4 Снимка. Часть — 3

Искрящиеся разряды невыносимого удовольствия поднимаются волнами из глубин моих всепоглощающих ощущений, источник которых невозможно определить. Всё моё тело в его руках — сплошной эпицентр стихийного и бесконечного оргазма. Так я никогда не кончала. Даже с ним. Даже в чертегознаеткакой раз! Даже в тот, когда разрядилась впервые после полуторачасовых его издевательств. Так — никогда! Этот ОРГАЗМ должен был убить меня, но сжалился или же в издевку оставил жалкое существование в обыкновенной холодной и пустой реальности…

Меня все ещё адски трясёт, мы перебрасываемся парой фраз, как самые близкие в мире и кажется понимаем друг друга с полу-звука или жеста, но безумие, вместе с отступающим удовольствием, оставляет меня и «здесь и сейчас» припечатывает гробовой плитой к ледяной земле.


Самая счастливая на свете, такая моя, такая искренняя, она смотрит на меня и спустя несколько неуловимых мгновений тёплые моря в её бездонных глазах, сменяют вечные бездушные льды арктического океана. Алиса приходит в себя и раненая женская гордость снова занимает трон в ее вернувшемся сознании.

Она отводит в сторону глаза в молчаливой просьбе себя отпустить.

Блять, не надо! Не уходи!!! Что мне сделать?! Тебе больно? Мне больнее!!!

Без ножа вспарывает меня озлобленным и грустным взглядом и я ретируюсь ни слова не произнеся. Дура. Ты же моя вселенная…

Сажусь в такси и уезжаю домой, по дороге разглядывая причудливый тёмный узор, что ты оставила мне на память.

Следующую неделю, можно сказать, я отработал в кафетерии. Алиса появилась в офисе только в среду и совершенно не замечая никого вокруг, заперлась в своём кабинете. Я продежурил так ещё два дня, но ситуация повторилась.

Она приняла для себя волевое решение и я не в праве на неё…

ДА СХУЯЛИ?!

С первого же столкновения наших био-полей у тебя не было и не будет выбора. Все остальное — декорации к нашим перформансам. Я дам тебе немного времени все осознать самой и прийти добровольно, но если не успеешь — будет жестко.

Характер девочке достался равноценно в противовес божественной красоте. Теперь я понимал, почему не складывалось раньше и если не сложится сейчас, то не сложится ни с кем, можно не париться абсолютно. Кулак, матрас, проститутка, любая другая женщина — теперь оказались в одной категории сексуального удовлетворения, а в другой — ритуальная вакханалия наших чертей.

Когда я разъебывал ее хлюпающую пизду, вдалбливая в холодную стену общественного туалета и добивал ранимое сознание неприемлемыми для неё словами, защитные барьеры ее психики рухнули и дали нам обоим насладиться той свободой и тем бесконечным кайфом, что ни сравнится ни с чем. Всё. Она обрекла нас обоих и моё красно-чёрное клеймо уже красуется на ее застенчивой душе.

Пока Алиса решает отделаться ли малой кровью, я стараюсь ближе познакомиться с её водителем…


Мне снились сжимающиеся вокруг меня клетки, падения с крыши и воткнутые в тело стрелы. Я уже готова была разрыдаться от атаки ночными кошмарами, как вдруг на смену им пришли те самые воспоминания и плотину прорвало. Навзрыд, затыкаясь подушкой и выплескивая в неё литры слез, слюней и соплей, я таращилась до самого утра. Пора что-то с этим делать. Прошло 3 недели с даты презентации. Случайные и специальные встречи сами знаете с кем я старалась минимизировать, но иногда мы все же пересекались и от одного только его стального взгляда кровь вскипала заново. Ворох неугомонных мыслей и воспоминаний разносил в щепки сознание и ночные само-экзекуции повторялись.

Наконец на очередное предложение поужинать от моего давнего и неоднократно проверенного партнера, я ответила утвердительно. Мы выпили, болтая о том о сем, и Константин плавно начал разминать мои плечи. Стянул бретельки, еле касаясь голой кожи и прикоснулся губами к основанию шеи.

« Ну и как ты собираешься давать этому милашке?» неожиданно зазвучал насмешливый мужской голос в моей голове.

Я охренела.

Вывернулась из Костиных объятий и встала как вкопанная у окна. Всё? Я с ума схожу? ПРИЕХАЛИ?!

Низким мягким басом с легкой хрипотцой слышу ответ «Хуйней не занимайся, выстави его. Быстро.»

— Константин, тебе пора.

— Понял, меня уже нет.

Прихватив на ходу куртку он вышел и тихо прикрыл за собой дверь.

Блять, что это за херня?!?!

Залпом выхлестываю недопитую половину Розе и не оправившись от шока набираю его номер:

— Говори. — вот он! Точно такой же голос!!!

— У меня немного свистит фляга, — сходу, вполне откровенно и не особо фильтруя отвечаю в трубку.

— Не критично? — он совершенно не удивлён и спокоен.

Всего три слова с того конца провода и тяжёлое тепло внизу моего живота уже затопило все внутри и вырывается наружу…

— Ты позвонила помолчать? — он заставляет меня опомниться.

— Эммм… не критично. Думаю справлюсь сама.

— Ляг на спину и разведи ноги, — от его ледяного голоса в моих венах молниеносно вскипает кровь и учащенное сердцебиение разносит тягучее горячее варево по всему телу. Промежность наливается невыносимой тяжестью и кажется при одном прикосновении готова разрядиться прямо в трусики. — Сама ты нихуя не справляешься.

Меня долбит разрядами тока по самым чувствительным местам от каждого звука, что он произносит. Что блять за дикая реакция? Просто голос. Из моего телефона. И прямо в душу, как из снайперской винтовки…

— Уже течёшь? Проведи между ног ладонью, если раздета. Ну или сними с себя все. Быстрее.

С моей стороны в трубке только тяжёлое отрывистое дыханье. Я стягиваю с себя все, провожу пальцами по набухшим холмикам и тихо постанываю от накатившего удовольствия.

— Пока не разрешу — не кончаешь. Поняла меня?

— Да, — тихо, совершенно не своим голосом и абсолютно не понимая что происходит, я отвечаю Хозяину моей души.

— Еби себя, — я слушаюсь, — шлёпни ладонью. Ещё. Громче! — звонкий шлёпок рикошетит от стен и взрывается в моем сознании синхронно с жгучей болью между разведённых ног. Тело начинает сокращаться в предоргазменных спазмах, я протяжно вою и всхлипываю, закусив нижнюю губу зубами и изо всех сил пытаюсь не соскользнуть с гребня накатившей волны подступающего оргазма в бесконечный водоворот ощущений нашей вселенной.

— Сука, хочешь кончить? — интересно, сколько ещё интерпретаций этого идиотского вопроса у него припасено? Я решаю не допускать той-же ошибки и полу-стоном отвечаю «Да».

— Тогда еби себя жёстче и увеличивай темп, давай моя девочка. Я считаю до трёх…

На счёт «два» я соскользнула в густую сладкую пелену нереального оргазма и рассыпалась осколками счастья на орбитах нашей вселенной.