


Двое сидели в машине и тот, что был за рулём, с интересом смотрел в экранчик телефона.

— Даже и не думал, что у тебя это получиться.

— Должен признаться, это было легко. Хотя после встречи с тобой у неё и появилось некоторое недоверие парням — беременность сделала её эмоционально беззащитной.

Водитель глубоко вздохнул и отдал телефон второму.

— Ладно. Признаю. Ты победил. Как предпочитаешь получить выигрыш?

— Да как тебе удобно. Кстати, когда я натягивал её очко, там совсем рядом шевелился твой ребёнок. Ну не морщись, не морщись. Ладно уж, молчу.

Он рассмеялся, его друг почти сразу присоединился и весёлый смех ещё некоторое время раздавался из машины.